Однажды 30 лет спустя - Лия Султан
Я знаю, что моя внешность — это проклятие. Мое сердце, вернее та ее часть, которая отвечает за любовь, покрыта корочкой льда. Мое тело — броня, тяжелая, но прочная, которая никого близко не подпускала. Никого, до появления Игоря.
И лед треснул под его пальцами, и в каменной крепости он пробил большую брешь, и ночным, нежданным гостем ворвался в мой обыденный, привычный мир, всколыхнул его и перевернул.
Руки Игоря медленно снимают с плеч кофточку, я позволяю, а потом кладу руки на его талию.
Его пальцы почти невесомо, но до мурашек поглаживают обнаженные предплечья и от этой ласки я постанываю в мужские, твердые губы, чувствуя, как внутри вспыхивает крошечный лучик. На безоблачном небе восходит одинокая маленькая звездочка.
Веду руками вверх по крепкой спине Игоря и сжимаю в ладонях ткань его пуловера. От Завьялова идет жар, несмотря на то, что он пришел с мороза. И этот жар плавит мое тело, вызывая легкое возбуждение — ощущение, которое не так часто возникало в моей жизни. Я даже не помню, когда в последний раз.
А Игорь меня сильнее к себе прижимает, обжигает и оторвавшись от губ, шепчет:
— Ты все-таки пахнешь летом и солнцем, Одуванчик. Как раньше.
— Это фантомные запахи, Игорь. Тебе кажется, — прикрыв глаза, вожу носом по его колючей щеке, улавливая древесные нотки, запах кофе и корицы. Улыбаюсь, потому что так хорошо рядом с мужчиной мне еще никогда не было.
— Нам наверное, надо остановиться, — положив ладони на мое лицо, он заставляет чуть задрать голову и вглядывается в глаза в поисках ответа. — Что скажешь?
У меня не так много времени на раздумья, потому что его взгляд просто весь пропитан желанием идти дальше.
И, наверное, я совсем потеряла рассудок от его поцелуев, потому что я не вижу больше препятствий. Я хочу понять и почувствовать, каково это — заниматься любовью с человеком, которого ты любишь всем сердцем.
— Наверное, мы можем продолжить, Игорь. Спальня вон там, — указываю рукой на комнату и сама тянусь к его губам, пока он отходит от шока, что крепость сдалась без боя.
А дальше мы добираемся до кровати, медленно раздеваем друг друга при свете лампы на прикроватной тумбочке. Я хоть и женщина в возрасте, но все-таки робко прикрываю груди и треугольник внизу, когда ложусь на кровать и смотрю, как он стягивает с себя джинсы вместе с боксерами.
Я видела его однажды без футболки, когда в мае ребята из их класса что-то чинили с трудовиком на школьной площадке. Волос на руках и груди тогда не было, но помню, как меня бросило в жар, когда я пробегала там с одноклассниками и он мне подмигнул. А я глаза опустила и покраснела.
Теперь передо мной стоит взрослый, сильный, крепкий мужчина и дыхание сбивается от увиденного. Он садится рядом со мной и убирает мою руку с груди.
— Не стесняйся, Лиза, ты очень красивая.
Облизываю губы, по телу проходит дрожь от предвкушения и страха. А вдруг я и с ним буду бревном? Но вот он подносит ко рту мою кисть и целует ее.
— Предупредить хочу, что у меня нет презерватива, но ничем плохим не болею.
В голове стучит мысль: а когда у них с Жанной был секс в последний раз? Но я быстро ее блокирую, потому что все-таки не хочу знать.
— Я тоже ничем не болею. Но должна тоже предупредить. Я в этом деле не мастер.
Дарит мне улыбку и снова целует и быстро нависает надо мной, подключая к ласкам руки.
Я была права, у него горячее тело, которое согревает мое, холодное. Вздрагиваю от каждого его поцелуя — в шею, плечо, ключицу. Его ладони поглаживают кожу, накрывают полушария и сначала медленно, а затем сильнее сминают их.
Мы сталкиваемся взглядами, после чего я прогибаю спину и не удержавшись, глухо постанываю от того, что его язык и пальцы делают с моими сосками.
Мое тело пробуждается, я чувствую.
— Лизка, — усмехается и снова припадает губами к твердой вершинке.
Зарывшись пальцами в его волосы, поглаживаю кожу головы подушечками, а он с хриплым стоном останавливается, прижимается щекой к моему животу и признается:
— Я балдею от твоих пальцев, Лиза. Погладь еще.
И я делаю все, что он просит. Потому что я хочу его, я люблю его. Хоть вслух мы об этом не говорим.
— Красивая моя, нежная моя, — целует в живот.
А через несколько минут наступает тот самый момент, которого я ждала и боялась. Раздвинув мои ноги шире, Игорь устраивается между ними и медленно входит в меня. Сначала чувствую дискомфорт и легкую боль, потому что там очень давно никого не было. Закрываю глаза и дышу через нос.
— Если больно, я остановлюсь, — слышу обеспокоенный голос Игоря.
— Нет-нет, все нормально.
— Точно?
— Да, — почувствовав его в себе до конца, я тихо вскрикиваю и тянусь к нему.
Он обнимает меня и начинает медленно двигаться. Постепенно дискомфорт уходит, а я ощущаю, что возрастает не только мое возбуждение, но и влаги внизу становится как будто больше.
— Лиза, такая узкая, — шепчет на ухо, переплетая наши пальцы.
— Это плохо? — я вообще в этих вопросах не сильна.
— Нет, — тихо смеется. — Это прекрасно. В тебе все прекрасно, Лиза.
Широко улыбаюсь и ищу его губы, чтобы поцеловать.
Постепенно Игорь ускоряется, не сдерживает стоны, как и я. Каждый новый сильный толчок дарит такие восхитительные ощущения, от которых, кажется, крылья вырастают.
— Тебе хорошо, Лиза?
— Да.
Понимаю, что совершенно ничего не умею, но я говорю правду. С ним у меня сердце завелось заново и стремительно понеслось ему навстречу.
Я не могу отвести от него глаз, мне очень нравится наблюдать за ним в процессе и понимать, что моя любовь никогда не умирала, она просто уснула.
Игорь летит куда-то, я лечу за ним. А через несколько секунд он содрогается, из его груди вырывается победный, удовлетворенный рык. Еще мгновение, и он падает на меня и утыкается лбом в плечо. Тяжело дышит, не торопится выходить, а я не тороплю его и обнимаю.
— Ты не получила? — хрипло спрашивает, когда привстает на локтях надо мной.
— Нет, — отвечаю честно и улыбаюсь.
— Черт, — выдыхает разочарованно и перекатывается на спину. — Вот блядь. Прости, Лиз.
— Не извиняйся, Игорь, мне было очень хорошо и приятно, — поворачиваю голову и вижу, что он напряжен, аж кадык
