Хулиганка для ботаника - Виктория Рогозина

Матвей сжал в руке кубик-рубик, снова посмотрел на пустую коробку из-под телефона.

— Понял, — тихо сказал он. — И теперь моя очередь её защищать.

Глава 48

Колледж гудел словно улей, в котором кто-то потревожил гнездо. Новость о задержании Алисы Орловой разлетелась по корпусам быстрее, чем расписание контрольных. Студенты перешёптывались в коридорах, пытались подслушать разговоры преподавателей, строили догадки и версии, одна фантастичнее другой. Кто-то говорил о шпионаже, кто-то — о крупных деньгах, а кое-кто и вовсе уверял, что Алиса взломала базу данных правительства. Но истина, как водится, терялась где-то далеко — как до луны пешком.

Матвей не появлялся на занятиях. Те, кто знал его ближе, понимали: если он молчит, значит, всё серьёзно. А новостей не было. Ни официальных заявлений, ни утечек. Только пустота и слухи.

Мила сидела в блоке, с виду спокойно читая учебник, хотя глаза её то и дело перескакивали с строки на строку, ничего не запоминая. Тишину нарушил скрип двери — и на пороге появилась Тамара Васильевна, в прошлом преподаватель по русской литературе, а теперь директор триста шестой школы, женщина строгая, но с тонкой душой. Мила вскинула голову, удивлённая таким визитом.

— Девочка моя... — голос у Тамары Васильевны был хрипловатый. — Скажи, пожалуйста, как можно увидеть Алису Орлову?

Мила опустила взгляд и сжала пальцы.

— Её... задержали. — слова давались тяжело. — Вроде как выдвинули обвинение. Я точно не знаю. Никто ничего не говорит.

Тамара Васильевна будто осела, ослабев.

— Господи... Куда её увезли?

— Не знаю, — тихо ответила Мила. — Но адвокат Громова теперь с ней. Думаю... они не оставят её одну.

Наступила тишина. Та самая, в которой даже сердце стучит громче обычного. Мила вдруг поняла, что если даже Тамара Васильевна пришла искать Алису — значит, та оставила куда больший след, чем казалось.

Тамара Васильевна осела на диван, как будто ноги вдруг отказались держать её. В глазах стояла тревога, губы побледнели. Мила без слов метнулась на кухню, налила воды и вернулась с кружкой, присев рядом.

— Не волнуйтесь, — тихо сказала она, подавая стакан. — Всё обязательно решится. С Алисой хорошие люди рядом. Они не оставят её.

Женщина сделала большой глоток, подрагивая руками. Только собралась что-то сказать, как дверь с грохотом распахнулась — ввалился Валера, весь на эмоциях, с торчащими волосами и дежурной торбой на плече. Он остановился, увидев незнакомую женщину, и замер.

— Ой… извините. Добрый день, я Валера, — сказал он, чуть сбавив тон.

— Тамара Васильевна. Я директор триста шестой школы, — ответила она, держась за край дивана и чувствуя, как подскочило давление. Даже голос стал каким-то глухим от напряжения.

Валера нахмурился, потом кивнул с пониманием. Он уже понял, кто перед ним.

— Новости есть, — сказал он, быстро оглядываясь на Милу.

Та вскочила, как будто пружина сработала.

— Какие?!

— Алиса ни в чём не виновата, — сказал Валера, с облегчением выдохнув. — Вроде как адвокат уже почти всё решил. Там серьёзный компромат всплыл, и, похоже, она не просто так молчала. Умница она.

— Слава Богу... — прошептала Тамара Васильевна, прикрывая глаза ладонью. — Эта девочка... она всегда была не по годам умной. И сильной. Но кто ж знал, во что она вляпается...

Мила прижалась к ней плечом, обняла осторожно, почти по-дружески.

— Всё будет хорошо. Матвей не даст её в обиду.

***

Матвей сидел прямо, почти не двигаясь, взгляд цепко бегал по строкам документов. Его лицо оставалось спокойным, даже отстранённым, будто он решал сложное математическое уравнение, а не разбирал грязную паутину лжи и подстав. Он почти не говорил — только коротко кивал или отдавал лаконичные распоряжения. Его мысли работали холодно и точно, как отлаженный механизм.

На экране ноутбука — множество окон: одно с фотографиями компромата, другое с выписками транзакций, третье — с внутренней перепиской компаний, связанных с Вершиниными. Алиса, передав ему телефон, передала не просто улики — она дала отправную точку. Искру, от которой вспыхнул костёр, способный испепелить всё ложное, что так старательно выстраивалось против Громовых.

— У них был план. — Матвей говорил отрывисто, почти шепотом, прокручивая ленту переписки. — Подделанные подписи, фиктивные счета, перевод активов на подставные фирмы. Всё для того, чтобы выставить нас виновными, а самим выйти сухими.

Отец молча смотрел на сына. Он знал: у Матвея ум аналитика, но сейчас — сейчас в нём пробудилось нечто большее. Стратег. Настоящий Громов.

— Цель одна, — продолжил Матвей, не отрываясь от экрана. — Вытащить Алису. И прижать Вершининых. До основания. Без возможности восстановиться.

Он переключил слайд — и на экране возникла схема, соединяющая нити, документы, фамилии. Всё, что они собрали, укладывалось в стройную картину: отмывание денег, незаконные сделки с недвижимостью, коррупционные связи в региональных органах, попытка рейдерского захвата.

— Вот это — главный счёт. Отсюда пошло всё. Алиса успела сфотографировать логины и привязку IP. А вот это — выписка по дням. День в день с тем, как они «нашли» улики на нас.

Отец выдохнул сквозь зубы:

— Уроды…

В кабинет зашёл старший юрист с планшетом в руках. Алексей Иннокентьевич выпрямился.

— Всё подтверждается. Факты есть. Адвокат сейчас у следователя, работает по полной. Думаю, к вечеру её отпустят.

Матвей кивнул. Но внутри него не было облегчения. Пока Алиса не выйдет на улицу — свободная, спокойная, не испуганная — он не позволит себе расслабиться.

— Я хочу, чтобы Вершинины ответили по полной, — ровно сказал он. — Каждая бумага, каждый фальшивый документ. Всё. Мы отмоем не только нашу фамилию. Мы заставим их пожалеть, что вообще взялись за это.

Алексей Иннокентьевич с уважением посмотрел на сына. Он видел, как тот растёт на глазах. Это был уже не просто парень, увлечённый наукой и головоломками. Это был человек, способный защищать, идти до конца и делать это с хладнокровием, достойным настоящего Громова.

И в этой борьбе всё только начиналось.

Глава 49

Они ждали её у выхода из административного корпуса. Осеннее солнце подсвечивало кроны деревьев, а воздух был наполнен томительным ожиданием.

Наконец дверь открылась. Алиса вышла неторопливо, на мгновение закрыла глаза и подставила лицо солнечному свету. Словно бы зима внутри неё наконец растаяла. Лёгкая улыбка тронула губы.

Матвей сделал несколько шагов вперёд и остановился.

— Ну