Запретные игры - Виктория Вашингтон

И даже если это не так, я рада хоть ненадолго обмануться.

Пока мама готовит ужин, я сижу рядом с ней, нарезая овощи на салат и думаю о том, как же мне хорошо в этом моменте. Она всегда была рядом, даже когда мы не виделись с списывались крайне редко. Я благодарна ей за то, что она несмотря ни на что остается моим опорным пунктом в жизни.

Я никогда не обвиню ее в том, что она уехала и решила строить свою жизнь заново.

Когда мы садимся за стол, я рассказываю маме о том, как часто я боялась вернуться домой и как сильно отец давил на меня. Мы говорим обо всем — об отце, о проблемах в школе, о трудностях, которые меня ждут. И я понимаю, что вместе с мамой я смогу преодолеть все.

Она показывает мне свои фотографии на телефоне, желая поделиться каждым моментом.

Внезапно телефон раздается вызовом.

Я вижу номер телефона, но он не подписан.

— Секундочку, — улыбка касается ее губ. — Алло? — принимает вызов и подносит телефон к своему уху. — Да, но он ещё на работе. Передам, чтобы набрал тебя. Да, хорошо.

Я не слышу, что маме отвечают на том конце провода. В ушах один белый шум, а тело пробирает дрожью.

Все от того, что я прекрасно знаю, кто ей звонил.

Точнее… Сейчас узнаю наверняка.

— А это кто был? — сразу же задаюсь вопросом.

— Это сын Игоря — Леон, — отвечает мама. — Может, вы даже знакомы. Вы учитесь в одном лицее. Только в параллельных классах.

Быть не может. Меня кидает в холодный пот.

Тупое стечение обстоятельств.

Не может инкогнито быть Леоном. Какова вероятность, что друг по переписке, с которым я общаюсь уже так долго, является сыном маминого нового мужа?

— Что-то случилось? — видя мою реакцию, мама начинает нервничать.

— Нет, все хорошо, — отрицательно качаю головой, вместе с тем улавливая звук открывающейся двери.

Мама смотрит на меня с удивлением, понимая, что что-то не так. Я пытаюсь успокоиться и сконцентрироваться на ужине, но в голове все кружится. Леон — сын Игоря, которого я знаю только как анонимного друга по переписке. Слишком много совпадений, чтобы быть просто случайностью.

— Кажется, Игорь пришел, — теперь и мама слышит шаги в прихожей. — Пойду его встречу.

Я чувствую, как страх и нервозность захлестывают меня, но я стараюсь не показывать этого маме. Но внутри меня кипит буря мыслей и эмоций. Что делать в такой ситуации? Как объяснить отношения с Леоном маме? Стоит ли вообще об этом говорить?

Я понимаю, что нужно принять решение и действовать. Но каким образом и к чему это приведет, я до конца не знаю. Все, что я могу сделать сейчас — это довериться маме и Игорю, надеясь, что вместе мы найдем выход из этой сложной ситуации.

— Привет, — произносит мужчина, который входит вместе с мамой в кухню. — Меня Игорь зовут.

Он широкоплечий, высокий и смугловатый.

Будто чертами лица кого-то мне напоминает, но вовсе не Леона.

— Дарина, — встаю со стула и протягиваю ему руку.

Только он не спешит сделать то же в ответ. Неожиданно крепко прижимает меня к себе.

Немного теряюсь и никак не реагирую, стою замерев, пока он не отстраняется.

— Света рассказала мне в двух словах, что произошло, — он поджимает губы и предлагает мне присесть. — Тебе не о чем волноваться. На твоего отца уже заведено уголовное дело за хищение в особо крупных размерах и коррупцию.

— Откуда вы знаете? — ошарашено спрашиваю я.

— Я работаю в органах, Дарина, — заявляет Игорь. — И веду это дело уже не один год. До прошлой недели не было прямых доказательств против него, но он наконец-то крупно оступился.

— Но в таком ведь случае меня и Рому отправят в детский дом? — не веря своим ушам спрашиваю я.

— Нет, конечно же нет, — отрицательно качает головой. — На днях мы стрясем с него признание, что отказ от родительских прав твоей матери был подписан с принуждением и использованием грубой силы.

— Это правда? — поднимаю взгляд на нее.

Она кивает и отводит глаза.

— И нам с тобой нужно будет съездить в центр, чтобы сдать анализы, — сжав ладони в кулаки, заявляет Игорь. — Можно сделать это прямо завтра.

Вижу, как нервно мама прижимается к его плечу.

— Какие? — хмурюсь я.

— Тест ДНК, — твердо отвечает он.

— Это ещё зачем?

— Так я смогу сразу лишить отцовских прав твоего отца, подав на него иск.

— То есть… — не сразу, но постепенно картинка начинает складываться в моей голове.

— Да, Дарина, — поджимает губы. — Твой настоящий отец — я.

У меня не остается слов.

Я знаю, что мама сбежала сама от моего биологического отца. Кажется, когда они сошлись, его бывшая девушка заявила о том, что уже пару месяцев ждет ребенка. Тогда мама даже о своей беременности не рассказала и сбежала. Помню, что она плакала, когда рассказывала мне об этом.

— Получается, что Леон — мой сводный брат? — озарение приходит слишком резко.

— Да, — кивает головой мама. — Мы давно хотели тебе рассказать.

Я с трудом осознаю, что вся моя жизнь построена на лжи и тайнах. И теперь, когда все становиться на свои места, мне приходиться пересматривать все свои взгляды и убеждения.

— А он об этом знает? — задаю следующий вопрос.

— Когда бывшая девушка Игоря узнала о том, что мы снова сошлись, то она рассказала Леону об этом. Оказывается, она слишком сильно следила за моей жизнью и сразу поняла, что ты дочь Игоря. Вы сильно похожи внешне.

Точно, вот почему он показался мне таким знакомым с того самого момента, как зашел в квартиру.

— Я могу отойти позвонить на секундочку? — вопросительно приподнимаю брови.

— Да, конечно, — мама переживает и закусывает губу. — Все хорошо?

— Вроде бы, — неосознанно пожимаю плечами. — Просто очень важный звонок.

Я прошу маму и Игоря подождать и выхожу в коридор, чтобы позвонить Давиду.

Перед звонком я пробую успокоиться и собраться с мыслями. Чувствую, как сердце бьется быстрее, а в голове все еще кружатся мысли о том, как все поменялось в моей жизни за последние несколько минут. Время кажется каким-то нереальным, словно я оказалась в сюжете какого-то фильма, где главный поворот сюжета случается именно сейчас.