Кабан - Лина Филимонова

Встревоженный администратор вызвал скорую, меня затолкали в машину, обработали рану и за каким-то фигом повезли в больницу на рентген.

– Да не нужен мне рентген!

– Надо убедиться, что мозг на месте, – выдает Котяра.

– Возможен сотряс, – говорит врач. – Или смещение шейных позвонков. Еще бывают трещины в ребрах.

– Говорю же, чувствую себя как свежий огурец!

– У вас шок.

– Остановите машину. Выпустите меня!

– Точно, шок, – меланхолично констатирует врач. – Сейчас успокоительного вколем.

– Лучше смирительную рубашку, – зубоскалит блохастый Кошак.

– Понял, успокоился, – говорю я врачу.

Тем самым избежав успокоительного.

* * *

Выхожу с рентгена, вижу в коридоре Котяру.

– Сейчас Маруся приедет, – говорит он.

– В смысле? С чего бы ей сюда приезжать?

– Я ей позвонил.

– Ты дебил?

– А что, думаешь, не заметила бы, что ты весь побился?

– Какого хера ты… – начинаю я.

И в это самое мгновение вижу Марусю. Она врывается в отделение разъяренной фурией.

– Ну все, нам кобздец, – успеваю прошептать я.

– Нам? А мне-то за что?

– За компанию.

И тут я вижу, что фурия-то дрожащая и испуганная. А при виде меня становится еще и бледной.

– Пашенька…

– Это не я, это Кот.

– Что Кот?

– Придумал на башню лезть.

– А если бы я придумал с десятого этажа прыгать? – отмазывается Котяра. – Ты бы послушался?

– Я тебя самого сейчас с десятого этажа скину! – рычит на него Маруся.

Щечки уже не бледные. Раскраснелась, разозлилась… Все лучше, чем трястись и бледнеть!

– Марусь, я заживу до свадьбы. Я очень-очень постараюсь.

– Да плевать мне на свадьбу! Ты живой?

– Я живой. Просто мы с Котом решили устроить романтик.

– Все, Котик. Тебе кабздец, – подтверждает мою недавнюю мысль Маруся. – Я тебе такой романтик устрою, всю жизнь будешь помнить.

– Ой, да ладно. Напугала ежа голой жопой, – ворчит Кот.

Но Маруся на него уже не смотрит. Она смотрит на меня.

– Больно?

Нежные пальчики касаются моей заросшей щеки.

– Приятно…

– Паша, я чуть с ума не сошла!

– Да Кот дебил! Нафига он тебе позвонил?

– С Котом все ясно, – отмахивается она. – Что с тобой?

– Все норм. Немного бровь рассек и нос расквасил. И… зубик где-то потерял.

Я улыбаюсь. Маруся хватается за голову.

– Хорошо, что у меня брат стоматолог.

– Вот! Я же говорю! До свадьбы все будет в лучшем виде…

Глава 73

Маруся

– Тебя в клинику не пустят, – говорю я Пашке.

Мы едем на УЗИ. Это немного волнительно, но я спокойна. Ничего не боюсь. Потому что на двести процентов уверена: у меня все хорошо. Мне скажут точный срок, дадут какие-то рекомендации. Да я и так все знаю! Потому что постоянно тусуюсь с беременными подругами.

– Пусть попробуют. – отвечает Кабанчик, пытаясь разглядеть свою физиономию в автомобильном зеркале.

А зрелище там, надо сказать, не для слабонервных. Бровь пересечена свежим шрамом, нос весь в полузаживших ссадинах, под глазами желто-синие разводы. Ладно хоть синяки на подбородке скрывает борода. И на месте зуба уже не зияет дырка – Пашка несколько часов провел в стоматологическом кресле моего брата, и тот восстановил ему отколотый зуб.

– Шрамы украшают мужчину, – выдает Кабанчик.

– Но не жениха.

