Белль. Месть прошлого. - Ира Далински

Я должна найти выход. Должна защитить свою семью. Даже если для этого придется сыграть роль марионетки. Но я не позволю Хантеру дергать за ниточки вечно. Я найду способ вырваться из этой паутины лжи и обмана. Я обещаю.

Возвращаюсь в комнату. Убеждаюсь, что дверь точно закрыли и хватаюсь за телефон.

Гнев сменяется надеждой, когда я вижу несколько сообщений от разных контактов.

ГЛАВА 7.3

Первым открываю сообщение Блэйка. Он пишет, что в курсе моего неудавшегося побега.

«Жаль, что вы не послушались меня, Белла. Всего этого можно было избежать».

Вздрагиваю. Соленая капля падает на маленький дисплей, собираясь у основания кнопок.

Меня безумно мучает совесть, разъедая душу и сознание как кислота.

За Шона.

За то, что сделала с ним.

Почему-то все кругом знали как мне поступать. Все. Кроме меня.

Дженни уверяла, что перекроила бы весь план, упомяни я Шона. Блейк и вовсе предложил бы иной путь.

А что, если бы я поступила иначе?

Правильно?

Шон бы не срывался с клиники, оставив пациента на кресле и не получил бы пулю в грудь, защищая меня.

Всхлипываю. Приглушаю плач и фокусируюсь дальше на тексте.

«Я контролирую территорию вокруг особняка, поэтому знаю. После того, что ты сделала, Хантер усилил охрану в двойне. Теперь мне точно не пробраться туда.

Найди что-нибудь существенное: финансовые отчеты, черную бухгалтерию. У Хантера наверняка есть скелеты в шкафу. Власть, дарованная свыше, всегда порождает тайны за спиной у благодетеля.»

Последнее сообщение от Блейка жгло, словно клеймо:

«И, Белла, прошу, больше никаких обманов».

Тяжелый вздох сорвался с губ.

Как проникнуть в кабинет Хантера? И что, если там ничего нет? Впрочем, ответ я узнаю вечером. Еще эта инструкция…

Переключилась на сообщение от Дженни:

«Скажи, что мне сделать?! Я хочу помочь тебе. Для людей из криминального мира жизнь человека ничего не стоит. Поэтому я не позволю Хантеру навредить тебе. Джамиль в последнее время не очень доволен им, так что, как только подвернется удачный момент…ну, сама понимаешь».

Легче от ее слов мне не стало. Я не хочу глубже затягивать ее в свои проблемы, но она моя единственная союзница. Больше мне некому помочь. Даже полиция отказалась.

В ответном сообщении прошу согласовать время на созвон. Будет проще обсудить все по телефону, хоть я и беспокоюсь, что меня могут подслушивать. Просто я сомневаюсь, что Дженни после всего, что было снова впустят в особняк, поэтому телефонный звонок – все, что у нас осталось для живого общения.

Раз ее муж в курсе, значит Хантер все рассказал. И не секрет кто мне помогал.

Буду аккуратна в словах, чтобы никто ничего не заподозрил.

С каждым часом приближающим вечер, я все больше волновалась. Это противное чувство засело в груди, чтобы я ни делала, не могу успокоиться. Живот крутит от нервов.

Что такого задумал Хантер по отношению к Максу? Причем здесь я?

Макс был из всех нас более приземленным простым парнем. Он легко заводил знакомства и охотно поддерживал их. Макс был целеустремленным и тихим парнем, не смотря на неблагополучную семью.

И мне больно осознавать, что кара Хантера коснется его тоже.

Устало сажусь на кровать. Натерла уже все пятки из-за задумчивых хождений по комнате.

Я все пытаюсь понять…Почему история Хантера имеет два разных содержания?

Я четко видела ту запись с камеры на территории клуба. Я видела Хантера и тех двух парней. Я видела…

Что именно я видела после того, как парни подрались?

Волосы на затылке шевелятся от пронесшейся в голове безумной мысли.

Нет, я не видела, как он вонзает нож, найденный в теле Винсента. Помню, что-то пролетело перед камерой, возможно, птица, смазав и без того нечеткое изображение черно-белого видео.

Ричард и Винсент – сынки богатых родителей. Чего только стоили их машины.

Но что, если… если…

Что, если Хантер никого не убивал?

Что, если это был сговор, подстава?

Может, поэтому он так озлобился на нас, мстит? Утверждает, что мы предали его, хотя никого из нас не было в суде. Никто не давал показаний против него. Насколько мне известно.

А если все-таки было предательство? Если кто-то из наших друзей пошел на это?

Слишком много допущений. Я уже не найду ответов.

Не могу больше ждать. Ожидание убивает меня словно удары тупым ножом. Долго и с нарастающей болью.

Уточняю у «новой няньки» – Феликса, на месте ли Хантер. Иду под сопровождением в кабинет, а у самой ноги подкашивают от предчувствия неминуемой беды.

Хантер сидит за письменным столом, увлеченно печатая на ноутбуке.

– Оставь нас, – приказывает он, не поднимая взгляд от монитора. Феликс покорно кивает, как если бы его босс видел и уходит в коридор.

Прохожусь по комнате и сажусь на кожаный диван, заваливаюсь в спинку, утопаю в невероятно мягком сидение. С небольшим усилием спускаю ноги на пол, выпрямляю спину.

Хантер отрывается от своего занятия, подбирает пальцами прозрачную папку с небольшим количеством бумаг внутри и катит по столу в мою сторону.

– Что это? – приподнимаю бровь вопросительно.

– У Макса есть младший брат. У него хроническая лейкемия. На лечение требуется много денег, – рассказывает Хантер серьезным тоном, а я не понимаю к чему вся эта информация. – Ему уже отказали несколько раз в кредите и в долг никто не дает, поскольку Максу нечем платить. Он живет на съемной крохотной квартире с матерью и больным братом.

У меня сердце сжимается от жалости. Какой ужас. Врагу такого не пожелаешь.

Семья – самое ценное, что есть у человека. Не представляю, что творится в душе, когда нет возможности спасти близкого.

– Я не монстр, Белль, – поднимаю брови, удивленно и даже как-то насмешливо смотрю на суровую серьезность в лице Хантера. – Макс заслуживает смягчения приговора. Поэтому твоя задача – пойти к нему домой и объяснить расклад.

– Ну и каков расклад? – меня выворачивает наизнанку от бандитского жаргона.

– Ты предложишь Максу полную оплату лечения его брата. Столько, сколько потребуется, чтобы поднять пацана на ноги. Даже если придется оплачивать больничные счета всю жизнь.

– Зачем ты делаешь это?

– Взамен он рассказывает правду, – раздраженно закатываю глаза. Мы снова тут. – Пойдет в полицию и сознается в даче ложных показаний.

– Зачем тебе это нужно спустя столько лет? Дело ведь закрыли.

– Я хочу очистить свое имя.