Пятнадцать суток на любовь и риск - Амира Алексеевна
Он вздохнул, глядя куда-то вдаль, на золотящееся под солнцем поле.
— Меня экстренно вызвали в город. Понимаю, как это выглядело. И мне жаль, что я заставил тебя… ждать и сомневаться.
— А зачем вам это? — спросила Амина, остановившись и глядя на него прямо. — Зачем вы вернулись сюда, в глухую деревню?
Сергей повернулся к ней. Солнечные блики, пробивающиеся сквозь листву, играли на его лице.
— Я не смог забыть одну девчонку… Которая задает слишком много вопросов. — Произнес он, шутя, потом тут же сделался серьезным. — Я понял, что есть вещи важнее карьеры в городе. Есть чувства, которые не стоит отпускать.
Он сделал шаг к ней, сократив дистанцию до нуля.
— Я вернулся, Амина. Навсегда. Это уже не командировка. Вернулся, потому что хочу быть рядом с тобой. Если ты, конечно, еще не разочаровалась во мне окончательно.
Амина смотрела на него, и все — и обида, и боль, и долгие недели тоски — вдруг разом утратили свою власть над ней. В груди что-то щелкнуло, освобождая место для давно забытого чувства — легкости, счастья и надежды.
Она не сказала ничего. Она просто кивнула, и к ее глазам подступили слезы счастья. Она улыбалась и плакала одновременно.
Илья осторожно протянул руку и коснулся ее щеки. Его прикосновение было теплым и твердым. Потом медленно, давая ей каждый миг отстраниться, наклонился. Его дыхание коснулось ее губ, и она закрыла глаза.
Поцелуй вышел не страстным, а скорее… обещающим. Нежным, теплым, полным облегчения и тихой радости.
Когда они, наконец, разомкнули губы, Амина смущенно прижалась лбом к его плечу, чувствуя, как дрожь проходит по его телу — или по ее собственному, она уже не понимала.
Девушка медленно выдохнула, и из ее груди ушло последнее напряжение.
— Я так долго ждала вас, — прошептала она.
Он обнял ее крепче, и его голос прозвучал прямо над ее ухом, твердо и ясно:
— Большое ждать не придется. Я обещаю.
И в тени старых дубов, под безмятежным летним небом, их история, наконец, обрела свое настоящее начало.
Конец.
