Взломай моё сердце, Уолтер - Криста Раэль

— Мог бы сказать, что на гонки, — начала говорить, — Я бы на своей приехала, — в шутку обидевшись на него, проговорила я.

— Лисичка любит скорость? — удивился Уолтер, с кем-то поздоровавшись, — Чем ещё удивишь меня? Бдсм? Убийства? — продолжал мужчина.

— Хмм… — делая вид, что думаю, продолжила, — Ничего из этого я не пробовала, но я люблю доминировать и быть сверху, — сложила руки на груди и ухмыльнулась.

Я заметила, как Уолтер напрягся, его тело стало более напряжённым. Взгляд скользнул по его джинсам, и я обратила внимание на то, как ткань натянулась в районе паха. Внутри меня вдруг вспыхнула игривая искорка смеха. Мысленно я усмехнулась: «Тебя так легко возбудить, Уолтер Коллинз?».

Это было немного забавно и неожиданно.

— Нравится, когда над тобой доминируют, Бэтмен? — я продолжала язвить.

— Нет, я представил, как ты будешь кричать подо мной и умолять о большем, — подмигнул Уолтер, доставая пачку сигарет.

Я заметила, что он закурил, и на моем лице выступило удивление. Не знала, что он курит.

Аромат, который всегда исходил от него, был словно свежий глоток воздуха: бергамот и что-то ещё, что было неотъемлемой частью его образа. Дым наполнил пространство вокруг, но в нём всё равно ощущался тот самый мужской шлейф, который я чувствовала и раньше.

Его запах таит в себе тонкую ноту кедра, которая дополняет бергамот.

— И не мечтай об этом, — протянула я, — Я и сама хорошо справляюсь с этим, — страстно прошептала ему я.

— Это будет хорошо до тех пор, пока твоя киска не кончит вокруг моего члена, а ты будешь кричать моё имя — в ответ мне приподнял бровь мужчина и снова ухмыльнулся.

Боже мой, как же странно и одновременно волнующе — он мог возбудить одними словами. Его голос, низкий и бархатистый, наполнял пространство чем-то искрящимся. Я ловила каждое его слово, и они как будто пронзали меня, оставляя за собой легкое жжение. Мысли о том, что же будет в постели, начали кружиться в голове, как неугомонные мотыльки вокруг света.

Черт, о чем я вообще думаю? Эта мысль заставила меня вздрогнуть. Но, несмотря на внутренний протест, перед глазами вновь всплыла картинка того, что могло бы быть. Я видела его — уверенного и настойчивого, его лицо близко, полное нежного и в то же время дразнящего желания. И чем больше я об этом думала, тем труднее становилось сосредоточиться на чем-то другом.

Каждое его слово, каждое движение, казалось, раскрыло во мне какие-то двери, про которые я даже не знала. Внезапно я осознала, что мои трусики уже мокрые. Смешанные чувства заполнили меня: возбуждение, страх и желание.

Я боролась с этими ощущениями, стараясь не выдать себя. Это было одновременно захватывающе и пугающе. Время словно замедлилось, а мир вокруг исчез, оставив только его голос и те мысли, которые тревожили меня. Как же необычно было находиться на грани этого опыта, полной неопределенности и обещания.

Позади нас послышались крики парней, раздававшиеся с дерзким смехом и ненавязчивыми намеками. «Какая ты красивая!» — закричал один из них, а другой добавил, что-то о том, что бы они сделали со мной. Фу. Мои плечи сразу ощутили тяжесть неловкости и стыда, но не успела я отреагировать, как заметила, что Уолтер напрягся.

Секунду спустя он уже налетел на одного из них, и в воздухе повисло напряжение. Я почувствовала, как холодный пот выступил на лбу, а сердце забилось в унисон с нарастающим адреналином. Мне стало страшно. Страшно не только за себя, но и за него. Я никогда не видела его таким — настолько злым и готовым на всё. Да, мы знакомы недолго, но все же. Его глаза зажглись ярким огнем, полным решимости и злости. Это ощущение было чем-то новым и чуждым, словно я оказалась в центре шторма.

В этот момент я даже не заметила, как широко раскрыла глаза и приоткрыла рот от шока. Я не знала, что делать: подойти к нему и остановить это, или встать в стороне и надеяться, что всё утихнет. Но потом, как будто прочитав мои мысли, он повернулся ко мне, и в его взгляде я увидела моментальный переход от ярости к чему-то более нежному.

Увидев мой испуганный взгляд, он опустил руки, как будто скинул с себя всю накопившуюся злость. Он проговорил парню так, чтобы все слышали. Его голос был холодным, грубым.

— Если ты ещё раз посмеешь так говорить о ней, — проговорил мужчина громко, чтобы слышали все, — Сделаю так, что ты пожалеешь, что родился.

Мужчина отшвырнул парня с такой силой, что тот, словно тряпичная кукла, отлетел в сторону. В тот момент, когда воздух наполнился тяжелым молчанием, внутри меня закипела смесь эмоций. Я ненавидела побои и драки, эту грубую жестокость, но сама прекрасно знала, что могла устроить подобные сцены в университете. Это было странно — быть сторонницей мира, но в то же время настраиваться на бой, когда ситуация выходила из-под контроля. Сама себе противоречу, чувствуя, как неприятное осознание растет внутри.

Но, несмотря на все это, я не могла просто стоять и смотреть, как он уходит. Словно что-то в моем сердце потянуло меня за ним. Я поспешила в его сторону, едва успевая за его шагами. Мои ноги двигались быстрее, чем я могла думать, но страх и волнение толкали меня вперед.

Я ощущала, как замирает дыхание, как сердце стучит в унисон с быстротой моих шагов. Я могла бы остаться в стороне, закрыть глаза на все происходящее, но что-то внутри не давало мне покоя. Я хотела быть рядом, понимать, что его тревожит, и, возможно, поддержать в этот трудный момент.

Когда я наконец догнала его, стало заметно, что Уолтер напряжён, а его лицо затянуто тенью ярости.

Стоя рядом, я ловила каждый его взгляд, надеясь, что он увидит поддержку в моих глазах.

Подойдя к Уолтеру, я аккуратно положила руку ему на плечо, надеясь, что это маленькое прикосновение поможет успокоить его. Внутри меня возникло беспокойство. Я пыталась привести его в чувства, вложив в этот жест всю свою поддержку и теплоту. Моя рука слегка дрожала, и я сама чувствовала, как внутри меня нарастает напряжение.

Он стоял, словно каменная статуя, и в этот момент казалось, что весь мир вокруг нас замер. Я смотрела на его профиль, и мне было жаль видеть, как напряжение сковывает его тело, как на его лбу проступили капельки пота от ярости, которая бушевала внутри. Я не знала, что именно