Второй шанс для непрощенного - Иден Хол
— Удачи, — шире улыбнулась я, понимая, что это уже напоминает сумасшествие.
Ксения вдруг дернулась к своему телохранителю и выдернула откуда-то из-под его пиджака пистолет. В ту же секунду дуло смотрело мне в лицо, и мне расхотелось улыбаться.
— Э, я на мокруху не подписывался, — проблеял недовольный охранник и, махнув на нас рукой, вышел из комнаты, будто просто решил не смотреть, что Любимова будет творить дальше.
Но Ксении было на него плевать.
— Назови мне хоть одну причину, по которой я не должна сейчас нажать на спусковой крючок. Ты меня уже очень сильно достала! Просто невыносимо! А я ведь с тобой была добра и милосердна до этого момента!
— У меня есть такая причина, ты точно не выстрелишь сейчас. — Я с надеждой глянула на дверь в комнату, мне кажется, или я слышу шаги по лестнице. — Очень весомая причина… — тихо сказала я, а потом крикнула что есть мочи, чтобы задать ему направление, — Саша!
Жаль, я не видела лица Ксении, потому что уставилась на дверь в комнату в ожидании, что сейчас она вылетит и бравый спецназ тут всех положит мордой в пол, а меня освободит мой любимый. Если бы видела, поняла бы, что она тоже слышит шаги с той стороны.
Потому что в следующую секунду Ксения уже стояла за моей спиной, подняв меня рывком с дивана, обхватывая за плечи и прикрываясь, как щитом. Вот падлюка!
Вместо того чтобы отлететь от удара ногой, дверь медленно и со скрипом раскрылась. В проеме стоял Гордеев, бледный, в рубашке, но ясным уверенным взглядом, испепеляющим Ксению.
— Положи пистолет, не делай себе хуже, — спокойно сказал он.
— Мне хуже? Да мне будет прекрасно, если я нажму на крючок, — судя по голосу, улыбнулась она, дуло ткнулось мне в висок, — это тебе будет хуже. Ну и ей тоже не очень.
— Отпусти ее, и давай поговорим. Тебе еще не поздно завершить все мирным путем.
— И это ты мне говоришь, врываясь в мою квартиру с толпой вооруженных людей?
— Саша, прости, я не хотела, — вырвалось у меня, ведь в эту передрягу я влезла добровольно, не подозревая, что может дойти до такого.
— Ника, не волнуйся, все будет хорошо. Ты ей не нужна, а тем более твоя смерть. Все ее претензии ко мне, да Ксюша?
— Я тут решаю, к кому и какие у меня претензии, — огрызнулась Ксения.
— Я подскажу тебе, — Гордеев медленно приближался, будто просто вел светскую беседу. — По дороге сюда я разговаривал с юристами. Они мне кое-что прояснили про тебя, и все встало на свои места.
— Прояснили они ему, — передразнила Любимова, — ничерта ты не понимаешь! За столько лет так и не понял ни разу!
— Да нет, я как раз понял очень многое. А в особенности цену твоей любви, слов и игр в семью. — Он подошел еще ближе, — разожми руку, и пусть Ника выйдет из комнаты, мы обсудим это наедине. Вместо нее я дам тебе то, что ты действительно хочешь.
— И что же я хочу? — испытующе спросила она с издевкой в голосе.
— Меня, — почти без эмоций сказал Саша, — вот он я, — он развел руки в стороны, показывая, что отдается полностью в ее власть. — Весь твой.
— Ах, вот что подсказали тебе твои юристы, — Ксения медленно перевела дуло пистолета от моей головы в сторону Саши, — только вот что мне с этого, если я в западне? Даже когда у меня есть ты, мне это ничего не даст!
— Я договорился со всеми своими людьми, если Вероника выйдет отсюда целой и невредимой, тебя тоже никто не тронет, что бы ты ни сделала.
— Что? — мне внезапно стало страшно, — Саша, ты о чем? Я никуда не пойду!
— Ты ведь можешь получить желаемое двумя путями, Ксения, — он сделал еще шаг, и теперь до нас оставалось всего метра полтора, я видела невероятное спокойствие в его глазах, и это меня пугало еще больше. Саша глядел точно на свою бывшую, — первый способ, если будешь моей женой. — Ксения громко хмыкнула, — но это как ты понимаешь, уже вряд ли получится.
— Очень смешно, — в голосе Любимовой сочился яд.
— А второй будет зависеть от тебя, просто отпусти Нику. Тебя никто не тронет, уйдешь отсюда, как пришла.
— Какой еще второй? — мое сердце колотилось, я не могла вдохнуть от плохого предчувствия, — что за второй?
— Его смерть! — громко сказала Ксения и выстрелила.
Глава 43
Выстрел оглушил меня, заставив дернуться в руке Ксении, словно меня ударили. Я вскрикнула, с ужасом понимая, в кого она целилась. Судорожно вдохнула, шокированная звоном в ушах и тем, что Гордеев все еще стоит перед нами целый и невредимый.
— Ты думаешь, я блефую?! — истерично крикнула Ксения, возвращая пистолет к моей голове. А до меня дошло, что она выстрелила мимо, в стене за ним, чуть выше плеча зияла дыра. Немного левее и попала бы ему в голову.
Саша открыл глаза и снова посмотрел на нее. За его спиной распахнулась дверь, которую он прикрывал за собой, но он будто видел это затылком. Поднял руку.
— Все под контролем, выйдите! Ждите снаружи, как я сказал!
— Уверен? — это был ошарашенный Рогов, торчащий в дверях с пистолетом на изготовке, и в его глазах тоже читалось ожидание самого страшного и невероятное облегчение от увиденного живого босса.
— Уверен, — ответил Саша, — делайте, все как я сказал, головой отвечаешь.
— Понял, — Илья закрыл за собой дверь, совершенно недовольный приказом. Да и кто был бы на его месте?
— Саша, что ты делаешь? — не выдержала я, но вопрос получился таким жалким, что едва слышным.
— Я не думаю, что ты блефуешь, Ксень. — продолжил разговор Гордеев, — ты просто сама себя загнала в угол и принимаешь решения на чистых эмоциях.
— Да что ты знаешь об эмоциях?! — в подтверждение его слов закричала она, — ты гребаная ледышка бесчувственная! Тебе ни о чем не надо беспокоиться! Все само плывет к тебе в руки! Не надо прогрызать себе путь в жизни зубами, драться за каждую крошку, доказывать, что чего-то стоишь!
— Я знаю, о чем ты говоришь и мне ничего не доставалось просто так. Это все равно не стоит жизни Вероники, отпусти ее, пожалуйста.
— А чьей стоит? Твоей стоит? — Ксения продолжала язвить.
— Какая смерть, что вы оба несете? За что же можно вот так взять и убить? — задыхаясь
