Фон-барон для Льдинки - Анна Аникина
Когда дневная жара пошла на убыль, они вдвоём ушли бродить по городу. Тори думала, что уже хорошо изучила полуостров с его узкими мощеными улочками. Но оказалось, что в старом городе полно мест, в которых она ни разу не была. Или просто проходила мимо, не обращая внимание.
На новой пристани было много частных яхт. Алекс рассказывал Тори о том, как идти под парусом в море.
- Хочешь, организуем морскую прогулку? Тут можно и на ту сторону залива сходить. И до Варны по морю добраться.
Тори было всё равно. По суше, по морю или по воздуху - только бы рядом с Алексом. Белые яхты завораживали. Было в этом что-то волшебное.
- Что, морячок, хочешь вместе с девушкой пройти на моей посудине вокруг побережья? - пожилой грек стоял на борту очень скромной маленькой прогулочной яхты.
- Откуда Вы знали, что Алекс моряк? - Тори было любопытно, - И как узнали, что мы говорим по-русски?
- Это просто, - капитан подал Тори руку, помог перейти на борт, - Только у моряков такое выражение лица, когда они видят корабли и море. И рассказывал он тебе очень грамотно.
- А русский?
- Я работал на пароме Бургас —Сухуми, ещё когда Тодор Живков был жив. У нас было много русских в экипаже. И украинцев. И грузины были, и даже один узбек. Дружно жили. А ты сама откуда? - он прищурил светлые глаза.
- Из Москвы.
- Правда?
- Я выросла в Стокгольме.
- А ты, морячок, дай угадаю, из Германии? Но вырос в России?
- Ну, почти, - рассмеялся Алекс, - Я учусь в Санкт-Петербурге в Нахимовском училище. А сам из Москвы.
- Я был в Ленинграде. Давно. Ну что, побудешь матросом? Покажем твоей девушке класс?
- Да, капитан!
- Я дядя Ираклий.
- Алекс.
- Виктория.
Дядя Ираклий вместе с Алексом ловко отчалили из ряда близко пришвартованных яхт. Капитан завел двигатель.
- На парусах не пойдём сейчас. К штурвалу хочешь?
- У меня лицензии нет.
- Так я от тебя и не отойду.
Как же Тори гордилась Алексом! Он весь сиял, стоя за штурвалом. Море - это было его место. Его стихия. Виктория было немного страшновато. Слишком много воды вокруг. Но они пошли вдоль береговой линии совсем недалеко от берега.
Вот парадная набережная города и белая ротонда. Виден старый отель "Святой Георгий" и большой собор Пресвятой Богородицы. Потом берег стал высоким.
- После войны тут советские солдаты разминировали всё, - комментировал капитан.
Алекс внимательно рассматривал маяк. Спросил дядю Ираклия про какие-то параметры. Оказалось, что все маяки раскрашены по-разному и имеют свой собственный ритм работы.
Каменистый высокий берег сменился песчаными пляжами.
- Это все намыло. Раньше тут была старая пристань и крепость. Но она ушла под воду. Море забрало. А ведь наш Анхиало - один из трех древних греческих городов. У нас даже служба в соборе шла по-гречески до Второй мировой войны. Несебр стоит. И Созополь. А Анхиало как Атлантида.
Яхта дошла до узкого перешейка между морем и Большим солёным озером. Песок на пляже тут был чёрного цвета.
- Магний потому что. Лечебный.
Дядя Ираклий помог Алексу развернуть яхту.
На пристани они прощались уже как старые друзья. Алекс спросил, сколько они должны за прогулку, ругая себя, что не узнал это перед поездкой. Местное дружелюбие бывает иногда и с корыстным интересом. Но дядя Ираклий отказался от денег.
После морской прогулки обоим зверски хотелось есть. В маленьком кафе они взяли жереной мелкой рыбы "цацы" и картошки с брынзой. Такой местный фастфуд. Устроились за деревянным столом прямо на набережной.
Летний южный вечер быстро погасил солнце и зажёг огни на набережной. Где-то вдалеке играла музыка. Алекс и Тори брели по набережной в нарядной толпе отдыхающих.
- Музыка, смотри, там танцуют, - Тори
