Жестокий Муж. Вернуть (Не) Любимую Жену - Анна Гур

Да. Жена Игоря Ветрова убежала.

Разумеется, эту часть моей биографии я скрыл. Просто стер все воспоминания и упоминания о том, что вообще женат был. Ни одна живая душа даже пикнуть не смеет в сторону событий, произошедших четыре года назад.

Но. Факт остается фактом, а от воспоминаний никуда не уйти. И пусть исчезновение жены сыграло мне на руку, избавило от определенных обязательств, которые я взял, фактически Агния мне руки развязал и дала возможность отыграться по полной.

Только вот память у меня очень хорошая, и я не забываю, что жена нанесла мне пощечину. Впервые кто-то посмел сыграть за моей спиной и против меня.

Я недооценил девочку-припевочку, отличницу, блестяще учащуюся в университете. Мне она казалась какой-то простенькой, безобидной, но… самая опасная тварь в живой природе очень часто мимикрирует под безобидную букашку, обезоруживает и наносит опасный удар, впрыскивая жалом яд.

То, что эта малышка провернула все в одиночку, слабо верится. Ей помогли. При этом сошлась она с мужиком, который был к ней приставлен для ее же безопасности.

Умно поступила. Я и близко не мог подумать, что моя нелюбимая и неумелая жена может хоть кого-то заставить вожделеть себя так, чтобы вписаться.

Но. И на старуху бывает проруха. Уж не знаю, чем взяла Агния собственного охранника, какими прелестями прельстила, а может, посулила нехилый навар. В любом случае мужик перестарался с обязанностями телохранителя и нарушил дистанцию.

Моя жена изменила мне и убежала с собственным водителем-телохранителем.

И разумеется, я такого не спускаю.

Никто. Никогда. Не смеет перейти мне дорогу и остаться целым и невредимым после этого.

Мой персонал отбирается тщательно. Людей с улицы не беру. А структура безопасности проверяет всех и каждого. Всю подноготную. Телохранитель жены имел неплохой послужной список. Служба в горячих точках, определенный кодекс, устав, которому следовал.

Я доверил этому солдату защиту своей договорной жены. Как бы я к ней ни относился, что бы ни испытывал — для всех Агния была женой Ветрова, а значит, неприкосновенной. Я дал жене свободу передвижения, я не лез в ее дела, позволял жить прежней жизнью, которую она вела до того, как стала пунктом в договоре между мной и ее отцом.

В принципе, не ожидал от нее выкрутасов. Изначально девчонку воспринимал как необходимое условие сделки, но… в тот день, когда Агния сбежала…

Кое-что случилось. Мне показалось, что я виноват перед ней. По крайней мере, в том, что позволил любовнице влезть в наши отношения и прийти на праздник сестры Агнии… в дом ее отца. Идиот сам пригласил мою подстилку.

То есть любовницу вызвали на ковер, а дальше… я потерял бдительность, а когда очнулся, мои безопасники уже информировали меня о том, что моя жена и ее охранник сбежали…

Каково же было мое удивление. Первая реакция — неверие. Потому что не могла тихая и спокойная девочка такое провернуть… Я даже решил найти ее среди гостей. Подумал, что женушка ушла рыдать в какую-нибудь комнату, так как моя любовница ей начала сильно докучать.

Я отправился вслед за ними, перекрыл взлетную линию, но… не успел буквально на доли секунд.

Я стоял на взлетной полосе и смотрел вслед самолету, который стремительно взлетал и пронзал небеса, унося от меня беглецов…

И впервые в жизни ощущал не просто досаду. Нет. Я был в ярости. Меня буквально переклинило, потому что девчонка, в которой я толком и женщину не видел, оказалась не так уж и проста… Видать, вся в папашу…

— Надо же… Как интересно… — вновь проговариваю мысли вслух и беру телефон. Делаю звонок.

— Господин Ветров. У вас есть распоряжения? — бодро уточняет начальник службы безопасности, я раздвигаю губы в плотоядной улыбке, когда даю свой ответ:

— Да. У меня определенно есть пара указаний…

Глава 10

Машина останавливается у университета. Прежде чем выйти, даю указания помощнице, которая вновь деловито кивает.

Стоит выйти из автомобиля, на меня сразу же с любезностями обрушивается ректор университета.

— Господин Ветров, мы так рады, что у вас получилось выкроить время и побывать в нашем университете лично! — рассыпается в любезностях сухопарый пожилой мужчина с зачесанными назад седыми волосами.

— Рад получить ваше приглашение, Филипп Львович, — отвечаю, пожимая руку ректору.

Мужчина буквально расцветает на глазах.

— Ваша помощь будет неоценима, Игорь Витальевич! Учитывая задумки, которые мы хотим воплотить в жизнь, просто все упирается в финансирование, и я очень рад, что вы взялись.

Прищуриваюсь. В принципе, я не отказываю в финансировании, но пояснения ввожу.

— Филипп Львович, я приму решение после того, как послушаю выступления относительно данного вопроса.

— Конечно, конечно, — бодро кивает мужчина крайней интеллигентной наружности и вновь ободряюще улыбается: — Только я в своих выступающих с, так сказать, научными докладами и прогнозами уверен, как в себе самом!

Надо же…

Чуть не присвистываю, но уверенность Филиппа Львовича не показушная. Мужчина верит в то, что говорит. Я это ощущаю. Чувствую. Нет фальши. Нет лицемерия. Нет привычного облизывания, и это вызывает как минимум уважение с моей стороны по отношению к этому профессору.

Я вообще уважаю людей, которые любят свое дело, а ректор этого университета посветил науке всю свою жизнь, сейчас преподаванием не занимается — возраст уже не тот, но руку, что называется, держит на пульсе.

— Игорь Витальевич, я бы хотел лично вам показать нашу альма-матер. Этот университет имеет долголетнюю историю, и я приложил все силы к его развитию.

Не лукавит. Все по существу. Филипп Львович встал у руля вуза лет десять, а может, и пятнадцать назад, и с тех пор нареканий его работа не вызывала.

Мы с мужчиной двигаемся вверх по лестницам в сторону главного входа в университет, а я краем глаза наблюдаю за тем, как дислоцируются мои люди.

Я отдал приказ. Определенный. И сейчас наблюдаю за тем, как исполняются мои требования.

— У нас есть рядом прекрасный парк, где мои студенты-биологи посадили не одно и не два дерева, не говорю уже о растениях. Мы также в стенах университета имеем что-то наподобие зимнего сада. У нас тут тепло, конечно, но некоторым видам нужны особые условия…

Растягиваю губы в легкой улыбке, глядя на счастливого профессора, который явно сам ощущает удовлетворение, рассказывая о своем творении.

— Да, определенно. Я бы прогулялся.

Именно так, хочу сам познакомиться с этим зданием. Увидеть все входы-выходы. У меня фотографическая память. Особенность, которую я не афиширую. Но есть выработанный навык считывать помещения, заносить их