После развода. Слепая любовь генерала - Полина Измайлова
Черт, как же больно, будто кто-то еще и кочергу раскаленную к сердцу приставил. Жжет, опаленные края сердца кровоточат.
А я терплю. Мне нельзя показывать слабость перед этой малолетней сукой.
— Я должна? Кто это сказал? — приподнимаю бровь. — Зачем?
— Я думала, вы умная, и поймете — он остается с вами из жалости.
— Это ты так решила? А может, это с тобой он из жалости? Увидел, что ты в него влюблена, решил подыграть? Ты не думала об этом?
— Подыграть? Что ж… думайте как хотите, только у нас с Матвеем будет ребенок, это вам ясно?
— Ребенок?
К этому я не готова.
Глава 6
Это как отравленная стрела.
Выпущена, задела, вроде бы никакие важные органы не повредила, но ты умираешь медленно. И в муках.
Я умираю.
Женщина во мне умирает.
Которая была любимой.
Счастливой.
Теперь ее почти уже нет.
Она истаяла в воздухе, как облако.
— Что ж, ребенок, поздравляю.
— Тетя Оля, вы же понимаете, даже если он останется с вами — он будет со мной! С моим малышом!
Ох, надавать бы тебе пощечин! Или по заднице отшлепать, чтобы не повадно было к чужим мужикам лезть!
Что же за порода такая бабская, мерзкая, которая смолоду никаких человеческих законов не признает? Которая лезет своим поганым носом везде! Ищет, где плохо лежит. Да, даже если хорошо лежит! Всё равно, как воронье, на блестящее летит, с одной целью — отобрать, захапать, украсть. И радоваться, что сумела облапошить наивных, тех, кто верит в честность.
— А ты уверена, что ему нужен твой малыш?
— Да, уверена!
— Интересно. А может, у него спросим?
— Нет! — Она резко делает шаг, наступая, заставляя меня всё-таки двинуться в квартиру. — Я еще ему не сказала. Матвей не знает!
— Так узнает, сейчас я ему позвоню!
— Не смейте!
— Ты как со мной разговариваешь? Ты что вообще себе позволяешь? Ты хоть понимаешь, кто я и кто ты? — Обычно я себя так не веду, всегда была скромной, считала, что скромность — достоинство королев. Никогда не кичилась тем, что муж мой высокие должности занимает. Никогда не вела себя как “генеральша”. Но эта девчонка меня просто довела.
Дверь напротив открывается. Соседка выглядывает. Жена нашего начальника штаба дивизии. Противная баба. Но с таким соседством приходится мириться, ничего не поделаешь, эта квартира у нас до сих пор служебная. А по военной ипотеке мы купили трехкомнатную в подмосковной Балашихе.
— Оля, что за шум тут у вас?
— Всё в порядке, Нателла Игнатьевна, подруга дочери пришла узнать, где Вика.
— Подруга, да? Не та ли подруга, что к твоему Матвею в кабинет шастает? Ох, сколько у меня было таких “подруг”, спусти-ка ты ее с лестницы, пусть катится. А Матвею вечером прикрути одно место! Чтобы знал. Нечего их распускать, мужиков. Да и этим… ссыкухам малолетним, нечего давать шансы.
Да уж. Нателла и вправду опытная дама и жена.
Мне бы столько смелости и наглости.
— Слышь, ты, малолетка, давай иди отсюда! Нечего тут. И смотри, родители твои знают, чем ты занимаешься? Ты чья?
— Чья надо, не ваше дело! И не вмешивайтесь, куда вас не просят!
Ой, зря ты, Алина, это сказала, ой, зря!
— Ты на кого рот раскрыла, шавка? Я тебе не Оля Сафонова, милая жена генерала! Я не посмотрю, что твой отец геройски погиб, я тебе устрою! И матери твоей, за то, что шалаву воспитала! Вы там выплаты должны получить? Я вам устрою, выплаты! Получите шиш с маслом!
— Нателла, не нужно… — пытаюсь ее утихомирить, но всё напрасно.
— Нужно, Оля, нужно! И ты не веди себя как овца молчаливая. А то так и будут эти щучки малолетние наших мужиков окучивать. Почему-то по лейтенантам она не побежала, любви искать, ей генерала подавай! Да ты хоть знаешь, сколько лет Оля с ним? Что она с ним в огонь и в воду, Крым и рым прошла! Сколько ждала его с передовой, ночей не спала, моталась по самым дальним углам. Образование не смогла получить, потому что жена офицера.
— Слушайте, что вы меня лечите? Матвей меня любит и всё равно будет со мной, а вы… Вы за своим Славиком следите, как бы его секретарша Лиза не увела!
— Ах ты, дрянь! А ну… пошла отсюда!
Это уже переходит грань.
Нателла у нас дама корпулентная, она бросается на Алину, та почти кубарем катится по лестнице, соседка за ней, а я…
Я закрываю дверь и не могу сдержать смеха.
Хохот переходит в истерику.
Закрываю рот ладошкой, слезы градом катятся.
Всхлипываю, дышать не могу.
Матвей, за что это всё, за что?
Дверь с трудом открывается — мои ноги мешают.
Нателла заходит.
— Оль, это я, пустишь? Ты что это задумала?
**************************
ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ, НЕСРАВНЕННАЯ ЭЛЕН БЛИО СТАРТОВАЛА С ПОТРЯСАЮЩЕЙ НОВИНКОЙ, КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ ПРОПУСТИТЬ!
ГОРЕЦ. Я НЕ БУДУ ТВОЕЙ
— Я за него не выйду!
— А я сказал — выйдешь!
— Не выйду!
— Выйдешь!
Я не думала, что в моей семье такой возможно, но брат решил насильно сделать меня счастливой, выдав замуж за своего делового партнера.
Я не готова была с этим смириться и сбежала к тому, кого люблю. Но мой любимый от меня отказался, а тот, кто согласился помочь, простой рабочий, нищий и наглый предлагает фиктивный брак.
— Никогда бы не женился на такой как ты всерьёз, избалованная, нахальная девица, которая не знает, что такое уважение, традиции, смирение и скромность!
Я тоже не собираюсь быть его женой по-настоящему, вот только почему рядом с ним всё чаще сжимается моё сердце?
Глава 7
Нателла видит чемодан.
Головой качает.
— Дура ты, Оля! Дура! Такого мужика решила какой-то малолетней простипоме оставить?
— А что я должна сделать? К кровати его наручниками приковать? — усмехаюсь горько.
Конечно, советы раздавать легко.
Как мама моя говорит: чужую беду — рукой разведу…
Понимаю, что у Нателлы опыт. Про бурную личную жизнь ее супруга в нашем гарнизоне не знает только ленивый.
Господи, как я от этого устала!
От гарнизонов.
От того, что в каждом обязательно сплетни, пересуды, что жизнь твою на молекулы разбирают, обсуждают, обсасывают!
Все всё про всех знают.
Бесит неимоверно.
Хотя я родом не из столицы, но у нас город был довольно большой. Конечно, тоже всякое бывало: и сплетничали, и наговаривали.
Но не в таких масштабах.
Да, конечно, мне не привыкать, но всё-таки…
Как
