Оборотная сторона правды - Дженн Мари Торн

Когда самолет пошел на посадку, я перегнулась через Гейба ради вида широкого серпа Тихого океана, мозаичных кусочков бесконечных зданий, гор в отдалении и прекрасного смога. Ага. Я даже по смогу соскучилась.

Мое пристанище на следующие несколько дней будет отличаться от маленького домика, который мы делили с мамой. Штаб разместился в центре города в высотном отеле через дорогу от конвента. У всех сотрудников были номера в отеле, но нам принадлежал большой пентхаус. Там были три ванные с джакузи, картины маслом на золоченых стенах, а обеденную с люстрой сотрудники объявили штабом. Разглядывая город со своего балкона, я поклялась пригласить к себе Пенни на этой неделе. Быть может, она останется даже на день рождения.

После регистрации нам надо было убить два часа перед первым вечерним мероприятием. Узнав о моем священном обете, сенатор рассмеялся и позволил мне навестить Пенни. Пока я не упомянула метро. Он забеспокоился.

— Где она живет? Я даже не знаю о подземке ЛА.

— Конечно, она тут есть! — прощебетала я. — Я могу сесть на Голд Лайн. Атлантика только через восемь остановок.

По его озадаченному прищуру я поняла, что он думал о Беверли Хиллз и Брентвуде, которые он посещал на благотворительных мероприятиях.

— А это безопасное соседство?

Я старалась удержать улыбку.

— Там-то, где я жила?

Он вздохнул. Я победила.

— Вернись к пяти. Никакой подземки. Джеймс тебя сопроводит.

Я хихикнула, представив лицо Пенни, когда я сверну на Таун Кар с собственным агентом службы безопасности. Но когда мы свернули на ее улицу, проехав мимо знакомого ряда выцветших бунгало с пересохшими, тщательно ухоженными лужайками, рот открылся именно у меня.

Между тощими пальмами в ее дворе был растянут баннер с надписью «Добро пожаловать домой, Кейт»! Под ним собралось не меньше двадцати человек. Увидев машину, они подпрыгнули в знак приветствия.

Я улыбнулась так широко, что щеки чуть не треснули, школьным товарищам, с которыми не разговаривала с тех пор, как я уехала — Кевина, давнишнего партнера по лабораторным, теперь уже второкурсника; Ирину, мою великолепную подругу-латышку, до сих пор собиравшую волосы в сумасшедшие косички; Честера, который оказался выше, чем я помнила; Топса и его сестричку Энжи; малышку Еву; а это что, Энрико? Старшего брата Пенни не было, потому что два года назад он подался в морпехи.

А в центре стояла прослезившаяся мисс Пенелопа Диаз с очаровательной прической, а позади стояли ее родители.

Только я ступила на землю, меня сразу же облепили. Я нервно оглянулась на Джеймса, но он был занят тем, что пытался подавить непрофессиональную улыбку.

— Только посмотри на себя! — Пенни освободила меня от медвежьей хватки и захлопала в ладоши. — Все еще в костюме. Это. Красотища.

Я посмотрела вниз, сообразив, что с самого самолета в цветочном платье на случай фотографий. Спеша очутиться здесь, я забыла сменить его на что-то менее смешное. Энрико вытаращил глаза.

— Ты подросла, Костля Кейт, — сказал он, приведя меня в смущение.

В этот момент мама Пенни таки пробралась сквозь толчею и схватила меня в плюшевые объятия, а окружившие меня друзья задавали миллион вопросов в минуту, в основном «Как там твой отец», «Как ты справляешься со всем этим», на что я отвечала ошеломленно и обрадовано. А потом меня за запястье потянула сестра Пенни, Ева, со своим вопросом.

— А у тебя есть парень?

Все покатились со смеху, а я, в силу своего изумления, так сильнее всех.

— Я… ну, вообще-то нет.

Пенни прищурилась.

— Вообще-то нет?

— Есть один парень, — призналась я максимально расплывчато. — Но между нами ничего нет.

Пенни открыла рот, уперев руки в боки. Я прекрасно знала, что так она выражает крайнее возмущение, скрывая обиду на утаивание такой важной информации. Позже мне это аукнется.

Энрико выставил руки, как прирожденный телохранитель, успокаивая народ.

— Больше никаких расспросов. Может, Кейт встречается с президентским сынком. А это уже сверхсекретно. И если она вам расскажет, ее убьют.

Друзья грохнули, не заметив, что от моего лица отхлынула вся кровь. За исключением Пенни. Ее прищур только стал подозрительнее. Энрико толкнул меня.

— Не принимай всерьез, Кей.

Притворно смеясь, я ударила его по руке. Пиво пролилось. И тут сверкнуло. Сначала я решила, что это молния, но гроз у нас тут не бывало. Голоса упали, Пенни встала на цыпочки, вглядываясь мимо людей.

Это оказался фотограф, его голова высовывалась из окна со стороны водителя. А с другой стороны улицы приближался новостной фургон с командой, готовой нащелкать снимков.

Я взвыла.

— Просто попозируем и они уедут.

— Почему они здесь? — мистер Диаз озадаченно покачал головой. — Они преследовали тебя?

— Возможно, — я усмехнулась и показала пальцем. — Или им указала эта огромная вывеска. Вы их навели, мистер Диаз.

— Для тебя теперь это норма? — спросила Ирина. — Люди бегают за тобой, чтобы заполучить снимок?

Она щипнула волан моей юбки. Уж не ревнует ли она к ажиотажу вокруг меня?

Она ведь королева школьного драмкружка, надеющаяся пройти профессиональное прослушивание, если консервативная мать ей позволит. Но сегодня она была еще одной школьницей, томящейся в неизвестности. Она разве не понимает, что я всем сердцем хочу поменяться с ней местами?

За исключение Куперов. От них я бы не отказалась.

Мы по-идиотски скучились, фотограф, само собой, поблагодарил нас и поехал дальше. Набросилась съемочная группа, рассчитывающая на интервью, но я на это не подписывалась, уж тем более не в отсутствие Нэнси.

— Я лучше пойду, — вздохнула я и обняла Пенни. — Но я еще вернусь.

— Каждый день, ладно? — она скрестила руки, чтобы намекнуть.

Я скрестила свой мизинец с ее.

— Так часто, как только смогу.

Когда мы поехали, я наблюдала, как свет окрашивался в золото, становился пыльным, заметила, что газон сначала зеленеет, затем редеет и растягивается, и отговорила Джеймса свернуть на магистраль, в результате чего вернулась как раз к началу мероприятия, чувствуя себя Золушкой, разве что не в замызганных вещах.

Или так думала я.

Эта фотография оказалась всюду. Менее чем через пять часов она попала в сеть, вечерние газеты и верхний правый угол каждого новостного канала. И не только фото, видео тоже. Команде удалось получить внушительное количество кадров. Я пыталась игнорировать их.

Эллиот был необъяснимо зол. Он ворвался в гостиную нашего номера и ткнул пальцем в телевизор, будто собирался его разбить, с ором «Какого вы мне не сообщили об этом»?

— О чем — этом? — пробурчала я, потихоньку закипая.

— Тебе надо было лучше за ней следить, — проорал он. Никогда прежде он