Фиктивная невеста Кавказа - Анна Долгова
— Я не из модельного агентства, — хмурится он и идет к лестнице, при этом чуть ли не с силой меня отодвигает.
Вот нахал!
Выскакиваю перед ним ровно в тот момент, когда он уже ступил на ступень лестницы, собираясь спускаться. Мои резкие движения не проходят бесследно. Я слишком активно его обгоняла, что сбежала на две ступени вниз и потеряла равновесие…
— Ааа.., - начинаю понимать весь коллапс ситуации.
Я же сейчас кубарем вниз полечу! Во избежание травм активно машу руками, напрочь «отбив» мозги и забыв, что можно просто ухватиться за перила.
— Куда.., - слышу невнятное от незнакомца.
Чувствую сильный рывок и… вот уже его бешеные глаза прожигают меня насквозь. Не сразу понимаю, что произошло. Лишь по его тяжелому и горячему дыханию мне в нос осознаю, что нахожусь в его объятиях. В отличие от меня он догадался ухватиться за перила. Свободной рукой проявил благородство или же просто смилостивился и ухватил меня, чем спас от смерти. И вот теперь я прижата своей грудью к его груди. Всеми клеточками тела спереди и сзади ощущаю его стальные мускулы.
— У вас капец какие сильные руки.., - это все, что могу вымолвить, находясь в пикантной близости от его губ.
Надо сказать, что, несмотря на растительность, губы его вполне открыты. Даже в таком положении можно рассмотреть их. Пухлые. Бледно-розовые. Хотя мужчина явно кавказских кровей…
— Чего? — хмурит брови так, что они сошлись на переносице.
— Я говорю, — уже не так уверенно получается, — вы бодибилдингом случайно не занимаетесь?
— Нет, — на лице по-прежнему очень суровая гримаса со сведенными друг к другу бровями.
— Представляю, каким бы вы были, если б занимались…
Кажется, мое восхищение фактурой и силой ему не очень понравилось…
— Не нужно ничего представлять, — отсекает и буквально ставит меня на ступеньку.
Весьма жестко. И даже грубо. Но лестница у нас узкая. Нам двоим — с широкой костью — на ней приходится тесновато. Поэтому в попытках быстрее убежать, мужчина внушительных размеров буквально протирает свою грудь об мою… И если бы мне раньше стало стыдно, то сейчас… как-то непонятно. Понимаю только, что я забыла, зачем он приходил. А еще дыхание слегка сбилось. А еще…
Так! Стоп!
А зачем приходил-то?!
— Да подождите вы! — кричу и бегу за ним, потому как он в буквальном смысле выбежал из дома.
Незнакомец даже не поворачивается. Настигаю его уже у калитки. Хватаю крепко за руку и тяну на себя, в очередной раз отмечая внушительную фактуру. Таких стальных мышц мне еще щупать не приходилось. Да что там таких… Так, все! Не до рассуждений!
— Я хочу знать, какой именно кастинг я сейчас не прошла! — заявляю решительно и категорично.
Хватило и десяти секунд его сурового взгляда в мои глаза, чтобы коленки стали трястись. Не сильно. Не заметно. Но все же.
— Ты действительно хочешь это знать?
К его суровому взгляду добавляется презрительный прищур. Даже уголок губы слегка сместился. Но нас голыми руками не возьмешь. Инстинкт самосохранения разбился вдребезги еще на лестнице.
— Конечно! — веду плечами и задираю нос, показывая, что я тоже важная и категорично настроенная. — Вы еще не знаете, от кого решили отказаться. Впрочем, зачем долго рассказывать.
Отхожу от него.
— Интеллектом блистать не буду, — улыбаюсь снисходительно. — Не хочу ставить вас в неудобное положение.
Что-то я разошлась… Но азарт во мне унять сложно. В спорте — это плюс. А вот в жизни… Иногда нужно просто заткнуться.
И об этом я подумала. Подумала и решила, что дальше буду делать все молча.
Сначала делаю колесо. Да не одно. А сразу несколько. Аккурат «докатываюсь» до беседки. От нее просто иду на незнакомца на руках. То «передом» к нему, то «задом», поворачиваясь уже в процессе ходьбы на одной руке. Волосами подметаю уличные дорожки. Но сейчас не до чистоты и красоты. Мне нужно «умыть» слишком уверенного мужчину. В конце концов, как раз собиралась сегодня прибраться во дворе.
«Дойдя» на руках до мужчины, опускаюсь на ноги. Опять отхожу на несколько шагов. Подмигиваю ему, желая снять с него напряжение. А то стоит тут со скрещенными на груди руками. Совсем не хочет дать шанса! Но сальто назад должно хоть немного его задобрить. Поднимаюсь на несколько ступенек. Поворачиваюсь спиной. Делаю прыжок… и вуаля! Крепко встаю на ноги. Может быть и с помарками, но распущенные волосы должны были взять на себя все внимание сурового судьи.
— Ух! — довольная собой, оборачиваюсь и смотрю на него уже с улыбкой. — Что скажете?
— Годишься, — кивает головой, не меняя ни выражения лица, ни положения.
— Ага! — радостно подпрыгиваю, но приближаясь к нему, убираю руки в карманы. — Съели?! Вот так-то!
Со стороны выгляжу, наверное, самой натуральной гопницей. А вот мужчина по-прежнему не двигается. Отсутствие ответной реакции заставляет задуматься…
— А куда гожусь-то? — с ухмылкой интересуюсь.
— Замуж, дочь, — слышу позади себя голос отца.
— Аааа, ха-ха! — смеюсь в голос, потому как отец умеет шутить. — Смешная шутка! — толкаю с силой незнакомца в плечо, натыкаясь на бетонную стену, что аж слегка больно стало. — Оу.., - не скрываю своего восхищения и даже сгибаю руку, показывая свое поражение в жесткости бицепсов.
Перестаю смеяться не сразу. А только лишь после того, как замечаю угрюмый взгляд отца.
— Это же шутка? — еще с улыбкой смотрю на него.
Отец не шевелится. Но и печаль в глазах не проходит. Поворачиваю голову на незнакомого мужчину. Он до сих пор не сменил своего положения. Только взгляд стал уже какой-то злой. Коленки опять начинают предательски трястись. И вот сейчас, наверное, даже заметно…
Мне нужна помощь…
— Паааап…
Глава 4. Соня
— Сонечка… доченька.., - мямлит рядом отец, уведя меня за дом для серьезного разговора, — это… ну такое предложение…
— Короче, — требую от отца, не смотря на него.
Стою, скрестив руки на груди. Взгляд суровый и даже злой. Брови сдвинула к переносице. Ногой нервно бью по бетонной отмостке. Я в точности скопировала положение бородача. Этого наглого кавказца, который устроил тут смотрины. Подхожу — не подхожу… Принять тот факт, что сама напросилась, не могу. И не буду! Предупреждать надо, в конце концов!
— Ты должна выйти за него замуж.., - чуть громче и решительнее проговаривает отец.
— Чего ради? — от возмущения уже щеки болят.
— Ну..,
