Измена. Я от тебя ухожу - Алена Московская
Так, Оля, ты опаздываешь! Хватит пялиться на незнакомцев!
Ну а что? Мне неудобно теперь...
Я тут же побежала в сторону нашего офиса. Планерка началась 10 минут назад.
Нужно было в конференц-зал.
Туда я и побежала, болтая своей сумкой.
Как только вошла, выдохнула и уже медленно пошла в сторону Ксюши, которая сидела на одном из стульев и сложила сумку на втором.
Видимо, заняла мне место.
Она приобняла меня и чмокнула в щеку.
Остальные сотрудники тоже кучковались. Кто с кем дружит.
— Еще не начали? — спросила я на всякий случай. Вдруг уже закончилось.
— Он еще не приехал, сами ждем, ну что там, начальство не опаздывает, а задерживается, — хихикнула подруга, — так что не ссы, Олька, все хорошо.
Я села на стул и после, обернувшись на дверь, обомлела.
Уверенной походкой в комнату зашел он. Тот самый мужчина, с которым я столкнулась в лифте.
Нет. Неужели это он. Как неловко-то.
Я тут же прижалась к спинке стула и застыла.
Вот это совпадение.
— Здравствуйте, прошу всех сесть, — спокойно сказал он, проходя в середину комнаты.
Вся толпа сотрудников расселась по стульям, а этот мужчина, положив одну руку в карман, а другую вдоль тела, терпеливо ждал.
У меня по коже мурашки прошлись... Он же мне никакой выговор не сделает? Я ж все-таки опоздала... На свое законное рабочее место.
В зале повисла тишина. Мы все не смели даже дернуться.
Он словно смотрел на всех и в тоже время на каждого отдельно. Его серьезное лицо без единой эмоции. Абсолютный покерфейс.
— Меня зовут Лев Николаевич, и теперь я глава уже моей компании, — заявил он, начав ходить из стороны в сторону, — я требователен, настойчив, мне нужен ваш результат. С вашими проблемами ко мне приходить не надо. Решайте их сами. Они ваши. Сплетни, склоки, интриги, все прекращается. Вы здесь будете только работать. И работать будете на высшем уровне. А хотите и дальше заниматься херней, дверь там, — он указал рукой в сторону выхода.
Я сглотнула слюну. У него такой грубый голос и то, что он говорит... Я запереживала.
А вдруг его не устроит наша работа, мы все полетим? Мне теперь еще и бояться увольнения?
Хотя я ведь всегда все делаю вовремя и максимально хорошо, как могу. Мне наверное не за что переживать...
Наверное.
— Любить меня не надо, подкатывать ко мне не надо, глазки строить тоже, общение со мной, строится четко и по делу, будете заниматься херней, еще раз, — он снова указал рукой на дверь, — выход туда, — а сейчас прошу за работу. Ко мне обращаться только по самым важным вопросам. С мелочевкой приходить не надо. Все. Работайте, — он еще раз оглядел каждого и вышел из зала.
У меня прям остолбенение.
Вот это да. Суровый дядя начальник.
Хотя зато без воды. Сразу видно, человек серьезный и не будет заниматься всякой ерундой, и еще, не дай бог шантажировать увольнение, чтобы уложить к себе в кровать. Я слышала о таком. Бывает часто.
Ксюша тут же развернула меня к себе.
— Классный, да? — она прям засияла.
— Классный? Скорее слишком суровый, что-то мне страшно теперь, — я взяла в руки сумку.
Как-то странно теперь себя чувствую. Словно меня утюгом ошпарили.
— Ой, ничего ты в мужиках не понимаешь, — она махнула на меня рукой.
— А ты очень много чего, — подшутила над ней, я.
Глава 8
Ольга
— Ну скажи, все-таки, как он тебе? — толкнула меня локтем подруга.
— Ксюша, никак, я вообще налетела на него в лифте, неудобно ужас, — я съёжилась и засмущалась.
— Я тут кое-что о нем узнала, расскажу тебе после работы, — шепнула она еле слышно.
— Тебе лишь бы посплетничать, — мы направились в сторону выхода.
— Ой, это ты у нас, святая женщина, а мне надо поболтать, и твои уши мне в помощь, — смеясь, сказала подруга, — какие у тебя планы на вечер?
— Ой, Ксю, дожить бы еще до вечера. Мне надо в ломбард, потом домой.
— Да займу я тебе денег, Оля, скажи сколько? — настаивала она.
Мне неудобно. Я должна сама справиться.
— Немало, Ксюш, не надо, — я отмахнулась.
Правда стыдно как-то. Аж не по себе.
Что за утро вообще такое получилось? День не задался. Еще этот новый, как он там сказал, "глава", ага. Глава, точно, голова, блин. Голова, чувствую будет от него болеть. Злобный какой-то.
— Ты неугомонная, надо не по ломбардам ходить, а с Василька твоего денег трясти, это все-таки не только твой кредит, но и его. Он тоже жил в этой квартире и нихрена ни за что не платил, а, ну перестала быть терпилой и быстро собралась, может тебе пощечину дать, взбодришься, — внезапно заявила Ксюша.
— Ксюш, он не мой. Больше не мой. Поняла?
— Прости, шучу я, точнее, не шучу. Взбодрись и не думай. Скажешь сколько мне командировочные отдали, я тебе дам. Отдашь с зарплаты, поняла? И сними это гребаное кольцо, — она взяла меня за руку и стянула с пальца.
Я не ожидала такого напора, но не сопротивлялась.
— Ну я же еще замужем.
— Тебе матом в рифму хочешь, отвечу? — бойко спросила подруга.
— Не надо, — я рассмеялась, — мы на работе.
— Тут тоже могу рифму придумать, все, — она впихнула мне в руку кольцо и чмокнула в щеку, — увижу кислую мину, завалю тебя работой так, что ты не будешь спать неделями, поняла? — с улыбкой угрожала она.
— Все я поняла, поняла, — я погладила ее по плечу.
Как хорошо, что она у меня есть. Без нее я бы и правда скисла, и мое существование превратилось бы в сплошное нытье.
Когда дорабатывала, последние часы в голову начали лезть мысли. А может, мама права? Да ну, Оль. Не неси ерунды. Это не брак, это развал.
Интересно, он уже уехал? Надеюсь, да...
Очень надеюсь.
День выдался в целом очень тяжелым. Эти мысли все голову мне компенсировали. Надо выписать его из квартиры. Развестись. Мама еще. Ой, мама...
Я так надеялась на ее тепло и поддержку, а получила. А получила, как всегда. Что еще было от нее ожидать? Вот именно. Ничего.
Фраза " я не пущу тебя на порог, разведенную" запомниться мне надолго. Я же всё-таки ее дочь...
Я задумалась, когда мимо прошел Лев Николаевич. Уверенная походка. Каменное лицо.
Что-то он правда какой-то пугающий. Либо я просто боюсь очень потерять место работы. Да. Так оно и есть.
Когда ехала в автобусе, почти молилась, чтобы
