Метод Фельденкрайза. Практическое освоение системы - Евгения Валерьевна Кирсанова
Зрелость человека Моше понимал как способность самостоятельно определить мешающее ему жизненное обстоятельство или проблему. Затем подвергнуть их анализу, разложить на элементы весь свой предыдущий опыт, с тем чтобы, выявив стереотипы действий и поведения, ставшие причиной тех или иных последствий, усовершенствовать и преобразовать элементы этих схем, отказавшись от ненужных так, чтобы каждый по отдельности и в своем единстве они служили бы удовлетворению потребностей человека больше, чем до такого анализа.
Будущее не может быть безвозвратно утрачено из-за того, что было в прошлом. Это утверждение неверно, хоть и глубоко укоренилось в нас.
Эта идея – анализ, различение частей целого, определение их по принципу петли обратной связи как подходящих или неподходящих, а затем интеграция – составляет логику нервной системы, как ее описал Карл Прибрам, пересмотревший концепцию рефлекторной дуги Павлова.
Прибрам создал единицу поведенческого анализа – модель T-O-T-E (test – operation – test – exit; в переводе на русский язык известно как «проба – операция – проба – результат»), которой объяснял в том числе процессы адаптации и привыкания. Эта схема раскрывает стратегию достижения некоего желаемого состояния или цели и представляет собой цикл, где T (test) – постановка цели или создание идеальной модели; О (operation) – действия, направленные на приближение текущего состояния к желаемому; постоянная проверка – Т (test) – происходит ли приближение к заданному, подходят ли используемые средства или нужны другие; Е (exit) – еще одна проверка, направленная на выяснение, не пора ли остановиться, если цель достигнута, или осознание, что данная цель недостижима и ее саму нужно менять.
Модель T-O-T-E была создана как отказ от представления классических бихевиористов о том, что человек – это машина, действующая только по принципу «стимул – реакция», и переход к идеям необихевиористов о кибернетической природе человека, где человек может, реагируя на стимул среды, самостоятельно подбирать и корректировать формы своих ответных действий. Фельденкрайз оформлял свой метод в годы расцвета необихевиоризма и очень высоко ценил эту модальность, подвергавшую критике подходы как Зигмунда Фрейда, так и Ивана Петровича Павлова о несвободе выбора и полной обусловленности природы человека.
Эта схема – анализ, различение частей целого, определение их и своих действий как подходящих или неподходящих, интеграция – положена в основу каждого двигательного урока по методу Фельденкрайза. Многократное исследование своего поведения в рамках этой схемы приучает человека к продуктивной (направленной) рефлексии.
Относительно движения как основного инструмента своего метода Моше писал: «Одна и та же мышца может получать двигательные импульсы от спинного мозга, ствола головного мозга, от коры головного мозга и других центров нервной системы. Однако поскольку существует только один исполнительный орган – тело – и великое множество возможных комбинаций двигательных импульсов, существует также интегративное действие нервной системы, гарантирующее, что только одна конечная алгебраическая сумма всех возбуждений достигнет мышцы»[13].
«Нервная система обладает свойством интеграции. Эта ее способность позволяет индивиду контролировать действие окружающей среды на него, отбрасывая те, с которыми он не научился и не собирается учиться справляться, и выбирать из множества возможных спонтанных или автоматических реакций ту, которая должна быть реализована. Этот процесс и есть созревание. Если были причины, помешавшие созреванию настолько, чтобы человек взял на себя ответственность за руководство собой, значит, первостепенным у него остается инфантильное, а вынужденность и компульсивность являются правилом»[14].
«Сознательный контроль эффективно становится главным сервомеханизмом нервной системы. Зрелость в этом смысле – идеальное состояние, в котором уникальность человека, его способность формировать новые реакции или учиться достигли своего окончательного совершенства»[15].
Примечательно, что Моше Фельденкрайз, отвечая на вопрос журналиста, как он работает с людьми, говорил среди прочего так: «Я обнаружил, что можно представить теоретическую, несуществующую модель – такую, в которой каждая кость настолько совершенна, насколько это возможно в анатомическом совершенстве. Мышцы имеют самое лучшее развитие, какое когда-либо видел мир, и они самым прекрасным образом соединены с этими костями.
Наконец, нервную систему, которая обладает величайшими способностями. Итак, я представляю себе идеальную среду – не такую, где было велико влияние твоих родителей или моих, про которых каждый психоаналитик скажет, что именно они причина всех моих запретов и комплексов, вводя в такое дурацкое состояние, когда якобы всех, у кого есть мать и отец, нужно анализировать, пока они не выяснят, что не так с этим отцом и этой матерью. Конечно, у человека должны быть родители, и он должен жить с ними, и должен любить их, и должен ненавидеть их, но он должен быть способен сделать свою собственную жизнь интересной, полной, богатой и удовлетворяющей.
Обычно новое явление неразвитое сознание старается поместить в знакомый шаблон или схему.
Так вот, я представляю идеальную среду и то, каким был бы человек, будь у него такая идеальная среда и идеальный процесс развития. Каким бы он был, если бы жил в идеальном мире. Представив, я думаю, как этого достичь»[16].
Очень важно, практикуя уроки осознавания, разделять понятия «осознание» и «осознавание». Для Моше осознание – это конечное и завершенное понимание того, что уже не может быть изменено, касающееся, например, прошлого. Тогда как осознавание – это процесс, служащий фоном для всего, что составляет ткань жизни: любви, труда, творчества, саморазвития и многого другого. Осознанность и осознавание не являются в методе целью сами по себе – они должны куда-то вести, служить развитию чувства исполненности жизни, способствовать реализации потребностей человека.
Фельденкрайз отмечал, что «осознание большинства людей настолько неразвито, настолько бедно, что в тот момент, когда человек видит новое явление, он сразу пытается поместить его в шаблон или схему, как машина. Он соотносит это и сравнивает с уже известными чертами и качествами, как будто отказывается смотреть на это, как на что-то новое. То
