На седьмом этаже - Амелия Брикс

— Кто? Валерчик? — Лиза вспомнила последнюю жертву подруги.

— Фу, испортила всю интригу! — Тома скривилась так, словно откусила кислый лимон. – Какой к черту Валерчик? Этот доходяга и пылинки с него не стоит.

— И все-таки, кто? — без особого энтузиазма, предвкушая очередной сумбурный роман, Лиза включила чайник и полезла в сервант за чашками.

— Никита! — прошептала Тома мечтательно, с придыханием. Лиза замерла. Не может быть… Наверное, это какой-то другой Никита, не ее клиент. Мало ли Никит на белом свете.

— Тома, молю, скажи, что этот Никита — не тот, о ком я думаю, — Лиза поставила чашки на стол и вперила взгляд в подругу. В голове творился хаос. Когда они успели?

Тома, словно зачарованная, собирала пальцем невидимые пылинки со стола, утопая в мечтаниях. В дверь снова настойчиво позвонили. Лиза ждала, что Тома развеет ее страхи, успокоит, но та молчала, как закоренелый партизан. Звонок повторился, еще более требовательно.

— Иду, иду! — выдохнула Лиза почти шепотом, качая головой в неверии. Она уже знала ответ. Предательское сияние в глазах Томы говорило громче слов.

— Лизонька, деточка моя, здравствуй! Вот, держи, это вам с Матвеюшкой! — за дверью стояла соседка Клавдия Ивановна, протягивая Лизе душистый ягодный пирог, словно сотканный из летнего солнца.

— Проходите, Клавдия Ивановна, проходите. Спасибо большое, пирог прекрасен. Мы как раз собирались пить чай, вы как раз вовремя.

— Ох, милочка, надеюсь, я не помешаю?

— Нет, что вы, что вы, мы только за! — Лиза про себя злорадно ухмыльнулась, радуясь возможности отомстить подруге, зная, как та недолюбливает соседку. Хоть так насолить! Усмехнувшись своим мыслям, Лиза шагнула на кухню вслед за пожилой соседкой.

— Итак, на чем мы остановились? Ах да, Никита! — воскликнула Лиза, искоса наблюдая, как дрогнуло лицо подруги. — Клавдия Ивановна, присаживайтесь, сейчас вам чашечку налью. Ох, сегодня у меня тут прямо девичник какой-то!

— Может, мне заскочить попозже, Лизонька? – усмехнулась Клавдия Ивановна, явно упиваясь реакцией Томы и, казалось, быстро поняла правила игры. Эта женщина нравилась Лизе все больше и больше.

— Что вы, пропустите самое интересное. Представляете, моя подруга наконец-то влюбилась! По-настоящему, со всеми прилагающимися. Это нужно отметить. Том, не стой столбом, нарежь торт… Ммм, сегодня у нас настоящий пир души и тела!

Лиза подмигнула сначала подруге, потом соседке и вышла из кухни за дополнительным стулом.

— Мне, пожалуйста, маленький кусочек. Я сладкое не особо люблю.

— Зачем тогда печете? — съязвила Тома, отчаянно сражаясь с неприязнью, что поднималась в ней от присутствия этой женщины.

— Да я ж по привычке, раньше своим пекла постоянно.

— А сейчас где они? Сбежали? — Тома не унималась, стремясь задеть женщину за живое. Лиза как раз возвращалась, застыв в дверях, когда услышала ответ.

— Да нет. Померли все. — Клавдия Ивановна произнесла это таким будничным тоном, словно речь шла о погоде, что у Лизы мурашки побежали по коже. Тома словно язык проглотила, торопливо накладывала торт, но Лиза заметила, как предательски дрогнула её рука. Под маской цинизма и колкости скрывалась совсем другая Тома. Лиза прекрасно знала, какая на самом деле её подруга добрая, ранимая и чуткая.

— Ну что, старую сплетницу развлечете историями о любви, аль нет? — Клавдия Ивановна пригубила чай, стараясь сохранить серьезность, но озорные искорки в глазах выдавали ее игривое настроение.

— Ох, да там с самого начала рассказывать…

— Да что там рассказывать! — перебила Лизу Тома, набивая рот сочным пирогом с черникой. С блаженной истомой закатив глаза, она запила все это щедрым глотком чая и, под пристальным наблюдением двух пар глаз, медленно проглотила.

— Есть у Лизки клиент один, Никитой зовут. Так вот, теперь он мой!

— Твой кто, клиент? — с невинным любопытством уточнила Клавдия Ивановна, вызвав у Лизы приступ безудержного хохота. Та едва не расплескала чай на стол. Тома лишь хищно ухмыльнулась.

— А то! И не только клиент! Женю я его на мне, вот увидите! Недолго осталось. Такую, как я, он больше нигде не найдет, или я ему просто не позволю… — с этими словами Тома вонзила нож в торт, словно ставя точку в споре.

— Нет сомнений! Или твой, или не жилец! — поддержала ее Клавдия Ивановна серьезным тоном. Лиза же хохотала во все горло.

«Может, в чае что-то есть?» — промелькнуло у нее в голове, и ей стало еще смешнее, когда она озвучила эту мысль вслух.

На этой веселой ноте и продолжилось чаепитие, пока квартиру не оглушила резкая трель дверного звонка.

— А вот сейчас действительно любопытно, кого это принесло? Вроде все свои здесь! — Тома обвела взглядом подруг и поднялась со своего места. — Сидите, я открою.

— Ну вот, ещё один боец прибыл! Добро пожаловать в наш дружный клуб.

— Здравствуйте! – просияла девушка, озарив комнату своей улыбкой, от которой у женщин даже дыхание перехватило. — Я тут к вам забежала, Елизавета Дмитриевна, за рецептом. Помните, вы мне обещали, для папы.

— Ох, Мариночка, присаживайся, дорогая. Сейчас я тебе всё расскажу, а пока чаю с нами попей.

— Здравствуйте, Клавдия Ивановна, — немного смущенно, подходя к столу, поздоровалась девушка с пожилой соседкой. Марина явно не ожидала увидеть ее здесь, жива еще была в памяти неприятная сцена с Матвеем.

— Знакомься, Мариночка, это Тамара! — словно представляя старую подругу, проговорила Клавдия.

Лиза лучезарно улыбнулась, радуясь, что эти двое хоть немного сблизились.

«Эх, и денек сегодня!» — с теплотой подумала она.

— У вас тут весело, как погляжу, — слегка порозовев, Марина принялась за торт.

— А как тут не веселиться, душенька, когда мужиков обсуждаем! А у тебя, красавица, сердечко занято? Принц-то хоть какой имеется? — не стала ходить вокруг да около Клавдия Ивановна, взяв сразу быка за рога. Марина зарделась еще сильнее и лишь неуверенно кивнула в ответ.

— Ну-ка, девочки, цыц! Зачем нам, старым ворчуньям, знать ее секреты? Молодость сама себе найдет дорогу, — подмигнула Лиза соседской дочке, приобняв её за плечи. Озорная искорка заплясала в её глазах.

Посиделки тянулись, словно нить веретена, почти до самого заката. Тома плела кружева историй