Гид по чаю и завтрашнему дню - Лора Тейлор Нейми

Я знаю, знаю, что должна и чего не должна чувствовать. Как с овощами и витаминами, я понимаю, что пойдет мне на пользу. Но сегодня позволю себе любить эту страну, просто потому что люблю. Я буду любить место, которое настолько пропитано магией, что даже я верю в его заклинания и зелья – воздух, густой и сладкий, как ириска. Я сосредоточусь на обещании Ориона отвезти меня ужинать в милый паб и своем – красть кусочки картофеля с его тарелки. И обещании, которое даст английская летняя ночь, когда мы будем возвращаться домой на винтажном мотоцикле, открытые порывам ледяного ветра.

Я люблю Англию. Просто люблю. А уж я-то знаю, каково это – влюбиться.

Глава 23

В среду мы готовим фруктовые empanadas. Флора занимается ими на противоположном краю стола. Ее задача проста: наполнить кружочки теста начинкой, завернуть и прижать края вилкой, затем смазать их яичными желтками.

Мы приготовили две сладкие начинки, но мой разум сосредоточен на сладостной горечи. В понедельник были лебеди, замок с призраками, вкусная рыба с картофелем фри… и парень, который мне все это показал. Я поделилась секретом. Я перестала ненавидеть Англию, вместо этого она стала местом, которое я не смогу покинуть, не разорвав душу в клочья. В замке я отказывалась думать об этом и просто наслаждалась моментом. Но два дня спустя эта мысль снова меня терзает, глубоко поселившись в моем сердце.

Таймер прерывает мои воспоминания. Я бросаюсь от раковины к духовке и перекладываю четыре булки медово-овсяного хлеба на стеллаж для охлаждения. Теперь время для empanadas.

– Можешь подать те, что с клубникой?

– Ага. – Флора приносит заготовки со стеллажа.

Я осматриваю их, прежде чем позволить духовке сотворить свою магию.

– Отлично. Я всегда готовлю с излишками, потому что гостям они очень нравятся. – Маленькие полумесяцы одинаковой формы – идеально. Перед этим я учила Флору так же, как abuela учила меня: я делаю несколько, затем мы делаем несколько, затем ты делаешь несколько.

Встав на цыпочки, я пытаюсь оценить прогресс на ее стороне.

– С черникой уже готовы?

Она кивает с плоской улыбкой.

– Остался последний противень.

У Флоры так хорошо вышли первые две дюжины, что я поручила ей сделать empanadas с черникой, пока сама готовила и остужала кубинский ванильный пудинг с корицей. Я вытираю руки, затем разворачиваюсь к стеллажам, на которые она ставила свои empanadas. – Давай посмотрим на твои мини-шедевры, – говорю я и вытягиваю один противень из двенадцати. Я смотрю на него в недоумении. Внутренности скручиваются в узел, я торопливо вытягиваю другой противень. – Флора, что произошло?

Две дюжины empanadas залеплены как попало. У половины верхние края не соединены с нижними, а начинка вытекает на пергамент. В некоторых начинки слишком много, в других – почти ничего. А яичная смазка! Так неровно, и она сверху присыпала их мерзкими комками сахара. Я не могу подать это гостям.

– Не понимаю. Я же сама видела, как ты делала клубничные. – И к тому же я встала пораньше, чтобы самой замесить тесто на медово-овсяный хлеб и поставить его подниматься до ее прихода. Таким образом, у меня оставалось время, чтобы научить ее базовым навыкам. Мы отмеряли сухие и влажные ингредиенты слаженно и с использованием разных типов ножей. Я думала, она прониклась этим делом.

Флора развязывает нижнюю часть фартука.

– Я же сказала, что у меня не получится работать здесь. Я только буду тебе мешать. – Она заглядывает в духовку; маленькие булочки с клубникой потихоньку оживают. – Ты хотя бы можешь подать эти и последний противень с черникой. Думаю, этого хватит.

Espérate. На кухне начинает пахнуть обманом. Я вспоминаю, что Джулс однажды ночью сказала о Флоре:

«Она забывает, что одно незначительное действие может изменить завтрашний день».

Флора сделала это специально, чтобы я отменила нашу сделку. Она придумала легкий способ побега, но не подумала обо мне и всей гостинице. Было бы слишком просто забрать у нее фартук и указать на дверь, но опять-таки, я могу представить себя на ее месте. Я бы, скорее всего, поступила так же – нет, не с едой, – но эта схема прямо из «Пособия Лайлы Рейес по манипулированию ситуацией».

Я борюсь с соблазном медленно ей поаплодировать – bien hecho, Флора. Молодец. Однако, поскольку я весьма хорошо знаю эту игру, мне не нужно долго думать, что делать дальше. Единственная проблема – это цена: моя репутация.

Прежде чем я успеваю все обдумать, я делаю.

– Нет, этого недостаточно. Все гостевые комнаты заняты, многие здесь с семьями. Гости хотят больше, чем по одной булочке на человека. – Я отрешенно вздыхаю. – У меня нет времени, чтобы замешивать новое тесто, так что придется подавать те, что ты сделала.

– Ты правда будешь подавать их гостям? – Она смотрит на противень, и у нее отвисает челюсть. Неужели Флора только сейчас осознает, как ужасно они выглядят?

– У меня нет выбора. – Я указываю на нее. – Теперь подвязывай свой фартук, потому что нам нужно испечь масляные бисквиты для пудинга.

– То есть ты не хочешь, чтобы я ушла?

Я пытаюсь придать лицу равнодушный цвет, словно это часть новой летней коллекции MAC.

– Ушла? Конечно, нет. Каждый пекарь иногда ошибается. А ты только учишься. Не будь к себе слишком строгой.

Через тридцать минут выпечка из ада уже в гостиной. Я умываю руки, в прямом смысле, пока Флора с поникшей головой соскребает со стола следы утренней готовки.

Кейт заходит на кухню.

– Лайла, на пару слов?

Я киваю, уже понимая, что будет дальше.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Кейт склоняет голову и с любопытством смотрит на меня.

– Да, просто устала. Долго не могла уснуть. – И это правда. Путаница в моей голове и сердце не давала мне уснуть дольше, чем любой пекарь мог себе позволить.

– Понятно. Я спрашиваю из-за выпечки к завтраку. – Кейт хмурится. – Она сильно отличается от того, что мы привыкли видеть – безупречного качества и последовательности.

Ой. Я бросаю короткий взгляд на Флору. Она замерла; рука крепко стискивает щетку. Я могла переложить вину на нее, где ей самое место, но слова Ориона толкают меня под ребра – Флора меняется, становится более неуправляемой. Будет иметь какое-то значение та мелочь, что я сейчас сделаю, или нет, семья Ориона стоит того, чтобы я приняла удар на себя. Но только один раз. Больше этого здесь не повторится. Я быстро выдыхаю.

– Ты права. Прости за empanadas с черникой. Это моя вина. Я слегка отвлеклась.

Кейт