Мгновения вечности - Ева Эндерин

«Но я же так делаю», – чуть не выпалила она следом.

– Мне неудобно. Я чувствую себя ужасно. Ты довел меня вчера до…

Последнее слово встало поперек горла, и Кейт чуть было не начала кашлять.

– До чего? Используй язык.

Они опять вернулись к своим классическим ролям. Ей больше нравилось, когда его кадык беспомощно нырял вниз от движений ее бедер, а не когда Кайрос с усмешкой возвышался над ней.

– До оргазма, – едва слышно озвучила она.

– Тебе будет легче, если ты доведешь меня в ответ?

– Да, намного легче.

Кажется, он ее понял. Хоть что-то.

– Я подумаю.

– Подумаешь?

Вместо ответа Блэквуд поправил сумку на плече и молча отправился обратно к лестнице.

* * *

Кейт подозревала, что Кайросу понадобится время на раздумья, но не ожидала, что это затянется на неделю… а потом еще на одну. В какой-то момент ей стало так больно, что даже Нейт начал смотреть на нее с осторожностью, словно боялся лишним словом усугубить ситуацию. Зато у него с Пэм все, наоборот, шло на лад – они общались почти как прежде, и Нейт, похоже, был доволен тем единственным шансом, который ему удалось ухватить с Уэльс на вечеринке. Патрик же, напротив, отдалился ото всех, проводя дни на склонах и оттачивая технику.

Она вынуждена была признать, что с поступления ей еще никогда не было так одиноко в академии.

– Нужно мягче, с носовым оттенком… Rendez-vous, видишь? Кончик языка не напрягай, а r должен звучать, как будто ты мурчишь.

И да, из ее жизни никуда не делись уроки французского. Сколько бы Блэквуд ни игнорировал ее как девушку, он все еще охотно принимал ее как свою ученицу.

– Я поняла, – буркнула она, крепче сжимая лямки портфеля на выходе из аудитории.

Они решили позаниматься в среду днем, потому что у Кайроса отменили занятия по плаванию. В бассейн добавляли хлорку, так что вход туда был для всех закрыт как минимум до завтра.

– Что-то не так?

Все не так. Кейт чувствовала себя никому не нужной. Хотя в этом была ее вина, в моменте ей казалось, что уж с Блэквудом она точно останется на одной волне.

– Это неважно.

– Ты можешь рассказать мне. Мы же друзья.

Класс. Этот ярлык Рейнхарт, может, и приняла бы от него, но точно не после всего, что Кайрос показал ей в библиотеке. Как он не понимал, что перевернул ее хрупкий мир на сто восемьдесят градусов?

– Мы не друзья, Кайрос! – вспылила она, останавливаясь у перил.

Они занимались на втором этаже, в маленьком кабинете недалеко от лестницы. Блэквуд каким-то образом выбил у директора Диккенса ключи. Хотя чему тут удивляться? Эта академия фактически принадлежала его семье. На один из витражей в холле, где были изображены все важные для Винтерсбрука лица, даже затесался его предок.

– Ты не в настроении, тогда мы поговорим позже, – ретировался Кайрос и уже приготовился уйти вниз, когда Кейт снова его окликнула:

– Мне нужно знать, как ты ко мне относишься.

Его широкие плечи опустились от долгого вздоха, и он вернулся к ней, отступив несколько шагов назад.

– Я очень тебя ценю.

Насколько? Он всем своим друзьям-девушкам предлагал целоваться и извиваться в его руках?

– У меня не было парня. Никогда, – подчеркнула Кейт, заставив могучего Кайроса Блэквуда виновато потупить взгляд в пол. – Но мне понравилось, очень. Все, что мы делали.

– Я не хотел тебя оскорбить.

– Ты и не оскорбил!

Ей хотелось взять его за руку, провести подушечками пальцев по выпирающим на внешней стороне ладони венам, но Рейнхарт лишь заправила прядь волос за душку очков.

– Я просто не могу воспринимать нас как друзей. Больше нет.

Самое ужасное было то, что даже без опыта в отношениях Кейт понимала: она начинает в него влюбляться. Эти чувства были острыми, опасными и необузданными; они обжигали ее изнутри, в отличие от едва уловимых и почти сюрреалистичных ощущений, которые когда-то дарил ей взгляд Патрика. Каждое мгновение, проведенное рядом с Кайросом, оставляло на ее сердце жаркие следы, которые уже ничем невозможно было стереть. Сколько ни пытайся.

– Я не могу обещать тебе что-то серьезное, – наконец ответил ей Блэквуд донельзя мрачным тоном.

– Пусть, – воодушевилась она. – Но мы можем попробовать, верно?

– Ты уверена?

Если он ощущал хотя бы десятую долю того, что и она, то он вполне мог бы обойтись и без этих ненужных уточнений.

– Мне не будет больно?

– Я же говорил, мышка, больше никакой боли.

Да, и Кейт не должна была больше различать того агрессивного Кайроса, Кайроса-друга и Кайроса – нежного любовника, который разбудил в ней все это. Это теперь один человек.

Схватив Блэквуда за галстук, Рейнхарт быстро и нежно коснулась его губ своими. Она отстранилась прежде, чем кто-либо мог заметить их, но зато Кайрос улыбнулся ей так, словно для них все только начиналось.

– Куда ты?

Он обхватил конец ее галстука, чтобы вернуть ей поцелуй.

Боги, она могла бы к этому привыкнуть.

Спускаясь по лестнице рядом с ним, Кейт испытала долгожданное облегчение. Что бы ни придумал для нее Кайрос, она готова была это принять. Все лучше, чем терзать себя вопросами; лучше, чем чувствовать себя незаметной и никчемной. Ей нравилась та версия себя, которую показывал ей Блэквуд, и она не хотела останавливать просмотр на половине.

– Кейт!

Крик Патрика раздался прямо позади них, и им пришлось задержаться. Уэльс был последним, кого бы она хотела сейчас видеть. Крайне иронично, ведь раньше она буквально молила Вселенную об обратном.

Кайрос не стал им мешать и, казалось, прочитал ее мысли, перед тем как отступить к перилам.

– Привет, – мягко поприветствовала она Патрика.

Он спустился к ней и загородил собой Блэквуда, но Кейт все равно могла чуть наклониться и увидеть, как от серого взгляда Кайроса веяло холодом. От напряжения, повисшего в воздухе, мурашки гурьбой скопились на затылке, готовясь кинуться врассыпную.

– Я отменил тренировку сегодня…

Уэльс что-то лепетал и наверняка улыбался, но Кейт не могла не смотреть на Кайроса. Ей нравилось даже то, как он стоял, скрестив руки на груди и слегка расставив ноги, словно все и каждый подчинялись его присутствию.

– Так ты занята? – громче спросил Патрик, видимо закончив свою тираду.

Да, она занята вон тем симпатичным парнем, и, судя по всему, до самого выпуска.

– Прости, наверное, не получится, – ответила Кейт, выдавливая из себя последние капли дружелюбия.

Даже лимоны в чай давить было проще.

– Ничего, тогда до встречи.

Кейт наблюдала за тем, как Кайрос поправил сумку и спрятал руки в карманы