Повседневное противостояние в мире монстродевушек - Вячеслав Танков
Из моей ладони ввысь рванулся плазменный протуберанец, быстро принявший форму шара, точнее даже кометы, который рванул ввысь. При достижении определенной высоты, он мигнул и вспыхнул ярче чем десяток люминесцентных ламп, включенных одновременно.
— Ох, блять!
— О, прости, я забыл, что он у меня максимально раскачан! Люмос же напрямую зависит от магической силы призывателя… Да, надо понизить настройки. Так лучше?
— Л-лучше… да-а-а…
Штрон тер слезящиеся глаза.
— Да сколько же у тебя этой магической силы, парень⁈
— Э-э, ты мне лучше скажи, — поспешил я сменить тему, — что это ты так заволновался, когда я той рабыне клеймо удалил? Что за «Алые»⁈
Старик замолчал, ссутулившись и вмиг словно постарев лет на двадцать.
— Ты не первый, парень, кто додумался стирать волшебные знаки с рабов, — угрюмо произнес он спустя несколько секунд. — До тебя находились способные люди, обладающие недюжинным умом и огромным состраданием. Несколько лет назад один их них, Альберт, авантюрист по прозвищу Огненная грива, первым стер клеймо своей рабыне-зверолюдке. Он и без того относился к ней как к равной, позволяя все, что позволяется обычному человеку. Также, он долго искал способ избавить ее от рабского клейма…
— Но почему он просто не дал ей вольную? Ведь…
— Парень, — перебил меня старый вояка. — Ты прибыл издалека. Тебе не понять. В столице к освобожденным рабам с вольной относятся… проще говоря, никак. Их не берут на работу, не выдают дотаций. При этом ему запрещено участвовать в любой деятельности, в которой уже есть люди. Понимаешь, парень? В любой, будь то хоть уборка сортиров или набор группы в рейд на монстров! В общем, рабу, которому дали вольную, лучше бежать куда подальше из города, если он не желает умереть с голоду… Поэтому Грива задумался: — «Мол, если рабу нельзя дать вольную, ибо любой может потребовать спину для осмотра и увидеть там клеймо, то почему бы просто не уничтожить само клеймо⁈» И стал выискивать способы. И нашел! Не такой способ, как у тебя, а через особую мазь. Но принцип действия такой же, хоть и слегка болезненный. Ох, ты бы знал, что потом началось!
Мужик выпрямляется, бросая на меня пристальный взгляд и продолжает:
— Рабы шли к нему десятками! Сотнями! И Грива никому не отказывал. Мазь приготовить было нетрудно, но для ее действия нужен был сильный маг. А он им был. Естественно, такой ход событий не понравился никому. Ни Церкви, ни знати, ни даже Императору. Но если он не вмешивался, то Церковь и богатеи решили взять дело в свои руки. В один прекрасный день Грива просто… исчез! Через несколько часов от имени церкви вышел указ о создании новой ветви — Ордена Алых инквизиторов. Альберт и все его деяния, связанные с уничтожением клейма, были объявлены вне закона. Они хватали всех освобожденных рабов, которых только могли поймать, и клеймили их заново, а тех, кто поддерживал Гриву, бросали в тюрьмы, из которых никто не возвращался. Это было… дикое время…
Старик скрипнул зубами.
— С тех пор угроза быть схваченными Алыми висит над каждым, кто решится на подобный эксперимент. И все равно время от времени появляется смелый безумец вроде тебя, который творит чудо очищения. Они исчезают так же быстро, как и Грива. Поэтому-то я и принял все меры, чтобы побыстрее скрыться. Они давно не показывались на глаза, но я уверен, все еще внимательно следят за обстановкой в городе…
— Погоди! — хватаю его за плечо, озаренный внезапной мыслью. — Герда⁈ Куда ты ее отправил? Она ведь тоже в опасности!
— Не ссы, — хмыкает тот. — Я обо всем позаботился. Крошка в безопасности… Пока. А дальше — видно будет. Пойдем, времени мало. Надо убраться как можно дальше отсюда. Здесь они нас не найдут.
— С чего ты так уверен?
— Скажем так, — задумчиво размышляет старик. — Мне известно о паре случаев, когда счастливчикам удавалось сбежать от преследования Алых через подземные туннели. Думаю, что Алые не могут видеть сквозь землю или чуять их в канализации. В общем, это не важно. Главное, способ есть. Если не укрыться наверху, можно покинуть город таким способом. Только вот что делать дальше?
— Думаешь, они уже знают, кого искать?
— Что? — удивился тот, не сбавляя шаг. — Нет. Они всегда опрашивают людей, ищут свидетелей, если никого не застают на месте преступления. Насчет гильдии не бойся — там все свои и нас не выдадут.
— Даже тот, кому я врезал?
— Он до сих пор в отключке, — усмехнулся Штрон. — А его друзья слишком напуганы. Они знают — если выдадут Алым своего, то ответят по полной. К тому же нас все равно никто не видел. Мало ли кто мог творить похожую волшбу? Тебе нечего бояться. А вот Герде…
Он не договорил, но я понял его без слов. Бывшей рабыне без клейма нечего делать в городе, полном церковников, алчущих поймать ее.
— Ладно, пойдем, — проговорил я, обращая внимания на миникарту. — Та-ак, развилка. Налево — тупик. Прямо — тупик. Направо… Да, направо можно пройти. Там еще какая-то лесенка вроде наверх. Но нам рановато подниматься. Едва метров сто прошли. Да и задание выполнить надо…
— Постой! — перебил меня Штрон, вытаращив глаза. — Откуда ты знаешь? Бывал уже здесь? Я же не показывал тебе карту!
— Так мне она и не нужна, — спокойно отвечаю ему. — Есть же… Постой. Ты же стал сильнее в подземелье? Разве у тебя ее нет?
— Чего нет? — напрягся старик. — Что еще ты от меня скрываешь⁈
— Да все же крайне просто… Стой! Впереди что-то есть! Точнее кто-то…
На карте весело подмигивает точка. Зеленая точка. Здесь? В канализации? На всякий случай вытаскиваю Экскалибур, превращая его в боевую кувалду. Сзади давится кашлем Штрон, увидев, как изменяется мой старый молоточек, но сейчас не до него. Выхожу из-за поворота и…
— Герда⁈ Что ты здесь… А-а-а, понятно. Штрон, ты ее сюда отправил? Здесь же опасно!
— А куда мне было еще ее деть⁈ В городе ей везде грозит опасность! А ты, ушастая! Я где тебе сказал нас ждать⁈ Зачем убежала вперед⁈
— Ой, дядя Штрон! Ой, дядя рыцарь!
— Зови меня просто — Магнус.
— Хорошо, дядя Магнус! Я убежала потому, что мне было темно и страшно! А тут было немного светлее… Вот и решила вас тут подождать… Ого, какой большой солнечный шарик! От него столько света! А сколько мы тут пробудем? А мне еще надо на рынок? И с Джонасом ничего не случится? Я слышала, когда рабский контракт разрывается, то кто-то умирает! А я не умру⁈ Ой
