Восток на рубеже средневековья и нового времени XVI-XVIII вв. - Коллектив авторов
Культурная и интеллектуальная жизнь города была небогатой. Хотя предпринимались попытки создать «латинские школы» для детей служащих НОИК и школы для христиан-неевропейцев, практические результаты были ничтожны: школы, на содержание которых скуповатой Компанией отпускались незначительные средства, влачили жалкое существование, и к концу эпохи мардейкеры и немногочисленные христиане-индонезийцы оказались поглощенными мусульманской массой.
XVII век дал лишь одного литератора средней руки. Им стал Якоб Стеендам, первый поэт Нью-Йорка (голландской колонии Новые Нидерланды), который, переселившись в Батавию, где получил место попечителя сиротского приюта, написал несколько поэм о батавской жизни. Список книг, опубликованных в Батавии на протяжении XVII–XVIII вв., включает бесконечное число сборников административных распоряжений, некоторое количество книг на португальском и малайском языках, немногочисленные перепечатки голландско-малайских словарей наиболее употребительных слов, а также грамматик и, наконец, с 1731 г. ежегодный справочник (с чинами и должностями) служащих Компании.
Монотонность официальных публикаций и перепечаток лишь изредка прерывалась такими книгами, как появившаяся в конце XVII в. дидактическая поэма Я. Стеендама для юношества или поэма Питера ван Хоорна о мудрости Конфуция. В этом списке (за 1695 г.) промелькнуло историческое сочинение, повествующее об известной осаде 1629 г. Впоследствии это сочинение вдохновило батавского поэта XVIII в. Питера де Фриса на сочинение драмы, «украшенной песнями, танцами и живыми картинами», под названием: «Ян Питерсзоон Кун, основатель батавской свободы. Драма о войне со счастливым концом».
В 1778 г. Йохан Радермахер, один из высших служащих Компании, основал Батавское общество. Хотя «Сообщения о естественной истории, древностях и обычаях» народов Нусантары приветствовались Обществом, в основном в начальный период своей деятельности оно занималось проблемами городского хозяйства. Тот же Радермахер стал основателем первых франкмасонских лож в Батавии в 60-х годах XVIII в. Идеи европейского Просвещения слабо затронули голландскую колонию, где царил дух стяжательства, презрения к «туземцам» и пренебрежения к образованности, художественным ценностям и знаниям.
Вообще лишь в самом конце периода европейцы, оказавшиеся в колониальной администрации, стали проявлять интерес к местной культуре, истории, нравам и обычаям, выходящий за рамки обычных путевых заметок, описаний путешествий и т. п., которыми так богаты XVII–XVIII вв. В первую очередь это произошло в Индии, где, находясь на службе в Калькутте, У. Джонс в 1784 г. основал Бенгальское азиатское общество и положил начало научной индологии.
Итак, хотя процессы, начавшиеся со времени Великих географических открытий, означали наступление новой эры — эры колониализма, двуликого Януса, сближающего и разъединяющего субъекты мировой цивилизации, к концу XVIII в. обнаружились лишь первые следствия этих процессов. Мировая торговля только начала влиять на производство азиатских стран. Европейские достижения едва воздействовали на внутреннюю жизнь стран Востока, причем весьма избирательно; традиционность местных обществ сохранялась, и элементы модернизации внедрялись медленно, наталкиваясь на огромное сопротивление. В конце XVIII в. мир Востока стал менее гомогенным вследствие различной реакции различных стран на колониальное вмешательство Запада, а также в силу того, что целые районы Азии, в первую очередь Филиппины, Ява с Мадурой, многие области Индии, где было создано колониальное управление, «выпали» из общей картины.
В Европе эпоха раннего колониализма ускорила процессы складывания европейской цивилизации, с одной стороны, а с другой — способствовала (вследствие неодинакового воздействия «революции цен» и развития буржуазных отношений) разделению этой цивилизации на несколько регионов. Центром стали в основном протестантские страны — Англия, Нидерланды, Западная и Северная Германия, и гугенотская Франция, выходцы из которых к концу эпохи более всего преуспели и на колониальном поприще. Другим регионом стали страны Южной и Центральной Европы, в основном католические — Испания, Португалия, Италия, Австрия, Южная и Восточная Германия.
И наконец, на периферии стали располагаться католические и православные страны Восточной Европы. И если последствия наступления колониальной эпохи для Западной Европы сказались в разложении феодальных и развитии капиталистических отношений и в создании заморских колониальных империй, то в странах Центральной и Восточной Европы усилился феодальный гнет, произошло «вторичное закрепощение» крестьян и наблюдалась (в духе общего экспансионизма эпохи) тенденция к созданию континентальных империй (Австрия, Россия, Польша).
XVI–XVIII века создали базу для последующего (вместе с промышленной революцией в Европе) бурного развития колониализма как системы. Дело ведь не в том, что торговый баланс был положительным для стран Востока. Гораздо важнее то обстоятельство, что европейские фактории, форты, анклавы в сочетании с безусловным морским и военным превосходством («торговля со шпагой в руках») Европы, окончательно обнаружившимся в XVIII в., брали под контроль сначала внешнюю торговлю азиатских стран, а затем и национальные рынки, подготавливая последующее подчинение местных обществ на государственно-административном уровне. Уже в этот период началось завоевание огромных территорий в Индии (прежде всего, Бенгалии), сопровождавшееся частичным разрушением местного производства, оттоком за рубеж (в Англию) доходов, полученных от налогов, пошлин, откупов, монополий и т. п. Еще ярче это проявилось на Малайском архипелаге, где Испания в этот период превратила в свою колонию Филиппины (за исключением южных районов), а Нидерландская Ост-Индская компания, завоевав Яву, основные доходы стала извлекать путем непосредственного грабежа, военных контрибуций и налоговой эксплуатации местного населения.
Вне зависимости от субъективных намерений тех, кто колониализм приносил, или от объективных последствий (иногда — благотворных, правда, проявившихся в весьма отдаленном будущем) экспансия европейских держав означала для стран Востока, как правило, разрушение или деформацию традиционных структур, часто просто гибель местной цивилизации, массовое уничтожение населения (достаточно вспомнить африканскую работорговлю), грабеж и эксплуатацию. Трагедия народов, вовлеченных в колонизацию, состояла в том, что процесс создания мирового хозяйства и разрушения традиционных систем происходил в насильственной форме. В этот период приспосабливание стран Востока к мировому капиталистическому развитию не вызвало (и не могло вызвать) к жизни появления собственного капитализма.
Глава 4
Османская империя в XVI–XVII вв.
На рубеже Нового времени в мире ислама произошла коренная перегруппировка сил. На месте мамлюкского султаната, грозной империи Тимура, Делийского султаната и распадавшейся Золотой Орды образовались новые могущественные державы, прежде всего, империи Великих Моголов, Сефевидов и Османов. После взятия Константинополя (1453 г.) османское государство превратилось в мировую державу, начавшую играть первостепенную роль в международной политике.
В
