Четыре – число смерти - Натан Зутт
Интерлюдия первая:
Призрак Жёлтого Неба
Человек, чей халат был выкрашен в красный и жёлтый, осторожно поднялся из-за стола. Спина его болела от постоянной сидячей работы, но руки по-прежнему были сильными. Он схватил посыльного за шею и сжал горло несчастному с такой силой, что мальчишка не мог даже хрипеть. Успокоившись, через секунду человек отпустил посыльного.
– Передай Ляо, – сказал человек, убирая руки в тяжёлые рукава халата, – что я не прощаю ошибок. Пусть поторопится, голова даоса должна быть выставлена на площади сегодня до заката.
Посыльный упал на колени и коснулся лбом пола, после чего быстро вскочил на ноги и выбежал из зала. Человек в красно-жёлтом халате вздохнул, поворачиваясь к своим гостям. Астролог Ханг сидел перед небольшим столиком, на котором лежали карта страны и несколько маленьких драгоценных камней. Все камни были просверлены, и сквозь каждый была протянута тонкая леска. Ханг был относительно молод, по крайней мере в сравнении с остальными мужчинами в большом зале. Седина лишь чуть тронула его виски и тонкую бородку. Рядом с астрологом сидел и мудрец по имени Сянцзань – его голова была полностью белой. Сянцзань сидел, засунув руки в рукава, и, кажется, дремал. Третий гость сидел поодаль, потягивал из серебряного кубка вино и обмахивал обветренное лицо веером.
– Твои люди некомпетентны, – обратился хозяин дома к человеку с веером. Тот лишь пожал плечами.
– Господин, – тихо сказал астролог Ханг. – Боюсь, что ещё одна провинция была указана мне звёздами как возможная колыбель для Жёлтого неба.
– Да сколько же их, – вздохнул хозяин дома.
– Везде, где принимают даосов и индусов, может зреть семя мятежа, – спокойно сказал мудрец Сянцзань, не открывая глаз. – Наши предки были слишком добры с ними. Все, отвергнувшие Истинное учение, должны были быть убиты ещё сто лет назад.
– Мне не до пустых разговоров, Сянцзань, – голос хозяина дома был скрипучим, будто ржавым. – Ханг, куда ещё мне послать войска?
– Вам? – с улыбкой сказал человек с веером. Хозяин дома вздохнул.
– Ты хочешь поспорить о полномочиях? – спокойно спросил он. Человек с веером покачал головой и сделал ещё один глоток из серебряного кубка.
– Нет. Я хочу, чтобы вы, мой господин, называли вещи своими именами. Куда мне послать свои армии, уважаемый Ханг Юн? – в голосе человека с веером слышалась насмешка. – Мои люди уже охотятся для нашего господина в Ян, Ю, Ксу и Янг. Об этом уже начинают шептаться, евнухи спрашивают меня, почему мои армии расходятся по всей стране, а я не знаю, что ответить.
– Отвечай, – холодно и зло сказал хозяин дома, подходя ближе к человеку с веером, – что такова моя воля.
– И тогда евнухи поинтересуются, – с улыбкой ответил человек, отложив веер в сторону и поднявшись на ноги. Он почти на голову был ниже хозяина дома. – Почему вы выполняете приказы человека, уже десять лет не появляющегося при дворе, закрывшего свои двери и не видевшего нашего Императора с тех пор? И что мне сказать им, господин мой?
– Дворцовые игры испортили тебя, – спокойно сказал хозяин дома. – Речь идёт о спасении страны, а ты беспокоишься о том, что скажут эти проклятые евнухи!
– Так куда мне послать войска сейчас, господин Ханг Юн? – с той же улыбкой спросил генерал императорской армии. Он будто пропустил мимо ушей слова хозяина дома. Астролог вздохнул и тихо ответил:
– Пошли войска в провинции Цин, Цзин и Юй. Звёзды сказали, что восемь провинций охватит огонь.
– Ты назвал семь, – тихо сказал хозяин дома. Астролог кивнул:
– Как только узнаю о последней, господин, сразу же сообщу вам.
Человек, ранее державший в руках веер, допил вино и поставил серебряный кубок на стол. Он поклонился хозяину дома, затем астрологу и мудрецу. Молча вышел из зала и пересёк внутренний двор. Слуги открыли перед ним большие, резные ворота, и человек оказался на улице столицы Лоян. Человек втянул носом вечерний воздух и посмотрел на тёмное небо. Очень скоро оно станет жёлтым, и генерал императорской армии знал это. Он мог сколько угодно выполнять приказы хозяина богатого поместья, мог сколько угодно гоняться за призраками, на которых указывал астролог. Сколько бы голов монахов-буддистов и мудрецов-даосов ни было насажено на пики, это не имело значения, пока настоящие спасители, Генерал Неба, Генерал Земли и Генерал Людей, пребывали в безопасности. Все умершие за трёх братьев будут возвращены на землю, когда наступит эпоха мира и благоденствия. Генерал императорской армии улыбался своим мыслям и шёл по вымощенной камнем улочке – и призрак Жёлтого Неба улыбался ему в ответ. Глава третья
Человек с чужими руками
Человек с чужими руками уселся за стол. Просторный серый балахон скрывал его лицо, плечи и, разумеется, руки. Хозяин поставил на стол – простецкий, сосновый – четыре глиняные кружки. Спутники человека уселись следом. Тщедушный мужчина лет двадцати, одетый в голубой ханьфу и старый плащ не по размеру, держал на коленях небольшую сумку из шкуры буйвола. Мужчина был учтив и кивнул хозяину, но говорить ничего не стал. Вторым спутником человека с чужими руками была совсем юная девушка. Она куталась в дорогой, обитый мехом плащ и озиралась по сторонам, как будто в доме землевладельца могли
