Однажды на Рождество - Лулу Мур
— Привет, — Алекс улыбается.
— Привет.
— Привет, Хейвен, — близнецы хором подхватывают, на что Лэндо закатывает глаза.
— Привет, ребята.
— Я пришел забрать свой приз.
Я с ухмылкой качаю головой, глядя на Алекса.
— Откуда ты знаешь, что выиграл?
— Я точно выиграл, — отвечает он, удерживая мой взгляд.
— Победителей объявят в три часа дня.
— В это время мы будем уже где-то высоко в небе, наш рейс вылетает после обеда, — Алекс обиженно надувает нижнюю губу и протягивает ладонь, чтобы взять меня за руку. — Ты должна мне сказать.
— О, избавь его от мучений, — говорит Майлз. — Иначе он будет невыносимым всю дорогу до дома.
— Хорошо… — я указываю на экран, где отображаются имена победителей. — Вот здесь. Ваш дом стал самым креативным.
Хендрикс и Майлз с радостными возгласами устремляются к столу, на лице Алекса появляется выражение торжества, когда он притягивает меня к себе.
— Я так и знал, — бормочет он, прижимаясь губами к моим губам.
— А не зря ты переспал с судьей, — кричит Майлз с другого конца пекарни, просматривая остальные заявки, а Сэйлор за моей спиной разражается смехом. — О, а этот тоже ничего такой.
— Эй, у нас чертовски хороший дом. Мне не нужно было спать с судьей, чтобы выиграть, — возражает Алекс и наклоняется к моему уху. — Но я все равно не смог сдержаться.
Мое тело за секунду из теплого становится обжигающе горячим.
— Там довольно весело, — Лэндо кивает в сторону сцены. Народу становится все больше, фургоны с едой уже приехали, музыка стала тише, вокруг собирается все больше людей.
Но все равно звучит ужасно.
Я морщусь.
— Простите за этот рождественский музыкальный кошмар.
— Это, что, были рождественские песни? — отвечает Алекс. — Такое Рождество мне нравится.
— Что?
— Я совершенно не понимаю, что они играют. Но точно не рождественские песни.
Я выдавливаю из себя улыбку.
— Думаю, хоть один плюс мы нашли.
— Точно.
Краем глаза я вижу, как Лэндо смотрит на часы.
— Эл, нам нужно торопиться.
— Да-да. Просто выберите, что хотите взять с собой, и дайте мне минутку, — Алекс отмахивается от него, и Лэндо уходит, чтобы поторопить близнецов. — Итак…
— Итак.
— Я отлично провел эту неделю.
Я смотрю ему в глаза и пытаюсь запечатлеть их в памяти, но уже знаю, что потерплю неудачу. В любом случае, это бессмысленно.
— Я тоже. Спасибо, что помог в баре и скупил все пряничные наборы. И украшения.
— Всегда пожалуйста, — он смеется, но как-то неловко.
Это смущает, особенно когда Алекс оглядывается, чтобы посмотреть, как его братья скупают все, что только что принесли с кухни. Есть причина, по которой я ненавижу прощаться, и это неловкость. Она почти сводит на нет все, что было в последние несколько дней, потому что ясно, что ни один из нас не знает, что сказать или сделать. Мне хочется дать ему свой номер, но опять же, какой в этом смысл? Он живет за одиннадцать тысяч километров отсюда. Я же не могу просто взять позвонить ему по пути домой из «Старого салуна».
Мы все еще стоим неподвижно на месте, когда появляется Майлз с двумя большими пакетами.
— Мы готовы.
— Отлично.
— Еще увидимся, Хейвен. Спасибо, что не дала Гринчу заскучать на этой неделе.
Алекс бросает на него сердитый взгляд, затем поворачивается ко мне.
— Мне пора, но я хотел зайти и сначала попрощаться.
— Счастливого полета.
— Спасибо, — он наклоняется, касаясь губами моей щеки, прежде чем отстраниться.
Все четверо выходят за дверь, и каждый из них оборачивается, чтобы в последний раз улыбнуться и помахать мне, прежде чем скрыться из виду.
Вот и все. Мой рождественский роман закончился.
Я провожу остаток дня на автопилоте: обслуживаю клиентов, благодарю участников, объявляю победителей и вручаю чеки.
А в перерывах стараюсь не плакать.
Глава 16
Александер
— Знаете что? Я не полечу с вами. Останусь еще на день. Увидимся в понедельник, — выпаливаю я, прежде чем успею снова передумать.
Лэндо замирает, положив руку на дверцу машины, и на его лице медленно расплывается улыбка.
— Хочешь, пришлю за тобой самолет?
Я качаю головой.
— Нет, утром полечу рейсом «British Airways». Просто попроси Джеймса, чтобы кто-нибудь встретил меня в Хитроу, хорошо?
— Конечно, — он хлопает меня по спине, пока Майлз бросает пару сумок в багажник и аккуратно укладывает сверху свой сноуборд. — Делай, что должен. Но прежде чем мы уедем, спасибо тебе за эту неделю. Без тебя я бы не справился.
— Мы неплохо повеселились, да? Уже готов вернуться домой и предстать перед судом?
— Кэролайн и Джереми?
— Нет. Мама ищет тебе новую жену, — у меня вырывается смешок.
Лэндо качает головой.
— Боже. Мы все знаем, что быть одиноким — мое будущее. У меня нет намерения заводить новые отношения. Этот урок я усвоил.
— Можно, я буду рядом, когда ты ей об этом скажешь?
— Если хочешь. Это меньшее, что я могу сделать после этой недели, — Лэндо заключает меня в объятия и целует в щеку. — Увидимся в понедельник. Возможно, я сам заеду за тобой, если тебе повезет.
— Как одного из ваших скромных подданных, Ваша Светлость? Это большая честь для меня, — я усмехаюсь. — И чтобы встретил меня в зале прилета с плакатом с надписью «Добро пожаловать домой».
— Я подумаю, — смеется он и, обняв меня в последний раз, садится в машину.
Я жду, пока остальные лыжи, багаж и две статуи щелкунчика в натуральную величину погрузят во вторую машину.
— Ты правда останешься? — спрашивает Хендрикс, держа в руках пакет с булочками с корицей, которые мы ранее купили. Мне очень хочется попросить его оставить мне пару штук. Но я могу позже купить их себе сам.
— Да. Передай Максу, что его любимый дядя навестит его в понедельник.
— Черт возьми, — отвечает он, качая головой, и садится в машину рядом с Лэндо.
У меня складывается впечатление, что никто из них не удивлен моим решением. Тем более когда Майлз обнимает меня крепче, чем Лэндо.
— Я горжусь тобой, брат. И спасибо, что дал мне выиграть. В следующий раз, когда будем играть в «Снэп», я позабочусь о том, чтобы ты выиграл.
— Что?
— Лэндо отдал мне свою очередь.
— Вы поспорили, что я останусь? — в замешательстве спрашиваю я.
— Конечно. Я убедил герцога поспорить на первый ход, раз уж он проиграл на этой неделе.