Политическая история Римской империи. Том II - Юлий Беркович Циркин
Scholae palatinae охраняли императора и его семью, дворец и подразделения центрального правительства, сопровождали императора при его передвижениях, в том числе и на театр военных действий. В последнем случае они могли принимать участие в военных операциях, защищая императора. Из числа воинов этих схол выделялись кандидаты (candidati, называемые так, по-видимому, из-за своих белых плащей), служившие непосредственными телохранителями императора. Каждый цезарь тоже имел в своем распоряжении часть этой гвардии. Командовал ею magister officiorum — глава императорской канцелярии. Это был гражданский чиновник, и это обстоятельство еще раз подчеркивало особый характер scholae palatinae, которые были частью не армии, а двора. Официально в состав этих придворных частей включались и agentes in rebus. Общая численность этой гвардии составляла 2500 воинов (пять схол по 500 человек). Характерен критерий отбора в эти войска — не только сила и храбрость, но и красота. Значительную часть гвардейцев составляли не римляне, а наемные варвары, преимущественно германцы, считавшиеся особенно преданными именно императору. Командиры этих подразделений представляли собой военную элиту Империи. Порой воины дворцовых сход переходили в мобильные или даже пограничные войска, но на офицерские должности. Таким образом, придворную гвардию можно рассматривать и как некий вид военных училищ, готовивших армейских офицеров.
Константин сохранил установленные Диоклецианом методы пополнения армии, и прежде всего насильственный набор, а также наследственность солдатской профессии. Но, несмотря на все усилия властей, обеспечить войска достаточным количеством рекрутов оказалось практически невозможным. И Константин пошел по пути, уже проложенному его предшественниками, в том числе и Диоклецианом. Он стал включать в состав армии варваров, как военнопленных, так и добровольцев. На это его подвигло и то обстоятельство, что в соответствии с реформой Диоклециана землевладельцы могли откупаться от поставки рекрутов, внося вместо этого определенную плату (aurum tiromum). Нуждаясь в деньгах, императорское правительство все чаще шло на такую замену и компенсировало недостачу новобранцев зачислением в армию варваров. Так, после переселения на территорию Империи 300 тыс. сарматов наиболее сильных и воинственных из них Константин забрал в армию. Они были расквартированы во Фракии, Македонии и Северной Италии. В основном готов использовал он в войне против Лициния. Несколько позже 40 тыс. готов во главе с их королями Ариарихом и Аорихом после поражения перешли на службу к Константину. При этом с ними был заключен формальный договор (foedus), определявший условия их службы императору. Готы получали землю в обмен на военную службу.[123]
Константин, как уже говорилось, активно включал варваров в придворную гвардию. По-видимому, им, оказавшимся среди чужих и не имевшим с ними связей, он доверял гораздо больше, чем римлянам. Константин, как только что упоминалось, не был первым, кто прибег к такому способу пополнения армии, однако его действия в этом отношении были столь масштабными, что можно говорить о начале варваризации римской армии. Предводители-варвары, превращавшиеся теперь в офицеров Империи, начали входить в имперскую элиту. Это началось довольно рано. Во всяком случае, видную роль в армии Константина уже во время войны с Лицинием играл франк Бонит. Одного германца Константин даже сделал консулом.[124] Таким образом, начинается варваризация армии на всех ее уровнях (кроме, естественно, самого императора).
Структура армии, созданная Константином, сохранялась в течение долгого времени. Конечно, она совершенствовалась, видоизменялась, но все это не выходило за рамки системы Константина.
Борьба с варварами. Успешные войны, которые вели тетрархи, обеспечили Римской империи относительное спокойствие на границах. Даже гражданские войны, развернувшиеся после отречения Диоклециана и Максимиана, они использовали в сравнительно небольших масштабах. Самой опасной границей в начале правления Константина была рейнская, и он, являясь правителем западной части государства, был вынужден довольно активно воевать с франками и аламанами. Именно это обстоятельство и препятствовало в течение ряда лет его активному вмешательству в борьбу за единоличную власть. Как уже говорилось, франки использовали уход с Рейна Константина с частью армии для войны с Максенцием, чтобы снова вторгнуться в Галлию. Однако Константин, спешно вернувшись, снова отбил это нападение. После этого он уже свое основное внимание сосредоточил на восточной части Империи. На Рейн он послал Криспа, который и одержал ряд побед над германцами, после чего на какое-то время рейнская граница стала более или менее спокойной. Весьма угрожающее положение сложилось на нижнем и среднем Дунае, где активными врагами римлян выступали готы и сарматы. В 323 г. Константин, несмотря на раздел Империи между ним и Лицинием, выступил в поход против этих племен через территорию своего соправителя и одержал победу.
Победа, одержанная Константином, принесла мир дунайской границе, но ненадолго. В 328 г., когда он находился на Западе, готы снова перешли Дунай. Император быстро вернулся на Восток. Весной следующего года они были разгромлены и отброшены за Дунай. Но Константин этим не ограничился. Он велел построить новый мост через реку, перешел по нему Дунай и нанес готам тяжелое поражение. Мост позволил римлянам создать на левом берегу Дуная плацдарм, контролировавший движение варваров и защищавший римский берег.
