Эффект тёмной материи - Qrasik

кого-то другого, отказаться от него было бы невозможно. И не только потому, что это дьявольски удобно. А это — дьявольски удобно. Самое главное — это позволяло куда легче зарабатывать деньги. А деньги в этом мире, как назло, не раздавали на каждом углу всем желающим. Мой навык позволял делать работу быстрее, проще, с меньшими издержками для себя.

Это давало стабильность и призрачное право на завтрашний день. И очень жаль, что это право нельзя было купить дешевле, но пока система работала на меня, я не собирался задавать лишние вопросы. В конце концов, я всегда считал, что если что-то работает — не трогай. А если оно работает так, что приносит ещё и прибыль — береги это, как зеницу ока, и используй до последней капли. Вот я и использовал. Любой моралист на этих словах закатил бы глаза и вырвал бы что-нибудь вроде:

— Чувак, ты открыл ящик Пандоры, расплата близка, жди краха.

Если честно, они были правы. Крах случился очень скоро — не прошло и полугода, и произошло всё до обидного обыденно и буднично. Только вот всё полетело в тартарары вовсе не потому, что я перепутал своё серое вещество с системным блоком. Виной всему стал водитель тяжёлого газовоза, который, как я понял, совершенно осознанно, с каким-то холодным безразличием и упрямством, загнал эту бомбу на колёсах в здание мэрии, что располагалось напротив нашего офиса.

Грузовик играючи снёс все эти пафосные противоторанные столбики, намотал на колёса замешкавшегося охранника и…

— Ах, ну да, пенсию же отменили, — пробормотал я. — Оптимизаторы хреновы.

Мой мозг привычно переключился в режим ускорения. Буквально через мгновение подсознание подготовило аналитическую сводку. Я видел пожилого водителя с сединой в волосах, чье лицо за доли секунды до столкновения приобрело не испуганное, а скорее вкушающее выражение. Видел, как из лопнувшей пополам цистерны с яростным шипением вырвался поток сжиженного газа. Видел, как это облако окутывает здание мэрии, превращая окружающую действительность в одну огромную термобарическую бомбу.

Подсознание отреагировало на эту мою мысль и рассчитало давление фронта ударной волны. Скорость распространения пламени, температуру. Все это было рассчитано правильно, своевременно, но это не могло уже ничего изменить. Я лишь криво усмехнулся. Смысла паниковать уже не было.

— Хорошо, что котёнка так и не завёл. — Мелькнуло в голове. — Сдох бы несчастный, запертый в квартире. Или замёрз бы насмерть, если бы новые хозяева недвижимости выбросили его за ненадобностью. Так что да, хорошо, что не успел. Удачно получилось.

02. Мертвец на Цитадели

Если ты пребываешь в гармонии с миром,

убедись, что мир в гармонии с тобой.

**

Меньше всего в жизни, сгорая в эпицентре взрыва нескольких тонн сжиженного газа, ожидаешь остаться в живых — и уж тем более остаться в целости. Однако был один нюанс. Точнее — сразу два таких нюанса.

Я видел сразу двумя парами глаз. Я ощущал два набора чувств, два разных восприятия мира, что накладывались друг на друга, подобно двум слайдам. Эти тела не были единым целым, но между ними установилась какая-то противоестественная связь. Никакой биологии, никаких нейронных интерфейсов — просто магия, или нечто, чертовски на неё похожее.

Итого — два тела.

С одной стороны — какой-то пацан в полубессознательном состоянии, а с другой — синекожая женщина с абсолютно чёрными, лишёнными радужки глазами, что цепко, почти собственнически, удерживала голову этого мальчишки, надеюсь, достигшего совершеннолетия. И вся эта композиция — их сцепленные фигуры, воздух вокруг них — фосфоресцировала призрачным голубым светом. Слабое мерцание, едва заметное, но пугающе знакомое. Словно я уже встречал этот оттенок где-то.

«Черенково излучение? М… Нет, не совсем».

Они, эта парочка, не просто обнялись, о нет. Они обменивались потоками информации — образы вспыхивали и гасли, сплетаясь с чужими воспоминаниями и неведомыми мне знаниями.

Беда была в том, что оба этих мыслительных паттерна — и то, что пульсировало в черепе парнишки, и то, что транслировала синекожая девушка, — оказались для меня глубоко чужеродными. Конечно, сознание юноши было ближе по биологическому признаку — всё-таки Homo sapiens, а вот эта синяя тётка… В голове неожиданно всплыло знание — азари.

Ирония судьбы, но я потратил куда больше когнитивных усилий на осознание факта своей попаданческой участи, чем на переживания от собственной смерти. Но, как говорится: добро пожаловать в видеоигру.

Пока я философствовал, мальчишка, судя по угасающим образам, благополучно отдал концы. И это было чёртовски странно. Насколько позволяла моя дырявая память о лоре этой вселенной, подобные контакты у азари были сродни сакральному таинству — или, если выражаться менее возвышенно, своего рода ментальному сексу. А ещё точнее — это был обычный для них способ размножения. От этого не умирают. Это должно быть даже приятно.

Мозг услужливо подбросил картинку: Шепард, Лиара, археологические раскопки… В игре всё подавалось как невинное исследование нейронных путей, попытка «считать» данные о протеанах. Но кто знает, что там происходило на самом деле? Впрочем, мир игры позволял выстроить с этой девицей вполне осязаемую лав-стори, а значит, границы между «исследованием памяти» и «личным интересом» были размыты настолько, что их не существовало вовсе. Бог ведает, что именно она делала с этим парнем в той истории.

Впрочем, к чёрту философию. У нас тут бездыханный труп и, кажется, некрофилия с элементами интеллектуального насилия.

«Что вообще происходит?»

Я снова проморгал момент. Стоило мне попытаться сфокусироваться, как фокус моего восприятия резко сместился: сознание начало неумолимо втягивать в тело паренька. Синекожая дамочка, почуяв изменения, с ходу попыталась просканировать и меня. Ошибка, подруга. Фатальная ошибка.

Вместо привычных ей образов и обрывков человеческих эмоций она наткнулась на нечто совершенно иное — на мои файлы. Структуры, алгоритмы, технические процессы и какой-то лютый винегрет из моих собственных знаний вошли в неё, как раскалённый нож в масло.

Реакция была мгновенной. Азари содрогнулась, её лицо исказилось от нечеловеческой муки, и она, захлебнувшись, исторгла густую тёмную кровь — прямо на моё новое приобретение. Я буквально