Приручая Серафину - Джиджи Стикс

— Черт, — слышу его голос, прежде чем меня снова затягивает в темноту.

Гул мужских голосов возвращает меня в сознание. Я лежу на боку, на гладкой поверхности, и в нос бьет странная смесь запахов металла и полированного дерева.

Теплые руки откидывают мои волосы с затылка, и я замираю. Прикосновение неожиданно нежное, почти убаюкивающее, как будто выталкивает наружу самые мрачные мысли. Даже несмотря на то, что голова раскалывается от мигрени, вызванной смесью наркотиков и тем, как я ударилась.

Я приоткрываю глаз и вижу деревянную скамью, окруженную оружием, висящим на перфорированных стендах. На полу мешок кошачьего наполнителя. Странно.

Притворяясь без сознания, вслушиваюсь в разговор. Мужчина, вытащивший меня из подвала, его зовут Лерой. Рядом Мико, тот самый рыжий парень из фургона. По его речи понятно, что он чертовски хорошо разбирается в компьютерах и дистанционных системах. Их взгляды прикованы к моему ошейнику, и они даже не замечают, что я уже очнулась.

— Так где ты ее нашел? — спрашивает Мико.

— Ты можешь отключить ошейник или нет? — резко обрывает его Лерой.

— Может быть. Но это не так просто, — Мико трет подбородок. — Некоторые такие штуки настроены так, что при попытке вмешательства выдают весь заряд тока как наказание.

— Смертельно?

Мико усмехается: — Чтобы убить, электрический стул должен выдать как минимум две тысячи вольт. А аккумулятор такого размера максимум держит двенадцать.

— Тогда вперед, — Лерой кивает на ошейник. — Снимай.

— Нет, — хриплю я.

Оба мужчины тут же вскидывают взгляды к моему лицу. Я пытаюсь подняться, несмотря на то, что тело протестует каждой клеточкой.

— Там чип, — поднимаю дрожащий палец к месту за ухом. — Они сказали, что он перегорит, если я попробую снять ошейник.

Мужчины переглядываются, но первым говорит Лерой: — Кто ты? — его голос становится мягким. — Как тебя зовут?

Мой взгляд мечется к рыжему, он отходит назад по приказу второго. Только когда между нами появляется безопасная дистанция, я оборачиваюсь к незнакомцу. Моему спасителю. Он лет тридцати с небольшим, примерно как близнецы, с глазами настолько темными, что они кажутся черными, бездонными.

В его взгляде ни тени эмоций. Впервые за долгие годы на меня смотрят… по-настоящему. Не со злобой. Не с похотью. Дыхание перехватывает, и где-то глубоко внутри вспыхивает тревога. Я отстраняюсь, не желая провалиться в эту тьму.

— Может, у нее шок? — осторожно спрашивает рыжий с другой стороны комнаты.

— Нет, — отвечает Лерой, отводя взгляд от меня.

Сдавливание грудной клетки ослабевает, я наконец могу вдохнуть. И впервые позволяю себе взглянуть на него прямо. У него резкие черты: острые глаза, высокие скулы, прямой нос, жесткий рот. Оливковая кожа и легкая щетина смягчают образ, но жесткость все равно ощутима. Это лицо человека, руки которого вымазаны кровью.

Как и мои.

— Серафина, — выдыхаю я. — Серафина Капелло.

Меня пробирает дрожь от того, как звучит мое собственное имя. Столько лет его никто не спрашивал… Да и голова настолько разбита, что даже не думаю солгать. А если он убьет меня следующей?

Его взгляд снова резко возвращается ко мне: — Капелло? Ты имеешь отношение к Фредерику?

— Он мой… — сглатываю, горло саднит. Не время придумывать что-то умное. — Он мой отец.

— У Фредерика Капелло не было дочери, — он склоняется ближе, его темные глаза впиваются в мои с такой силой, будто он пытается вытащить ответы прямо из моей души.

Страх внутри переворачивается, и превращается в ту самую ярость, которая держит меня в живых все эти годы.

— У папы было две семьи, — выдыхаю я сквозь стиснутые зубы. — Я узнала об этом только тогда, когда он привез меня в свой второй дом… и передал своим сыновьям.

— Черт, — мужчина отводит взгляд.

— Лерой? — подает голос младший.

Он качает головой, явно давая понять: тему нужно закрыть. Сжимает переносицу, стискивает челюсть.

— Кто был на мониторе?

— Мой брат, — пульс начинает бешено колотиться. — Его держат в другом здании. Мне нужно найти⁠…

Он поднимает ладонь.

— Еще один сын Капелло?

— Да, — хриплю я.

Лерой тяжело выдыхает, взгляд падает на мой ошейник.

— Сначала избавим тебя от чипа и ошейника. Потом найдем твоего брата, договорились?

В ушах звенит тревога. Кто вообще послал Лероя, если все, кто когда-либо нас любил, давно мертвы?

Есть, конечно, куратор. Но после пяти лет… он точно не стал бы помогать мне. Не тот человек, который с таким азартом участвовал в моей «подготовке».

Мама мертва. Ее задушили охранники отца прямо на моих глазах, пока он и остальные хохотали. Нанна умерла через несколько месяцев в плену. Габриэль все еще в заложниках, слишком истощен и слаб, чтобы организовать массовое убийство. А этот человек, он убил отца и близнецов.

Никто из тех, кто обладал властью, не знал, что я сидела в том подвале.

Если я начну задавать вопросы, он может догадаться, почему меня держали в заточении. Тогда найдет способ взломать мой ошейник и подчинить меня себе.

Нужно играть роль. Вести себя как на задании. Безупречно. Я невинная, безобидная жертва.

— Серафина, — говорит Лерой. — Ты сможешь сидеть спокойно, пока мой коллега достает чип?

Дыхание перехватывает. Еще один мужчина? Я съеживаюсь. Не хочу оставаться в комнате наедине с тремя незнакомцами.

— Он не причинит тебе вреда, — Лерой говорит спокойно. — Я буду рядом. Я прослежу, чтобы ты была в безопасности.

Я киваю, поднимаю палец и провожу по коже за ухом, ощущая твердые очертания.

— Хорошо.

— Я позвоню доктору Сэлу и скажу, что это срочно, — говорит Мико и выходит из комнаты, оставляя меня наедине с Лероем.

Моя голова опускается под тяжестью его взгляда. Он не спросил, что они заставляли меня делать, ни в подвале, ни снаружи. Может, он просто не знает. В любом случае, я буду молчать, пока не придет момент сбежать и найти Габриэля.

А если они попытаются что-то сделать…

Я перережу им глотки.

ГЛАВА 3

ЛЕРОЙ

Слава богу, у меня есть человек с медицинским образованием. Хотя, если быть честным, у доктора Сэла отозвали лицензию за врачебную халатность. Теперь он у нас в команде зачистки, а в этой работе целители не особо востребованы.

Удаление чипа