Он меня ненавидит - Рина Кент
Я громко смеюсь и поднимаю голову при звуке приближающихся шагов. Моя улыбка мгновенно исчезает, когда я вижу, что к нам приближается не кто иной, как доктор Мартин. О дьявол...
– Здравствуйте, юные леди, - говорит он своим глубоким, рокочущим голосом, и мой желудок делает сальто. Я не уверена, потому ли это, что я задрожала от его слов, или потому, что я взволнована.
Доктор Мартин очень красивый мужчина, и когда мы с Дайной в унисон пожелали ему доброго утра, мои щеки залил румянец. Черт бы побрал мою бледную кожу. Я ничего не могу скрыть, когда краснею, как смущенный пятилетний ребенок, стоит мужчине только посмотреть в мою сторону.
– Какой замечательный день у нас сегодня, - приятно продолжает доктор Мартин, и я бросаю на него сомневающийся взгляд. На улице идет дождь и туман. К тому же, работа в отделении скорой помощи - это не тот опыт, который можно назвать замечательным.
Тем не менее, я киваю в такт его словам, покорно соглашаясь со всем, что он говорит. В конце концов, его должность в больнице выше моей. Я не хочу рисковать, чтобы разозлить его. Доктор Мартин - влиятельная фигура здесь.
– Я хотел спросить, могу ли я поговорить с вашей подругой наедине, Дайна?
– Конечно, - с восторгом отвечает Дайна, бросая на меня многозначительный взгляд, который, кажется, говорит две вещи - удачи и не облажайся.
Я успеваю нервно улыбнуться, прежде чем Дайна сползает со своего места, забирая с собой коробку с пирожными и подмигивая мне. Остаемся только мы с доктором и мои нервы, которые уже начинают сдавать.
– Это по поводу пациента в скорой помощи? – тупо спрашиваю я, мое сердце колотится, а доктор Мартин легко смеется. Конечно, мы оба знаем, что это не так, но я все равно не хочу смущать себя самонадеянностью. – Если вам нужна моя помощь до начала моей смены, я с удовольствием спущусь с вами сейчас.
– Не волнуйся, Джорджина, - говорит он, бросив на меня веселый взгляд. – Это не имеет никакого отношения к работе. Я просто хотел спросить, позволите ли вы мне как-нибудь угостить вас чашечкой кофе.
– О? – неуверенно спрашиваю я, мое сердце бешено колотится. – Вы не обязаны, доктор Мартин.
– Я знаю, что не обязан, - твердо говорит он. – Но мне бы очень понравилось ваше общество.
На нас опускается неловкая тишина, и я нервно жую нижнюю губу, шепча:
– Я просто не уверена, что это отличная идея, доктор Мартин, я...
– Эндрю, - прерывает он с ослепительной, жемчужно-белой улыбкой. – Пожалуйста, милая. Зови меня Эндрю.
Мне не нравится его домашнее имя, но я говорю себе, что снова улавливаю самые незначительные вещи, поэтому я проглатываю свой ответ и умудряюсь шатко улыбнуться в его сторону, повторяя имя с неприятной ноткой в голосе.
– Эндрю.
– Хорошая девочка.
Черт.
Эти два маленьких слова задевают меня, напоминая мне обо всех других случаях, когда я их слышала. Грязные видео, которые я смотрю, где мужчины шепчут эти два маленьких слова в уши хнычущих женщин, напоминая им, кому они принадлежат.
Мгновенно я становлюсь послушной в руках этого мужчины, и я обнаруживаю, что улыбаюсь от восторга, когда он продолжает.
– Ну, как насчет ужина сегодня вечером? Позволь мне угостить тебя так, как заслуживает такая девушка, как ты.
Я собираюсь огрызнуться и сказать ему, что я больше не девушка, но задерживаю дыхание, вспоминая слова Дайны и Кати. Они правы. Я слишком долго отталкивала мужчин. Может быть, пришло время вернуться в игру.
– Хорошо, - нерешительно отвечаю я, борясь с инстинктами, которые говорят мне бежать. Доктор Мартин одаривает меня блестящей улыбкой, и я изо всех сил стараюсь повторить ее, но я напряжена, нервничаю. – Я бы с удовольствием поужинала с вами сегодня вечером, доктор Март... Эндрю.
Его глаза предупреждают меня, чтобы я не повторяла свою ошибку, и он улыбается, когда я произношу его имя.
– Замечательно. – Он поднимается и смотрит на меня сверху вниз, как будто пытается поглотить меня своим взглядом.
Я тоже поднимаю взгляд, улавливая в нем то, чего не замечала раньше. Например, как светло-русые волосы среди полос седины. Какая у него точеная челюсть, а слабая щетина напоминает мне одного из моих приемных отцов. Это вызывает неприятную дрожь по позвоночнику, и я встряхиваю головой, чтобы избавиться от этой мысли.
– Я заеду за тобой в твою квартиру около семи тридцати. Тебя это устроит?
– Звучит неплохо, - говорю я, надеясь, что он не услышит неприятных ноток в моем голосе. Я называю свой адрес и номер телефона, и он сохраняет их оба в своем телефоне, прежде чем снова ухмыльнуться. – Увидимся вечером.
– Не могу дождаться.
Он поглаживает меня по плечу, прежде чем исчезнуть в коридоре. Я замечаю, что затаила дыхание, только когда он наконец уходит, и выдыхаю вздох облегчения, когда Дайна снова появляется с пустой коробкой пончиков.
– Ну, как все прошло? - спрашивает она, и я корчу ей рожицу.
– Настолько хорошо, насколько это возможно, я полагаю. Сегодня я встречаюсь с ним за ужином.
– Как прекрасно! – Она хлопает в ладоши от волнения, а я внутренне сокрушаюсь. Я очень, очень не жду этого свидания. Не только из-за доктора Мартина... Эндрю, но и из-за ожиданий моих друзей. – Ты отлично проведешь время. Теперь о твоей одежде...
Пока Дайна начинает длинный монолог о нарядах для свидания, я думаю, зачем я вообще согласилась на предложение доктора. Мне следовало просто мягко отпустить его; объяснить, что я не хожу на свидания.
Кроме того, по больнице ходят слухи, сплетни об одной из медсестер, Джанин, которую перевели в другую больницу в этом районе - известную тем, что там плохое управление и не лучшее место для работы.
Я слышала, как шептались, что за ее переводом стоит доктор Мартин, и хотя мне никогда не приходило в голову спросить, почему, у меня было чувство, что причина мне не понравится.
Мои мысли тут же возвращаются к Ребекке Серрано, другой медсестре, точнее, старшей медсестре, которая ушла несколько дней назад. Персонал был занят сплетнями о причине ее ухода.
Одни говорят, что ее муж состоит в мафии, другие клянутся, что
