Мажор. Это фиаско, братан! - Айская
— Апельсины вредны для твоего эго, оно и так у тебя опухло! — парировала она, уже собираясь обнять меня, как вдруг дверь в палату открылась снова.
Но в этот раз атмосфера в комнате изменилась за секунду. На пороге стояли Марк и Дэн, Настя мгновенно напряглась. Я почувствовал, как её пальцы, всё ещё сжимавшие мою ладонь, похолодели. Она чуть отодвинулась, закрываясь от них, и этот жест отозвался во мне.
Лика, только что бывшая сгустком радости, преобразилась на глазах. Она развернулась к парням, и в её взгляде я увидел то, от чего даже мне стало бы не по себе.
— А вы что тут забыли? — её голос стал опасным. — А ну, пошли на хер отсюда! Валите, пока я вас по стенке не размазала!
— Лик, мы просто хотели… — начал было Дэн, но она его перебила.
— Нам плевать, чего вы хотели! — Лика сделала шаг вперед, буквально заслоняя собой кровать. — Настя беременна и ей нельзя волноваться, ей нужен покой, а не ваши рожи! Если вы сейчас же не свалите, я вас так отдубашу, что вы пожалеете, что вообще на свет родились! У вас ровно три секунды, или я за себя не ручаюсь!
Марк, который до этого молчал, криво усмехнулся, глядя на неё сверху вниз.
— Ого, какие мы грозные, — протянул он с едким сарказмом, с каким обычно они общались. — Ведёшь себя как мафиозная девка, Лик. Видимо, жизнь в Корее тебе совсем на пользу не пошла. Набралась там замашек у местных бандитов?
Лика побледнела, а потом резко покраснела от гнева. Её кулаки сжались так, что побелели костяшки.
— Не смей… — прошипела она, и в её голосе послышались опасные нотки. — Не смей упоминать Корею, Марк. Или я обещаю: ты отсюда не выйдешь на своих двоих. Я тебя прибью прямо здесь, и мне плевать на свидетелей!
Настя затаила дыхание, её тревога передавалась мне через каждое прикосновение. Я посмотрел на Марка, потом на Дэна.
— Лика, — негромко, но твердо сказал я.
Она обернулась, всё ещё тяжело дыша от ярости.
— Матвей, не начинай! Эти двое…
— Лика, — повторил я, глядя ей прямо в глаза. — Всё нормально. Дай мне поговорить с ними. — перевёл взгляд на незваных гостей. — Я вас выслушаю, но только быстро. И если хоть одно ваше слово заставит Настю понервничать — Лика будет последней из ваших проблем.
Я поудобнее перехватил руку Насти, давая ей понять, что я рядом и всё под контролем. Теперь наступила моя очередь слушать, что же привело их сюда после всего, что случилось. Дэн переступил с ноги на ногу, его руки заметно дрожали. Он не смотрел мне в глаза — изучал носки своих кроссовок, словно там был написан весь текст его покаяния.
— Матвей… Настя… — начал он, и его голос сорвался. Он откашлялся и попробовал снова. — Я не мастер толкать речи, но я никогда не хотел, чтобы всё закончилось вот так. Чтобы ты оказался в этой койке, на грани…
Он наконец поднял взгляд на меня. В его глазах не было привычного вызова, только какая-то горькая честность.
— Ты нас бесил, Матвей, с самого первого дня. Ты вел себя так, будто ты — центр Вселенной, царь и бог, а мы все — просто насекомые под твоими подошвами. Ты проходил мимо и даже не замечал людей, если они не были тебе полезны. Это бесило до зуда в зубах, поэтому я тебя постоянно задевал. Хотел сбить эту спесь, доказать, что ты такой же, как мы.
Дэн глубоко вздохнул, и его лицо исказилось от вины:
— И видео в общий чат… это я его выложил. Марк мне его перекинул, и я подумал: «Вот он, момент, когда великий Матвей опозорится перед всеми». Я хотел тебя унизить, но я не думал, что это ударит по Насте. И уж тем более не думал, что ты… что ты так изменишься. Сейчас я смотрю на тебя и не вижу того павлина, ты другой. И мне… мне правда жаль, чувак.
Марк сделал шаг вперед. Он выглядел более собранным, но в его взгляде, когда он посмотрел на Настю, было столько искреннего раскаяния, что даже Лика, стоявшая рядом с ним как заряженное ружье, немного опустила плечи.
— Настя, — негромко сказал Марк. — Прости меня за то видео. Это была тупая, гнилая затея. Я втянул Матвея в тот спор, думая, что это просто очередная игра, чтобы развлечься.
Затем он перевел взгляд на меня:
— Матвей, когда мы затеяли этот спор на чувства… я был уверен, что для тебя это будет очередная галочка в списке побед. Я и в страшном сне не мог представить, что ты влюбишься по-настоящему. Что ты так подставишься под удар из-за своих чувств. Мы облажались. Все мы.
Я чувствовал, как рука Насти в моей ладони дрогнула. Она смотрела на них — не с ненавистью, а скорее с какой-то тихой печалью.
— Вы хоть понимаете, — подала голос Лика, и в её тоне всё еще звенела грубость. — что ваши «извинения» чуть не стоили ему жизни? А Насте — будущего? Ребёнок мог вырасти без отца! Если бы не этот «царь и бог», как вы его называете, сейчас бы мы тут не разговаривали.
— Мы понимаем, — тихо ответил Марк, не глядя на неё.
Я посмотрел на своих бывших друзей. В голове крутилось столько едких фраз, столько сарказма, который мог бы размазать их на месте. Но я посмотрел на Настю, на её живот, где сейчас билось маленькое сердце, и понял, что больше не хочу тратить на это силы.
— Слушайте, — хрипло произнес я. — Вы правы, я был высокомерным ублюдком. И, возможно, мне нужно было впасть в кому, чтобы это осознать. Но то, что вы сделали с видео… это было самое дно.
Я сделал паузу, чувствуя, как Настя прижимается к моему плечу.
— Я принимаю ваши извинения. Но не ждите, что мы сейчас пойдем пить пиво и делать вид, что ничего не произошло. Мне нужно время, нам всем нужно время, чтобы до конца осознать всё происходящее.
— Значит, это был ты, — тихо произнесла Настя. — ты выставил мою личную жизнь на посмешище? Чтобы поддеть Матвея? Ты использовал меня как инструмент, Дэн. Как неодушевлённую вещь в ваших пацанских