До свадьбы осталась неделя. Мы определились с местом. И это будет не “Замок”! Потому что я не сомневаюсь: пацаны, услышав о приключениях Пашки, захотят самолично испытать скобы на этой долбанной башне.

Свадьба будет на крыше “Атмосферы”. Прекрасное место, сто раз проверенное. И гостям недалеко добираться, и творить можно все, что захочется. В общем, будет круто.

Есть только одна проблема. У меня до сих пор нет платья! И я уже в панике.

– Паш, может, отложим свадьбу? – предлагаю я.

– Почему?

– Ты еще спрашиваешь? Ты нормально заживешь. Я найду платье. Я думаю, месяц можно подождать. Не так уж сильно я за это время растолстею, если судить по Юльке. Она пока что не поправилась ни на грамм.

– Можно и отложить, – произносит Пашка.

Но в его голосе я слышу сомнение. А потом он вдохновенно выдает:

– А давай у нас будет байкерская свадьба. К черту платье.

– Слушай… а это идея. Я во всех этих длинных пышных свадебных нарядах как толстая Фёкла.

– Вот! Тебе идут мини-бикини. Ты же секс-бомба!

– Надену кожаные шорты, – размышляю я. – Белые. Корсет со шнуровкой. И высокие ботинки. Буду самая крутая невеста на районе.

– Корсет… – мечтательно выдыхает Пашка.

– А ты будешь в драных джинсах и в косухе на голое тело. И шрамы идеально впишутся в образ.

Глаза Пашки загораются.

– Мы будем стильные и офигенные. Как Бони и Клайд. Только круче.

– Да! На мотоциклах.

– Мотоциклов не будет, – перебивает меня Пашка.

– Почему?

– Ты беременна!

– И что? Я не смогу прокатиться за твоей спиной на скорости шестьдесят километров в час?

– Нет. Поедем на машине.

– Что за байкеры без мотоциклов?

– Нормальные беременные байкеры.

– Паша! Ты перегибаешь. Мы аккуратно. Но красиво. Видосики будут офигенные.

– Знаешь, что начинается с этих слов? Я уже это проходил. Так что – нет.

– Ну Паша… – канючу я.

– Нет, Марусенька. Никаких мотоциклов. Хотя…

Я с надеждой смотрю на него. Передумал?

– Можно на мотоцикле. Если он будет с коляской.

– Пф-ф-ф! Чтобы байкерша Багира сидела в коляске? Да над нами вся тусовка ржать будет! До самой смерти не забудут, будут подкалывать.

– Вот! Мы будем незабываемы!

* * *

– Готовы? – спрашивает врач УЗИ, глядя на экран.

– К чему?

– К новостям.

Я чувствую, что меня начинает подташнивать. Теперь у меня всегда так: стоит понервничать – и сразу симптомы токсикоза налицо.

Какие еще новости? Мы и так знаем, что беременны…

– У вас будет двойня! – торжественно произносит узист.

– Мамочки! – вырывается у меня.

Я думала о такой возможности, но всерьез ее не рассматривала. Ну это же слишком! И у меня, и у брата… Я была уверена, что вероятность двойной двойни стремится к нулю.

А врач говорит… Боже… Неужели это правда?

– Всего-то? – спокойно и невозмутимо произносит Кабанчик. – А я надеялся, что будет тройня.

Ага, спокоен он, как же! А то, что у него капли пота выступили над верхней губой и нога подергивается – это прям очевидные признаки спокойствия.

– Меня сейчас вырвет, – лепечу я.

Пашка быстро сует мне под нос пакетик. А потом помогает умыться и привести себя в порядок.

Мы выходим из клиники. Я практически вишу на Пашке – колени подкашиваются от ошеломляющих новостей. Он меня обнимает, усаживает на скамейку. И вдруг произносит:

– Дай-ка мне нашатырки.

Я достаю пузырек, который всегда ношу в сумочке. И мы с Пашкой, как два