Общая цель - Рейчел Рид

Боже, Эрику следовало бежать от него как можно дальше.

Но Эрик не бежал. Он поставил свой стаканчик с кофе на скамейку и подходил к Кайлу с распростёртыми объятиями. Кайл тоже поставил свой стаканчик и шагнул в его объятия. Эрик крепко сжимал его плечи и спину своими сильными руками. Кайл уткнулся лицом в его твёрдую, тёплую грудь, позволив себе на мгновение закрыть глаза и вдохнуть его запах.

— Мне жаль, что твой первый опыт с… м-м...

— Сексом? Чувствами? Мужчинами? Да. Всё так и было.

— Мне жаль.

Кайл быстро заморгал, сдерживая слёзы. Да, ему не впервые выражали сочувствие в связи с этой историей. Мария говорила ему то же самое и даже больше. Кип, правда, не знал. Кайл так и не смог заставить себя рассказать ему. Тот, вероятно, предполагал, что родители Кайла были гомофобами. Возможно, так оно и было.

— Пойдём дальше.

Кайл обрадовался, что смог говорить ровно. Но чувствовал, как умирал внутри.

— Окей.

Они отпустили друг друга, Эрик поднял оба их кофе со скамейки. Он протянул Кайлу его стаканчик, а тому захотелось взять его за руку. Он хотел держать Эрика за руку, пока они гуляли, и наслаждаться комфортом, который как правило дарил простой физический контакт. Он засунул свободную руку в карман.

Эрик шёл напряжённо и тихо, по-прежнему сжимая челюсти, глядя куда-то вдаль. Кайл подозревал, что, несмотря на поддержку и утешение, которые тот проявил, услышав эту историю, ему было трудно игнорировать то обстоятельство, что Кайл разрушил семью. Что был эгоистичным и глупым. Что, благодаря везению продолжал получать финансовую помощь от родителей. В Кайле не было ничего впечатляющего. Он был из богатой семьи и выучил языки самостоятельно из-за скуки: сначала — будучи подростком-геем в очень маленьком городке, затем — нервным провинциалом, живущим в одиночестве на Манхэттене.

— Мне пора домой, — внезапно сказал Эрик.

Ну, конечно.

— Рядом есть станция метро. — Кайл указал на лестницу, которая вела обратно на уровень улицы. — Прямо там.

Он последовал за Эриком вниз по лестнице. Спустившись на станцию, они поняли, что оба поедут на поезде E, но в противоположных направлениях. Случился неловкий момент, когда Кайл подумал было поцеловать Эрика, но решил этого не делать. Даже поцелуй в щёку казался привилегией, которой он не заслуживал.

Эрик кивнул ему.

— Мне было приятно, Кайл. Спасибо.

— Мне тоже.

У Кайла сдавило горло, но он сумел произнести эти два слова, не выдав своей боли, как ему показалось.

Минуту спустя их разделяли железнодорожные пути. Эрик смотрел в свой телефон, а Кайл смотрел на Эрика. И, пока поезд въезжал на станцию, загораживая того, Кайл задавался вопросом, увидит ли и услышит ли когда-нибудь его снова.

Глава 16

История Кайла расставила всё по местам.

Любые романтические мысли, которые могли возникать у Эрика насчёт Кайла, следовало запереть в очень надёжный ящик и утопить в Гудзоне. Если он и так порой чувствовал себя похотливым стариком, то теперь...

Кайл же, казалось, не осознавал, насколько ужасными были действия того мужчины, но Эрик видел это ясно как день. Тот мужчина — Йен — домогался своего молодого сотрудника. Что, если он просто ждал, пока Кайлу исполнится восемнадцать, а как только это случилось, предложил ему работу? Эрик поспорил бы на сумму своего контракта, что так и произошло.

Возможно, этот мужчина переехал в другой город и снова принялся за старое. Эрик ненавидел его. Он хотел его выследить.

— Мне нужно, чтобы ты расслабился, Бенни.

— Прости.

Эрик сделал вдох и постарался расслабить правую руку в ладонях Салли, массажиста команды.

— Так-то лучше, — весело сказал Салли.

До начала игры оставалось меньше двух часов, Эрику следовало перестать думать о Кайле. Эта одержимость привела к тому, что он отвратительно отыграл на вчерашней тренировке. Он не мог позволить себе повторить подобное вечером.

Салли закончил массаж, Эрик отправился в спортзал сделать интенсивную растяжку.

Эрик всегда первым из игроков приезжал на арену перед матчами. Ему предстояла долгая предматчевая рутина, важная для подготовки, как физической, так и моральной. Он посещал массажиста, растягивался, некоторое время крутил педали на велотренажёре, снова растягивался, пил воду и ел здоровую растительную пищу, и только после начинал экипироваться.

Эрик только закончил первый подход растяжки, когда в зал вошёл тренер Мёрдок. Эрик сразу обратил внимание на его сжатые челюсти и прочитал извинение в его взгляде.

Чёрт.

— Я сегодня на скамейке, да?

Тренер кивнул.

— Мы даём Томми начать. А ты мыслями не там, где нужно. Куинн согласен.

Эрик вздрогнул, но не стал спорить. Он не мог спорить. «Просто позвольте мне закончить этот сезон в качестве стартового вратаря», — мысленно взмолился он, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Я исправлюсь, — пообещал он.

Тренер хлопнул его по плечу.

— Мы все знаем, что исправишься, Бенни.

Эрик всё равно закончил свою рутину. К тому времени раздевалка заполнилась его товарищами по команде. Томми кивнул ему, когда проходил мимо, Эрик кивнул в ответ. Он радовался за парня, искренне. В следующем сезоне он будет стартовым каждый вечер, и тренеры, вероятно, это знали.

Молодые парни. Томми был одного возраста с Кайлом. От этой мысли у Эрика скрутило желудок. О чём он, блядь, думал?

Кайл был слишком молод для него. И не имело значения, что был одним из самых ярких и обаятельных людей из всех, что он когда-либо встречал. Не имело значения, что сердце его бешено колотилось от одной мысли о поцелуе с Кайлом. И что в спальне, когда Кайл командовал, Эрик совсем не чувствовал себя старше. На самом деле, разница в возрасте, казалось, существовала лишь тогда, когда Эрик находился вдали от него. Именно тогда находилось время подумать и почувствовать себя неловко. Рядом с Кайлом он почти не осознавал её.

Но она существовала, как и его чувства к Кайлу. Опасное комбо.

— Эй, та фигня завтра вечером, — сказал Скотт, вырывая Эрика из вихря противоречивых мыслей. — Дрэг-шоу, о котором я тебе говорил.

— О. — Эрик моргнул и сосредоточился на своём друге. — Точно. Благотворительное.

— Да. Ты всё ещё хочешь пойти?

Он задался вопросом, будет ли там Кайл. Хотел ли сам, чтобы Кайл там был. Блядь, конечно хотел. И именно поэтому не мог