Письма к жене: Невидимая сторона гения - Федор Михайлович Достоевский

у Кашпиревых дня три тому. Его нога хуже, а Соф. Сергеевна в тот день получив взаймы откуда-то 220 р. потеряла их в Гостином дворе, так что дома у них ни гроша. И все это правда. Деньги же 220 р. предназначались на уплату процентов за долг в 2000 одному кулаку, которому они уже три года уплатить не могут. Софья Сер-на при мне плакала жалея потерянные деньги. Действительно их положение ужасное, и хоть они принимали меня донельзя радушно, но представь мое-то положение — сидеть и видеть ее слезы и знать, что должен им 400 руб.

Цалую тебя и детей. Может очень скоро увидимся. Моих всех мелких хлопотишек не описываю. Нужно ужасно много сделать, чтобы возможно было приехать к вам, так н. прим. нужно наперед целых ⅔ № уже иметь в составе, чтоб осмелиться отлучиться на 4 дня. — Вчера был у меня Соловьев122 воротившийся из за границы. Мучение мне с этими визитами, да еще с иными редакционными письмами, которых никак нельзя миновать. Был Поляков; в начале Июля хочет ехать в Москву и в Тулу. Здесь душно и жарко ужасно. Обнимаю тебя и цалую крепко. Детишек особенно. Поговори им что нибудь обо мне. До свидания.

Твой весь Ф. Достоевский.

Петербург

5-го Июля/73 Четверг.

Милая Аня, пишу тебе вне себя от усталости, ничего не спал. Сегодня утром приехал, дорогою мочил дождь. Нашел целых 5 писем, на которые надо немедленно отвечать, все по журналу. Сегодня же должен отсмотреть с переправкой 3 корректуры. Получил довольно любезное письмо от Мещерского, просит у меня извинения что я за него просижу123 (это наверно Филипов ему передал, которому я передал в свою очередь, что Мещерский слишком небрежно обращается со мною, не изъявив даже сожаления, что я буду сидеть за него). О деньгах пишет как о совершенно решенном деле; а между тем Дмитриевский124 приехал всего только сегодня и прислал мне сам 700 руб. Теперь, голубчик Аня, я как расчитал так и ужаснулся: 100 тебе, 100 Печатки[ну]125, 50 жалование Пуцыковичу 100 журнального долга Гладкову126, да мелких расходов (Тришину127, служитель и проч. руб. 20) да хозяину128 50, сочти-ка что остается. И однако может быть надо будет поделиться с Ив. Гр-м, к которому я послал уже письмо что приехал; в понедельник же расчет за №, который очень дорог (даровые статьи, Филипповские прекратились). Я же ничего не пишу за хлопотами (зачеркнуто три слова) у меня колоссальный дефицит. Но все равно; покрайней мере сию минуту хоть что нибудь есть. О будущем и думать не хочется: Голова кружится и боюсь припадка.

Теперь о деле: Завтра пошлю на имя Румянцева тебе 100 руб. (т.-е. постараюсь не проспать на почту). На конверте же напишу: для передачи Г-же Достоевской чтобы не было разговору. В конверте же ему будет коротенькая записочка чтоб передать тебе деньги. Письма же к тебе в его конверте не будет. Ты же, по получении теперешнего письма (которое придет раньше) уведомь его непременно что тебе будет на его имя [письмо] 100 руб. и что это потому что ты живешь не по твердому паспорту. Извинись перед ним.

Из денег не передашь ли частичку хозяевам129?

Не сердись на меня что пишу только о деле. Ей богу еле жив, чуть не падаю. Хоть бы в два то часа сегодня заснуть! Отложить же посылку тебе письма и денег не мог. На всякий случай все таки поскорее.

Что дети? Пиши мне о них подробнее. Как можно больше, не ленись ради бога; подумай что я ведь здесь один и в чортовой работе.

Как то дела наши, как то дела! Ну до свидания.

Твой весь Ф. Достоевский.

Дорога была пренесносная и еслиб не один болтун, навязавшийся рядом со мною, то право умер бы со скуки. От Соловьева пришло самое любезное письмо; уехал в Москву.

Болели у Лили зубки? Искал ли меня Федя? Не простудились бы? У вас тоже был дождь.

До свидания тв. Ф. Достоевский.

Крепко цалуй детей. Лили скажи чтоб была умница и милая и написала письма, а Федьку поцалуй и в губки и в грудку и во все. Лили цалую ручки. Письмо няняшино передал.

На поле 4-й стр. приписка:

Служанка передала что в понедельник был Ив. Гр-чь и уведомил что может быть зайдет Ольга Кириловна с ребенком, а сам ушел. Трудно понять. Но Ольга Кириловна не зашла.

Сейчас воротился домой а без меня был Тришин и записал свое имя.

Петербург,

Вторник 10 Июля/73.

Милочка моя Аня, из письма твоего, которое получил вчера перед вечером вижу, что ты еще не получила моего письма, не смотря на то что я послал его в день приезда сюда, т.-е. в Четверг вечером, там на многие твои вопросы есть ответы. Я послал тебе и деньги, которые ты теперь, когда дойдет это письмо, уже наверно получила. В твоем милом и добром письме всего более мне тяжело было прочесть о твоих припадках (потери зрения). Стало быть и ванны тебе еще ничего не помогли. Ах, Аня, до чего это дойдет! Как ужасно мне думать о твоей хворости в виду того что я могу умереть и что тогда с тобой и с детьми и с твоей хворостью. Неужели никак нельзя излечить? Но хорошо что хоть написала. Ради бога не бойся и впредь что растревожишь меня, пиши подробно