Инфляция: конец эпохи ценовой стабильности. Для новичков, скептиков и профи - Марк Блайт

В США картина была схожей, но с нюансами: прибыли начали расти раньше, чем в Европе, но позже к ним добавился и рост затрат на рабочую силу (30).

57

Но действительно ли фирмы – однозначные победители?

Хотя картина ясно показывает, что работники оказались в проигрыше, а компании в 2021–2024 годах повышали цены, перекладывая на потребителей рост издержек, это, к сожалению, не означает, что мы наконец разгадали, кто от инфляции выиграл.

Во-первых, хотя прибыли сейчас опережают зарплаты, это может быть временным явлением. В будущем они могут начать расти – и даже быстрее, чем мы ожидаем. В США, например, зарплаты долгое время не росли, но с 2017 года эта тенденция начала меняться. Особенно заметны приросты у двух самых низких квинтилей доходного распределения.

Исследователи подсчитали, что за последние пять лет неравенство в оплате труда в США сократилось почти на четверть (31). Добавьте к этому массовый уход работников на пенсию и нехватку трудовых мигрантов, и станет понятно, почему ситуация, при которой прибыли растут быстрее зарплат, может оказаться единичным эпизодом, а не устойчивой тенденцией.

Во-вторых, более высокие прибыли не означают, что фирмы автоматически выигрывают от инфляции. Как ни парадоксально, причина – в разнице между прибылью на единицу продукции и уровнем наценки. Это различие может показаться чисто техническим, но оно принципиально важно, так как помогает понять, защищались ли компании от инфляции или использовали ее, чтобы извлечь выгоду за счет других. Другими словами, оно позволяет отличить компанию, просто пережившую инфляцию, от компании, использовавшей ее в корыстных целях.

Пример, надеемся, прояснит разницу. Представим, что фирма производит товар и продает его за 120 долларов. Себестоимость – 100 долларов. Значит, наценка составляет 20%, а прибыль – 20 долларов. Теперь представим, что из-за энергетического шока себестоимость выросла на 100% – до 200 долларов. Фирма повышает цену до 240 долларов, сохранив ту же наценку в 20%. Теперь прибыль составляет 40 долларов. Прибыль на единицу удвоилась, но наценка осталась прежней – 20%. В этом случае рост прибыли – следствие роста издержек, а не жадности. Фирма не увеличила долю, которую оставляет себе. Поэтому нельзя автоматически утверждать, что рост прибылей вызван желанием фирм нажиться на инфляции (32). Они могли просто компенсировать рост стоимости промежуточных товаров – энергии, транспорта, сырья – без изменения своей доли в цене.

Ключевой вопрос – изменились ли наценки?

Именно рост наценок, а не прибыли в денежном выражении, указывает на то, что фирмы используют инфляцию как возможность для извлечения дополнительной выгоды.

Но ответить на этот вопрос непросто. Для этого нужны полные данные о стоимости промежуточных товаров, которые компании импортируют. А такие данные собрать крайне трудно.

Проще говоря: легко увидеть, что ваш парикмахер поднял цену на стрижку. Но сложно понять, сколько из этого повышения приходится на рост платы за свет в салоне, а сколько вызвано желанием оплатить летнюю круизную поездку.

Несмотря на эти трудности, некоторые исследователи сумели оценить уровень наценок в отдельных странах, где данные доступны (33). И их выводы оказались очень интересными – о них мы расскажем в следующем разделе.

58

Рост наценок – рост прибыли?

В отличие от Европы, рост цен на энергию играл в США менее значительную роль в ускорении инфляции (34). Однако, когда компании перекладывали эти издержки на потребителей, это сопровождалось ростом их доли в доходах. По одной из оценок, наценки привели к росту средней доли прибыли в экономике США примерно на 10%.

Более весомую роль сыграли затраты на рабочую силу: они объясняют около 25% роста доли прибыли в период с 2020 по 2022 год (35).

Но главным «виновником» инфляции оказались наценки, которые нельзя объяснить ростом издержек на энергию или зарплаты. Согласно тому же анализу, именно эти непрозрачные наценки объясняют почти две трети роста доли прибыли корпораций в США в 2020–2022 годах.

Хотя масштабы варьируются в зависимости от методов, общая картина остается схожей (36). Исследование Федерального резерва в Канзас-Сити показало, что рост наценок, вероятно, составил более 50% инфляции в США в 2021 году. При этом по данным исследования Института Рузвельта, в 2021 году наценки в США достигли наивысшего уровня с 1955 года. Важно отметить, что их рост был неравномерным (37). Компании с большей рыночной властью – то есть в условиях слабой конкуренции – смогли повысить свои наценки сильнее, чем те, кто работает в более конкурентных отраслях.

В Европе ситуация иная. В Германии и Италии наценки почти не изменились, в целом вернувшись к докризисному уровню, за исключением отдельных секторов (38). Однако в Нидерландах они объяснили рост цен более чем на 26% (39).

Исследование Карстена Юнга и Криса Хейеса анализировало котируемые на фондовых рынках компании в США, Великобритании, Германии, Бразилии и Южной Африке. Они обнаружили, что в среднем по всем странам компании увеличили свою маржу прибыли (40). Хотя этот эффект был выраженнее в США, чем в Европе, факт остается фактом: многие фирмы повысили наценки не просто, чтобы компенсировать издержки, а чтобы извлечь дополнительную выгоду, воспользовавшись общим ростом цен.

Как отмечала The Wall Street Journal: «Компании, которые в обычные времена боялись раздражать клиентов резкими повышениями цен, теперь, похоже, воспользовались всеобщей инфляцией как поводом защитить свою маржу» (41).

Некоторые фирмы действительно себя защищали. Но другие вышли за пределы компенсации и подняли цены значительно выше, чем требовали издержки. Особенно хорошо на этом выиграли энергетические компании (42). ОЭСР отмечает: «Значительная часть роста прибыли на единицу продукции в 2022 году пришлась на добычу полезных ископаемых и коммунальные услуги», то есть на электроэнергию, газ и водоснабжение (43). В развитых экономиках этот сектор небольшой – в среднем около 4% ВВП, поэтому его влияние на общую инфляцию в США, например, было ограничено. Но сам по себе он показал средний рост прибыли на единицу более чем на 40%.

Как мы уже видели в предыдущей главе, правительства справедливо направили меры регулирования именно на этот сектор, чтобы перераспределить часть сверхприбыли в пользу наиболее уязвимых групп.

Механизм инфляции, вызванной ростом наценок, подробно описан Изабеллой Вебер и Эваном Васнером, чьи работы мы уже упоминали (44). Они начинают с простого наблюдения: в обычных условиях компании не стали бы повышать цены – ведь потребители просто купили бы товар у конкурента дешевле. Однако масштабные отраслевые потрясения – такие как пандемия или конфликт России и Украины – меняют правила игры. Компании начинают повышать цены, зная, что их конкуренты поступят так же. Это