Европа в средние века. От становления феодализма до заката рыцарства - Александр Алексеевич Хлевов
В ходе долгого царствования Людовика IX существенный подъем испытывали города, причем особенно ощутимым этот процесс был в северной части страны, которая не только наверстывала упущенное, но и обгоняла по темпам урбанизации южные области. В XIII в. выросли и разбогатели поселения на р. Сене, Уазе, Марне, Сомме, Верхней Соне и Средней Луаре, причем они поддерживали тесные и оживленные торговые связи между собой, образуя устойчивые экономические системы. Уже в XII в. в Париже возникло купеческое объединение, известное как «Ганза речных купцов», игравшее ведущую роль в городском самоуправлении. В 1210 г., после присоединения Нормандии, руанские и парижские речные купцы создали союз торгующих по Сене, а вскоре в него вошли и купцы ряда речных городов Бургундии. Похожие союзы складываются и на Луаре.
Результатом расцвета городов стало быстрое насыщение внутреннего французского рынка товарами как местного производства, так и привезенными из других европейских и даже восточных стран. Продолжается и абсолютный рост городов – к концу XIII в. в Париже проживало не менее 70 тыс. человек, в Руане – около 50 тыс. Это были чрезвычайно высокие показатели, демонстрирующие успехи французского урбанизма. Богатевшие города, в свою очередь, отлично понимая благотворность объединительных тенденций, активно поддерживали централизаторские усилия короля.
К эпохе Людовика Святого относятся окончательный запрет частных феодальных войн на территории домена и попытки реформирования армии – привлечение к службе контингентов наемных войск, куда более дисциплинированных, нежели феодальное воинство, а также опора в ряде случаев на городскую пехоту. Таким образом, король явственно стимулировал развитие наиболее перспективных в недалеком будущем типов вооруженных сил. Однако эти реформы шли все же относительно медленно, и ядром французской армии продолжало оставаться феодальное ополчение.
Филипп III Смелый (1270–1285) прославился в основном своими войнами за присоединение территорий на юге королевства. Кроме того, он ввязался в войну с Арагоном в целях захвата последнего, но этот конфликт закончился поражением французов.
Филипп IV Красивый (1285–1314) путем удачного брака присоединил к своему домену Шампань и Наварру. В 1308–1309 гг. к домену Капетингов отошла значительная часть Аквитании – графства Ангумуа и Марш, а несколько позже – почти все течение рек Дордони и Гаронны. В руках английского короля осталась только узкая полоса земель вдоль Бискайского побережья от Сента до Пиренеев. На восточной границе государства был присоединен большой и богатый город Лион (1307). Однако Филипп оказался куда менее удачлив в завоевании Фландрии.
Графство Фландрия к этому времени становится наиболее экономически развитым и урбанизированным регионом Европы, процветавшие города которого являются в высшей степени привлекательной приманкой не только для французского короля, но и для немецких владык и в особенности для Англии. Используя острейшую борьбу патрициата и цехового ремесленничества во фламандских городах, Филипп попытался расширить свои владения. Раскол во фламандском обществе усилился – патрициат ориентировался на короля, цеховые ремесленники – на графа Фландрии.
После «Брюггской заутрени» (1302) – избиения королевского гарнизона в Брюгге, которое стоило французам примерно 3000 жизней, – последовала карательная экспедиция во Фландрию. Однако в битве при Куртрэ в мае 1302 г. пехота фламандских городов сумела наголову разгромить рыцарей Филиппа Красивого. Грамотно используя особенности местности и отлично понимая, что в случае поражения пощады от рыцарства ждать не придется, горожане нанесли наступающим весьма тяжелый урон. Это сражение вошло в историю как Битва золотых шпор, поскольку тысячи снятых с убитых рыцарей шпор были повешены в городском соборе в качестве символа победы горожан.
Битва при Куртрэ стала одним из важных поворотных моментов в истории средневековых войн, ознаменовавшим окончательный выход на поля сражений пехоты нового типа и ее способность успешно противодействовать рыцарской кавалерии. Впрочем, итоги этой борьбы оказались неутешительны для фламандцев. Городские отряды еще не были в состоянии противостоять профессиональной тяжелой кавалерии в регулярном полевом бою. Да и единства во фламандском обществе не было. Вскоре Филипп смог присоединить значительную – в основном южную – часть Фландрии. Впрочем, тем самым он собственноручно поджег еще один фитиль приближающейся Столетней войны. Именно борьба за Фландрию, наряду со спорами о статусе Аквитании, стала главной проблемой в отношениях с Англией.
Визитной карточкой царствования Филиппа Красивого стало выкачивание финансовых средств из всех категорий населения. Времена менялись, и королевская власть остро нуждалась в огромных суммах, для добывания которых правитель не брезговал ничем. Активно применялась, в частности, порча монеты (снижение доли драгоценных металлов), отрицавшая финансовую политику Людовика Святого; массовый характер приобрел откуп рыцарства от военной службы. Король регулярно требовал от городов крупных сумм, постепенно превращавшихся в постоянные налоги. Важным инструментом королевской финансовой политики стал созыв с 1302 г. Генеральных штатов – французского сословного парламента, предназначавшегося – как и все парламенты средневековья – для обсуждения с представителями сословий объема взимаемых с населения налогов.
Филиппом были задуманы и осуществлены грандиозные операции по изъятию средств. В 1306 г. было конфисковано имущество всех французских евреев, а сами они изгнаны из страны; королевская казна стала правопреемником еврейских ростовщиков – долги следовало теперь вернуть не им, а королю.
В 1307–1312 гг. развернулась кампания по борьбе с тамплиерами. Обвиненные в ереси и сношениях с дьяволом рыцари ордена, и в особенности его верхушка, были арестованы, а после упразднения папой римским самого ордена – казнены. Громадные финансовые накопления тамплиеров перешли в королевскую казну, а земли были фактически насильственно проданы ордену госпитальеров, что принесло новые доходы.
Длительное противостояние короля папе в конечном счете привело к невероятным по тем временам последствиям. В 1309 г. под активным нажимом французских эмиссаров Святой престол переехал во французский город Авиньон, где и находился до 1373 г. Авиньонское пленение пап лишний раз подчеркнуло то обстоятельство, что французская монархия стала ведущей политической силой в западном христианском мире.
Царствование Филиппа Красивого показало, что вектор королевской политики во Франции поменялся. Эпоха укрепления государства и собирания земель сменилась периодом извлечения из них прибыли. Центральная власть, ранее в основном действовавшая «методом пряника», стала активно применять и «кнут». Домен государя, занимавший теперь почти всю территорию страны, как казалось, был под достаточно надежным контролем, чтобы послужить объектом неприкрытой эксплуатации. Политика Филиппа вызывала массовое недовольство в самых разных слоях населения – от крестьянства и горожан до высшей знати. Народные волнения и заговоры феодалов уже в конце правления монарха стали серьезной проблемой. Однако хуже всего было то, что королевская политика породила оппозицию в государстве накануне самого тяжелого и страшного испытания, уготованного Франции за весь период средневековья, – Столетней войны. Многие шаги Филиппа Красивого обернулись для страны весьма тяжелыми последствиями.
В полном соответствии с
