Измена. О чём кричит тишина - Мария Андреевна Владыкина
- То, что мы с тобой переспали. Я ничего не помню. Обрывочно.
- Точно. – Начала кивать девушка. – Значит, жалеешь о том, что было?
- Прости, но да. Если бы можно было вернуть время вспять, я бы уехал вместе с Валей. Не знаю, что на меня нашло. Я просил у тебя встречи, чтобы попросить ничего не рассказывать жене. Это её убьет. А ты знаешь, у неё непростая беременность. Если что-то случится с ребёнком, или с ней, я никогда себе не прощу.
- Чем ты думал вчера, когда оставался? Она же моя подруга, как я могу скрывать…
- Пожалуйста, Кира. Проси всё, что хочешь. Только не говори ей ничего. Я знаю, что это неправильно. Но ведь она и тебя возненавидит. Давай сделаем вид, что ничего не было.
- Что хочу… - Закусила она губу. Её телефон, лежащий на столе, завибрировал, и я успел прочитать имя контакта. «Кирилл Аптека».
Кира быстро взяла телефон, и сбросила вызов.
- Слушай, мне уже пора. Если это всё, что ты хотел, то окей. Договорились. Забыли. Ничего не было. Мне надо идти.
- Но у тебя же заказ ещё не принесли.
- Будь зайкой, съешь сам, или просто оплати, ладно?
- Без проблем. – Выдохнул я с облегчением. Если честно, самый страшный вариант развития событий, по ощущениям, обошёл меня стороной. Я боялся, что Кира закатит сейчас истерику, а потом в отместку всё вывалит Вале. Кто их знал, гордых и уязвлённых женщин.
Но всё, кажется, прошло лучше, чем я рассчитывал.
- Но желание за своё молчание у меня всё-таки будет. – повернулась она ко мне, когда уже одела куртку, и я снова напрягся.
- Ладно… Какое?
- Скажу, когда решу. Пока не придумала. Вале привет. – Подмигнула Кира, и, быстро пошла на выход, оставив меня одного.
Тогда я даже подумать не мог, что эта сумасшедшая своим желанием сделает быть крестной нашей дочери. Иначе... Нет. Ничего бы не изменилось. Я слишком боялся потерять семью, чтобы позволить правде всплыть наружу.
40 глава
40 глава
Валя, наше время
Я, не торопясь, вернулась за стол к Филиппу. Внутри было странное чувство. С одной стороны, мне было приятно, что Глебу было не всё равно на то, где я была и с кем, с другой… наверное, горечь. Горечь от понимая, что скоро это всё изменится, и не будет никого, кто бы за меня так же переживал.
- Ушёл? – Односложно спросил Филипп, и я кивнула, плюхнувшись обратно за стол.
- Слушай, не надо было его драконить. Сказал бы просто, что юрист, и что помогаешь мне с разводом…
- А чего сама не сказала? Я обычно стараюсь не бежать вперёд паровоза. Вот и ориентировался по ситуации.
Я пожала плечами, и взяла в руки меню, задумчиво глядя на Филиппа.
- Что? – Через какое-то время не выдержал он моего взгляда.
- Ничего больше не скажешь по поводу произошедшего? Что думаешь по поводу моего мужа?
- У меня пока не сформировалось мнение на его счёт. Но то, что он тебя ревнует, это факт. Правда, у мужиков всё так устроено, что не всегда ревность означает любовь. Просто «моё», а, значит, трогать и даже смотреть запрещается. Прости, если неприятно, зато правда.
На какое-то время мы погрузились в тишину, изучая меню. Я первой выбрала, что заказать, и отложила его в сторону. Филипп, то ли делал вид, что ещё выбирает, то ли действительно так долго решался…
- Я всё хотела спросить, почему ты живешь в таком доме? Ну, в том же, в котором живёт моя мама.
- А что не так с домом? Дом, как дом. – Филипп тоже отложил меню, и сделал жест рукой, подзывая официанта.
- Вот именно. А у тебя целая компания в довольно престижном районе Москвы. Казалось бы, и недвижимость должна быть какая-то элитная.
Филипп сначала смерил меня каким-то взглядом, будто решая, достойна я его рассказа или нет. Но потом вздохнул, и заговорил.
- У меня была квартира в жилом комплексе бизнес-класса. Но я оставил её жене при разводе. Эта квартира, в которую я переехал, давно уже у меня была. Я её сдавал раньше. Просто, можно сказать, хранил деньги в недвижимом имуществе.
- Ты был женат… Ого. Поделишься, почему развелись?
- Не думаю. – Улыбнулся одними губами мужчина. – Оставлю грязное белье внутри своей бывшей семьи. Всё, что могу сказать: да, был женат. Детей нет. А ты не из праздного любопытства ведь интересуешься? Что, положила глаз на меня, признавайся? – Последний вопрос был сказан уже в игривом тоне, и Филипп перевёл наш разговор снова на легкую волну, где можно было общаться, шутить, немного флиртовать, и это ни к чему не обязывало.
Однако, в глазах его была боль. Мне показалось, что почти такая же, что чувствовала я. Похоже, кое-кто ещё тоже не совсем оправился от своего развода. Ох, я даже ещё представить не могла, а что случится со мной, когда это произойдёт…
Мы хорошо посидели с Филиппом. Правда, вроде бы как изначально собирались обсудить дальнейший план действий по разводу, но дела в итоге вообще не обсуждали.
Домой я возвращалась в небольшом раздрае. Всё прокручивала в голове наш с Глебом разговор, который состоялся в кафе. То, как он смотрел на меня. Хотелось его увидеть. Я скучала. Неужели, так будет всегда? Как люди так легко выбрасывали из своей жизни своих вторых половинок? Я не понимала.
Вечером, когда мы с Лизой вместе готовили ужин, она сама вызвалась мне помогать, и я поручила ей резать огурец туповатым ножом, кто-то позвонил в дверь.
Я никого не ждала, и поэтому вздрогнула от неожиданности, когда раздался звонок. Но, в голове тут же всплыли слова Глеба: «Зайду на днях к Лизе». Может, «на днях» уже наступило?
Наверное, именно поэтому, думая, что за дверью он, проходя мимо зеркала, я поправила причёску, и пощипала себе щёки, чтобы вызвать румянец, и лицо казалось более живым.
Не прогадала. За дверью оказался Глеб. Он принёс с собой новую куклу из серии, которую очень любила Лиза. Знал, чем брать.
- Привет. Я пришёл повидаться с Лизой. Пустишь?
- Здоровались уже сегодня. Заходи. Как это, оказывается, работает… Надо было напомнить тебе от отцовских обязанностях, чтобы ты вспомнил про дочь,
