Их сокровенная тайна - Дарья Верцун
На следующий день мы проснулись ближе к обеду. Ну как проснулись. Это всё было дело рук Толика. Если бы не он, мы бы спали дольше.
Дверь с грохотом открылась, и в нашу комнату ввалился Толя. Видимо не полностью ещё протрезвел. Я подхватился и натянул на внезапно округлившую глаза Кристину одеяло по плечи, возмущаясь:
— Какого лешего, Толян?
— Давайте, голуби, расчехляйтесь и идём развлекаться, — он плюхнулся на кровать.
Я сонно потянулся за телефоном, который оповещал, что сейчас всего одиннадцать часов. Да мы спать легли только пять часов назад. Брыкнул ногами, сгоняя наглеца с нашего ложе.
— Иди развлекайся, мы спим.
Крис устало прикрыла глаза, снова проваливаясь в сон.
Но белобрысый засранец никак не унимался.
— Эй, ну ребят, — он дёрнул край одеяла на себя, но я вовремя его удержал, поэтому Толик покачнулся и повалился на задницу. Крис подскочила, взяла с прикроватной тумбочки первый попавшийся предмет, и кинула им в парня.
— Ай, — он прикрыл голову от удара, но тюбик крема для рук всё-таки стукнул его. Я засмеялся.
— Толя, иди гуляй, — недовольно проворчала моя тигрица.
Тот с сокрушённым видом медленно поднялся, принимая поражение, и прошлёпал босыми ногами к выходу.
— Ладно-ладно. Ухожу. Чего сразу драться?
Дверь за ним захлопнулась, и я со смешком взглянул на сонную девушку с взлохмаченными волосами. Недовольно хмурясь, она перевернулась на бок спиной ко мне, а я пробежался рукой по оголённому бедру. Она выгнула спину, упираясь попкой в мой пах, и заурчала, ощутив всю степень моего желания. Она всё меньше боялась меня, её стеснения почти сошли на нет, и теперь она медленно доводила меня до исступления тем, что тёрлась о меня ягодицами. Покрывая влажными поцелуями тёплую шею, я зарычал.
— С огнём играешь, деточка.
Обернувшись, она лукаво улыбнулась, перевернулась и пролезла под моей рукой так, чтобы я оказался сверху, обвивая мои бёдра ногами, таким образом прижимая меня к себе ещё теснее. Блаженно прикрыла глаза, притягивая меня для поцелуя и приподняла бёдра. Я замер, исследуя чувственный ротик. Языки сплелись в страстном танце, и кровь в венах закипала. Крис качнула бёдрами, вызывая по телу мощные разряды тока, но я всё равно оставался неподвижным. Вдыхая манящий аромат её кожи, чувствуя ягодный вкус мягких губ, я уже был готов взорваться. Если я сейчас начну двигаться, я уже не смогу остановиться, я должен буду обладать моей девочкой полностью. Она отстранилась и, с мольбой во взгляде всматриваясь в мои глаза, снова сделала это движение подо мной, хмыкнув:
— Ну же…
С трудом сглотнув, я покачал головой и, будто извиняясь, шепнул:
— Я не остановлюсь.
Выводя пальцами узоры на моём затылке, она подалась вперёд, обжигая мои губы лёгким прикосновением, и произнесла:
— Не останавливайся.
Эти слова… Я просто слетел с катушек от них. Умирал, как хотел снова прочувствовать свою девочку полностью. Углубляя и без того жадный поцелуй, словно Крис — это всё, чего я бы хотел на завтрак, скользнул рукой в трусики, как снова, (мать его!) открылась дверь.
— Эй, народ… О, пардон! — и закрылась обратно. Из-за шума крови в ушах я так и не разобрал, кто из парней сюда припёрся в этот раз. Хорошо, что мы были укрыты одеялом.
Я сел и врезал кулаком по постели и, пуская взглядом гневные стрелы в стену.
— Да какого ж чёрта здесь нет замков на дверях?! — взревел я и, тяжело дыша, рухнул обратно на подушку. Крис разочарованно смотрела в потолок, пытаясь отдышаться, перевела на меня взгляд и слабо улыбнулась. Сплетая наши с ней пальцы в замок, я нагнулся и поцеловал изящное плечико. — Давай вставать, принцесса. Здесь нам жизни не дадут.
Спускаясь в холл, в котором уже во всю суетились друзья, складывали лыжи и другие снаряжения возле дверей, я натянул через голову тёплый свитер и, завидев парней, на ходу поглощающих кофе, недовольно буркнул:
— Вас стучаться не учили, олухи?
— Я стучался, — поднял руки Толик.
— Ты не стучался, — фыркнул я, — ты в наглую запёрся.
Я осмотрел остальных и сделал две чашки чая — себе и Крис. Валик пожал плечами, отхлёбывая из чашки горячий напиток, а Паша, хмуро сдвинув брови, скривился, расколачивая сахар. Сразу стало понятно, кто запёрся к нам в спальню в самый ответственный момент.
— Ну и чего ты кривляешься? — спросил я друга. Он поднял на меня пренебрежительный взгляд и, игнорируя мой вопрос, отбросил ложку на стол. — А, то есть ты ещё и не разговариваешь со мной?
— Посмотрел бы я на тебя, если бы это я твою сестру…
— Если бы ты его сестру, то получил бы от меня по ушам, — крикнула Дина с другого конца комнаты, копаясь в сумке.
Я ответил:
— Можешь не волноваться, Тин, у меня нет сестры.
Она подняла вверх большой палец.
— Да ладно, Паш, не гони, — сказал Валик. — Они же взрослые люди.
Вздохнув, друг толкнул меня плечом.
— Дать бы тебе по шее, что руки распускаешь.
Я засмеялся и закинул руку другу на плечо.
— Братан, я своё уже отгрёб, — намекнул я на ту потасовку в моей квартире пару недель назад, и Пашка заржал в ответ. Посмотрел в сторону лестницы, когда там мелькнула женская фигурка, и увидел, как Крис в приподнятом настроении сбегает вниз.
— Всем доброе утро.
Юлька с Ленкой улыбнулись и помахали, Дина ответила:
— Привет.
— Твой чай, принцесса, — подал я девушке чашку. Она благодарно чмокнула меня в подбородок, и втиснулась между нами с Павлом, опираясь о столешницу.
— Паш, подвинься, — толкнула она брата. Я усмехнулся — кто-то сегодня в ударе. Толя с Валиком насмешливо переглянулись, Паша резко ткнул пальцем Крис между рёбер, отчего та подпрыгнула и пролила чай. Я подал девушке салфетки, и она вытерла капельку жидкости с руки.
— Детский сад трусы на лямках, — фыркнул Толик. Тоже мне, обозвался тот, кто полчаса назад прибежал дурачиться в нашу комнату.
— А где твой сноуборд? — Крис взглянула на выставленные у двери снаряжения.
— Там же, где
