Мой спаситель... или погибель - Ирина Семендеева
С двадцати лет, я стал жить с бабушкой во Владивостоке, пока спустя несколько лет она не ушла навсегда. Видел родителей очень редко. Я не винил маму в её поступках и отца тоже, хотя он безразлично отнёсся к моему отъезду. А на Демида я держал зло и желал ответить ему той же монетой.
И этот день настал. Я приехал на пятидесятилетие мамы, где встретил Лику. И был удивлён её очарованию и дерзости. Она меня зацепила. От одного её взгляда, я желал утонуть в изумрудных глаз, вцепиться губами в алые уста и с жадностью поглотить этот бархатный цветок. И тогда у меня родился план...
Ока за ока, зуб за зуб!
Сердце щемило от неприятных воспоминаний. Я так яро пытался забыться, что не контролировал дорогу. Ушёл в себя. Дождь усиливался, размывая его окрестности, а густой туман полностью затмил шоссе. Из пелены завесы, высветились оранжевые огни, устремившиеся в моём направлении. Я попытался сбавить скорость, но мотоцикл потянуло влево. Резкий визг тормозов и, теряя управление, я рухнул на асфальт…
29. Марионетка в руках братьев
— Демид…
— Да, моё сокровище. Я вернулся! — улыбался он мне во все тридцать два зуба, а в глубине потемневших глаз, дьявольский огонёк.
Вот это я попала!
Я стояла в оцепенении, прикрыв ладонью рот и смотрела на брата-близнеца Макса. Их лицо, голос, мощное телосложение практически идентичны, но если приглядеться, то можно найти отличие. Которое я по своей невнимательности не заметила, даже когда он был Никитой… но как? Теперь, когда моя память частично вернулась, я могу, наконец, опираться на прошлые события, и меня они, увы… не радовали. А ведь в глубине души я знала, что моё возвращение будет крайне неприятным.
— Ты прекрасна, сокровище моё! — прошептал он, жадно бегая по мне глазами. — Теперь мы будем вместе… я никуда тебя не отпущу! — Демид раскрыл объятия, открывая моему взору свою широкую грудь, пошёл на меня.
А меня передёрнуло от мысли, что он прикоснётся ко мне, и сделала шаг назад.
— Постой… не надо! — тут же выставляю ладонь вперед, пытаясь его остановить.
Я жаждала с ним встретиться. Хотела понять, почему два брата ведут борьбу за меня? Почему я была с ними обоями? Хотела, что-то изменить. А теперь, когда ответ очевиден, почувствовала глубокое смятение. Не знала, с чего начать.
— Да, капустник, прекрасно смонтировал. Я оценила твоё представление. — Это первая мысль, которая пришла мне в голову. Имея ввиду Ярцева Никиту и год моей фальшивой жизни. — Ты был, Никитой?
— Я понимаю, ты ошеломлена, растерянна. У тебя много вопросов. Твоя память ещё не вернулась…
— Хватит говорить словами, Макса… просто ответь! — рассердилась я, встряхнув головой, мои светлые пряди разметались по лицу.
— Да, любимая. На протяжении года, я был с тобой.
— А что с лицом? — проведя пальцами у своего лица, я дала понять, что на Никиту он совершенно не похож.
— Сделал корректирующую пластическую операцию.
— Но за-че-мм? — я была в замешательстве. Оба брата начали действовать мне на нервы. Их вечная недосказанность, скрытность, смутные объяснения — это так раздражало!
— У меня появилась возможность вернуть тебя. Так я рассчитывал, мы начнём новую жизнь, без прошлого… У меня была возможность вывести тебя из страны, но твой врач не позволил. Тогда я привёз тебя сюда, и здесь тебе проделали необходимую операцию. А после мне осталось ждать… Твой лечащий врач предупредил, что если ты очнёшься от продолжительной комы, то у тебя вследствие черепно-мозговой травмы, нарушится реакций на внешние раздражители. В связи с чем будут утрачены многие функции головного мозга, как потеря памяти и утеря рефлексов. Потребуется долгая реабилитация для восстановления…
— И ты решил воспользоваться этим. — Не дав ему договорить, гневно вскинула подбородок, в упор смотря в светло голубые глаза, которые так напоминали Макса. — Носил коричневые линзы… предусмотрительно, — вспомнила я карие глаза Никиты.
— Это было вынужденное перевоплощение. Не хотел напоминать тебе об этом предателе… Наша жизнь могла кардинально измениться. Только ты и Я… Даже если бы мне потребовалось в течении нескольких месяцев выходить тебя, снова, поставить на ноги, вдохнуть новую жизнь… От такой возможности разве можно отказаться? Нет! Конечно, ты потеряла только память, но всё же… Я стал твоей опорой. Важным человеком. И был счастлив быть рядом, окружить заботой, любовью.
— Как же прекрасно, замечательно! Решил приручить меня, словно собачонку, сделать послушной, покладистой. Прекрасная будущая жена… Ничего не помнит, лишнего не скажет… Ха-ха! — нервно рассмеялась я, скрестив руки на груди. Вспоминая, что именно такой я была. — Поэтому ты придумал мне новую жизнь: внушил ложные воспоминания, окружил ложными людьми, придумал ложную профессию, нарисовал нашу… пре-кра-с-ну-ю школьную любовь, разлучив меня с моей семьёй… сказав, что родители мертвы… — распылялась я, бурно жестикулируя руками, — гений конспирации!
— Ты ещё многого не знаешь, Лика… но я старался ради нас. Я не мог допустить, что б эта фальшивка… — я была удивлена, как он выражается о Максе, — нашёл нас, и снова разлучил.
— Макс, твой, брат!
— Нет. Он моя копия, и всё, что он делал на протяжении нескольких лет, это портил мою жизнь, своим существованием. Я не признаю его своим братом. Он моя тень, от которой я хочу избавиться!
— Как можно так ненавидеть друг друга… Я поражена! — качаю недовольно головой, кинув взгляд в сторону моря.
Пасмурная погода не радовала своей хмуростью. Моросящий дождь, легко окроплял колыхающиеся волны на спокойной глади, а серая мгла, незаметно наступала по всем окрестностям побережья. Сырость и зябкий ветерок неприятно холодил кожу. Я поёжилась от ощущения промокшей одежды и решила укрыться в небольшой деревянной беседке, которая располагалась недалеко от нас.
Демид последовал за мной.
— Он посмел, присвоить тебя себе, зная, что мы вместе. Как после такого можно назвать его братом?
— Вы хотите свести меня с ума? Я же прогнала его, после того, когда подслушала разговор… по твоей милости. И Макс уехал в командировку! — резко обернувшись, возмутилась я. — Зачем нужно было устраивать весь этот спектакль. Я и так уже быта с тобой. Чего ты пытался добиться, меняя лицо словно перчатки? Подожди… авария! — я в панике забегала глазами, понимая, что события не сходятся, какой-то части не хватает.
— Вот именно, Лика. Он не уехал. Ты, была с этим ничтожеством… а меня отправили в
