Однажды влюбившиеся вдвойне пугливы - Хлоя Лиезе

Нет такого понятия, как «идеальный» момент или «идеальные» слова. Или, может быть, совершенство гораздо проще, чем я думал. Может быть, совершенство — это не «как» или «когда», а «что». Правда в том, что я люблю Джульетту и хочу провести с ней остаток своей жизни. Может быть, этого достаточно.

Как будто она знает, что разгорается во мне, словно пламя, вспыхивающее от осознания, Джульетта широко улыбается. Я улыбаюсь в ответ.

Чуть больше года назад мы с Джульеттой поклялись всегда быть честными, никогда не сдерживаться и не скрывать нашу правду.

Я не могу медлить больше ни одного дня, чтобы сдержать своё слово.

***

— Уилл! — Роуэн, дочь Сулы и Марго, выкрикивает моё имя и в тот же миг прижимается к моим ногам, крепко обхватывая меня руками. — Давай потанцуем!

— Я только что сбежал от Элеоноры, — жалуюсь я про себя, но всё равно беру Роуэн на руки, потому что не могу ей отказать.

За прошедший год я стал ещё одним почётным дядей Роуэн, моей традиционной партнёрши по «Угадай, кто» на вечере игр в городе и такой же любительницы собак. Я обожаю её, и если бы после трёхчасовых отчаянных попыток я не был так близок к тому, чтобы наконец-то поймать родителей Джульетты и попросить у них благословения, я бы согласился потанцевать, не задумываясь.

Морин и Билл стоят рядом и оживлённо беседуют с моими родителями. Это было бы идеально.

— Уиллллллллл! — умоляет Роуэн. — Танцевать!

— Давай! — кричит Элеонора с танцпола, скользя лунной походкой. — Ты только что танцевал со мной! Что тебя останавливает?

Я вздыхаю и поднимаю глаза к небу, умоляя найти выход из этого положения, который не разобьёт сердце маленькой Роуэн.

Когда я снова опускаю взгляд, мой взгляд сразу же находит Джульетту на другом конце танцпола, где она стоит с Тони, Хамзой, Кейт и Петруччо, запрокинув голову от смеха. Как будто почувствовав, что я смотрю на неё, она поворачивается и встречается со мной взглядом. Улыбка озаряет её лицо, когда она смотрит на Роуэн в моих объятиях, и на то, как Элеонора придвигается ко мне.

— Я действительно безвольная тряпка, — ворчу я, разворачиваясь вместе с Роуэн к Элеоноре.

— Уиииии! — визжит Роуэн.

Мы танцуем всю песню с Элеонорой — зажигательная композиция, которую я не узнаю, но, кажется, она навевает особую ностальгию для Джейми и Би, которые, широко улыбаясь, отплясывают на танцполе. Когда музыка заканчивается, я спасаюсь от настойчивого требования дошкольницы станцевать на бис, когда её мамы подбегают и подхватывают её на руки.

— Давай дадим Уиллу шанс очаровать кого-нибудь ещё, — говорит Марго.

Сула подмигивает мне, затем указывает за плечо, туда, где за столиком на краю танцпола сидят родители Джульетты, и вокруг них больше никого нет.

— Иди к ним, — говорит она.

— Как ты... — я хмурюсь, когда она похлопывает меня по плечу.

— Если бы в твоих глазах были лазерные лучи, ты бы прожёг их насквозь, — говорит мне Сула. — К тому же, я видела, как ты смотрел, как Джулс идёт к алтарю, — она подмигивает. — Я могу сложить два и два.

Бьянка, двоюродная сестра Джульетты, заглядывает в комнату, Ник рядом с ней.

— О, ты собираешься это сделать? Я не могу дождаться! Когда это произойдёт? Сегодня вечером? Завтра?

— Что сделать? — спрашивает Роуэн.

Элеонора тоже заглядывает в наш маленький кружок.

— У меня такое чувство, что мы делимся секретами.

— Э-э-э, — Бьянка морщится, понимая, что мы на опасной территории. Маленькие дети не умеют хранить секреты. — Мы... планируем... поиграть…в «Извини»! — говорит она Роуэн и Элеоноре.

(«Извини» — это настольная игра, где игроки перемещают свои фишки по игровому полю, пытаясь первыми вернуть их на базу, — прим)

— «Извини»! — кричит Роуэн, хлопая в ладоши. — Я хочу поиграть прямо сейчас!

Элеонора уже тащит Бьянку к длинному столу, уставленному настольными играми, сияющими в свете гирлянд, развешанных между деревьями над головой.

Ник ободряюще кивает мне и широко улыбается, отступая назад вслед за Бьянкой и Элеонорой.

— У тебя получится, Уилл.

— Удачи! — говорит Марго с широкой улыбкой на лице.

— Для чего? — кричит Роуэн.

Сула щекочет Роуэн.

— Пошли уже. Пойдем, возьмём по пирожному и поиграем в «Извини»!

Как только они направляются к игровому столу, я делаю глубокий вдох и направляюсь к Биллу и Морин.

— Уилл!

Я замираю, затем медленно поворачиваюсь, и мой план снова рушится из-за единственного человека, который способен меня остановить.

Джульетта улыбается, подходит ко мне и кладёт руки на мою грудь, скользя ладонями вверх по рубашке.

— Привет.

Я нервно сглатываю, когда обнимаю её за талию.

— Привет.

Она наклоняет голову, её пристальный взгляд изучает мой.

— Всё в порядке?

Я смотрю на неё сверху вниз, и весь стресс и тревога по поводу того, что нужно найти её родителей, спросить их, сделать этот последний шаг, прежде чем я смогу попросить её выйти за меня замуж, улетучиваются.

— Всё замечательно, — честно говорю я ей, — теперь, когда ты здесь.

Джульетта сияет.

— Подумать только, раньше ты считал, что не можешь флиртовать, даже если бы от этого зависела твоя жизнь.

— Я и не мог, и мы оба это знаем.

Она вздыхает и обнимает меня за шею.

— Похоже, ты быстро учишься. Сколько я себя помню, ты умел отлично флиртовать.

— У меня был отличный учитель, — напоминаю я ей.

— Я была твоим товарищем по романтическим тренировкам, — она бросает на меня притворно сердитый взгляд. — Я не была твоим учителем. То, что ты понял со мной, ты мог бы понять с кем угодно — тебе просто нужно было поверить в такую возможность, Уилл.

— Нет, — тихо отвечаю я, прижимая её к себе. — Я бы ни с кем этого не понял, я бы не захотел этого ни с кем другим. Только с тобой.

Её глаза наполняются слезами. Она качает головой.

— Я так сильно люблю тебя, Уилл Орсино.

— Я люблю тебя, Джульетта Уилмот, —