Галлия под властью франкских королей (511–561) - Антон Игоревич Каспаров
Принятие за основу того, что карательный поход против Оверни произошел в 523/524 гг., ведет за собой пересмотр всей хронологии событий, описываемых Григорием во взаимосвязи с этим походом. А именно, преамбулой этого похода, по словам Григория, служил слух о том, что он погиб в Тюрингии, после чего Хильдеберт, поддерживаемый одним из сенаторов, занял Клермон. Теодорих, естественно, посчитал это изменой Оверни, так как даже если бы слух оказался верным, и он погиб бы в Тюрингии, то Теодорих, несомненно, рассчитывал, что Овернь вместе со всем его королевством унаследует его сын Теодеберт. Однако произошедшие события показали обратное, что вызвало его гнев. Сама взаимосвязь событий, переданных здесь Григорием, кажется вполне правдоподобной, так как, по-видимому, хорошо запечатлелась в его семейной традиции. Тогда следует признать, что, когда Григорий говорит о слухе о смерти Теодориха в Тюрингии, речь идет либо о походе против Бадериха и, соответственно, тогда этот поход следует датировать не 515 г., а 522/523 гг., либо о каком-то другом походе, упоминания о котором не сохранилось.
Кроме того, исходя из слов Григория, можно понять, что когда точно выяснилось, что Теодорих жив, Хильдеберт покинул Овернь и отправился в поход против вестготского короля Амалариха, который оказался для последнего смертельным. Это событие не могло произойти в 523/524 гг., так как в это время в Вестготском королевстве правил Теодорих Великий, и, по данным других источников, произошло точно позже в 531 г.[77] Таким образом, поход Хильдеберта против Амалариха не вписывается во взаимосвязь событий, представленных Григорием. В этой связи важно отметить, что Григорий упоминает о союзе, который Теодорих заключил с Хильдебертом, когда они поклялись, что ни один из них не выступит в поход против другого, а для того, чтобы договор был прочнее, они обменялись заложниками из знатных сенаторских семей. Одним из таких заложников был Аттал, племянник прадедушки Григория Турского по материнской линии. Однако, по словам Григория, когда короли рассорились вновь, заложники, призванные обеспечить соглашение между королями, были переданы Теодорихом в услужение, и их стали использовать в качестве слуг[78]. Можно предположить, что этот договор и обмен клятвами был заключен после неудачной попытки захвата Оверни в 523/524 гг., послужившей причиной для обмена знатными заложниками между королями. Ведь такая мера чаще применялась при примирении враждующих сторон, что предполагает существование серьезного конфликта между Теодорихом и Хильдебертом, требующего примирения с обменом заложниками. Нам неизвестно ничего подобного между Теодорихом и другими братьями, с которыми он даже планировал выступать в совместные походы. Единственным известным нам поводом для заключения такого договора между Теодорихом и Хильдебертом служит конфликт вокруг Оверни в 523/524 гг. Таким образом, можно заключить, что описанный Григорием договор, в результате которого его родственник Аттал оказался в заложниках у короля Теодориха, был фактически заключением мира между королями после попытки захвата Оверни в 523/524 г. Это важно в связи с тем, что Григорий сообщает, что в дальнейшем между королями вновь вспыхнула ссора. Можно предположить, что причиной этому послужила очередная попытка Хильдеберта овладеть Овернью. По-видимому, Хильдеберт не оставил попыток захватить Овернь и совершил еще одну из них в 531 г. Тогда это укладывается в пассаж Григория об этих событиях и объясняет, каким образом Хильдеберт мог отправиться в поход против Амалариха в 531 г. из Оверни. Таким образом, рассказ Григория о событиях, связанных с карательным походом против Оверни, приобретает некоторую стройность. На наш взгляд, последовательность и датировка событий, описанных Григорием, представляется следующей. В 522/523 гг. Теодорих в союзе с Герменефредом выступает в поход на Тюрингию, в это время в Оверни разносится слух о смерти Теодориха и Хильдеберт при помощи Аркадия занимает Клермон. Однако, когда Хильдеберт узнает, что слух оказался ложным, он отступает восвояси. Теодорих же в отместку за измену совершает карательный поход против Оверни в 523/524 г., после чего заключает договор с Хильдебертом о ненападении с обменом заложниками. В 531 г. Хильдеберт осуществляет очередную неудачную попытку захвата Оверни, Теодорих в гневе превращает заложников в слуг, а Хильдеберт в этом же 531 г. из Оверни нападает на короля вестготов Амалариха. Такой ход событий представляется наиболее вероятным, хотя утверждать это с полной уверенностью не представляется возможным, так как оставленные Григорием сообщения не дают нам такой возможности.
Возвращаясь же к карательному походу Теодориха против Оверни, стоит отметить, что он оставил глубокий отпечаток в памяти семьи Григория. Достаточно сказать, что во время этого похода погиб дед Григория, а хозяйство было полностью разрушено. Область Оверни была пройдена войсками Теодориха во всех направлениях и разорена до основания. По словам Григория, местным жителям не осталось ничего из их имущества, кроме голой земли, которую варвары не могли унести с собой. Жители пытаются скрыться за стенами крепостей, но по беспечности или предательству карательные войска настигают их и там[79]. Войска Теодориха не жалеют даже храмы и святые места. Так, разграблению подверглась базилика Св. Юлиана, после того как некоторые из воинов Теодориха, следуя слуху о том, что окрестные жители со всем своим богатством укрылись в базилике, покинули армию и последовали в Бриуд. Когда об этой истории стало известно Теодориху, он распорядился казнить этих воинов[80]. Однако наказание скорее последовало не за разграбление базилики, а за самовольное отлучение из армии, так как, по свидетельству Григория, армия Теодориха, без сомнений, грабила и уничтожала другие храмы, как, например, деревянный храм, где хранилась серебряная рака с мощами св. Симфориана[81]. Кроме того, было захвачено множество пленников, об освобождении которых пекся блаженный старец Порциан[82].
Но освободиться было суждено не всем; многие, по-видимому, были уведены в Австразию, как, например, Фидол, который был уведен в Труа, где стал клириком[83]. Григорий также сообщает, что некоторые
