Кодекс Молчания - Шанталь Тессье
Он никогда не говорил ничего, кроме этого. Я подумала, что его отец убил и её тоже.
— Но…?
Миа обнимает меня, с силой отталкивая назад. Хихикая, как подросток, она шепчет мне на ухо:
— Я всегда хотела иметь сестру.
Неловко похлопываю её по спине, пытаясь переварить эту новую информацию.
Я смотрю на него широко раскрытыми глазами. Мы были вместе столько лет, а он ни разу не упомянул, что у него есть сестра.
— Почему ты скрывал это от меня?
— Это сложно, — напряженно отвечает он.
Я фыркаю, разозлившись по другой причине.
— Сложно? В том, чтобы иметь сестру, нет ничего сложного, Лука.
Миа улыбается.
— Она мне нравится.
Лука игнорирует её и подходит ко мне. Его челюсть сжимается в жесткую линию.
— Я и не жду, что ты поймешь.
— Попробуй, — бросаю я вызов, оглядываясь на его… сестру.
Она улыбается мне.
Его грёбаная сестра!
Я снова смотрю на Луку.
Он открывает рот, но один из моих новых телохранителей прерывает его.
— Лука?
— Что? — огрызается он на него.
— Периметр чист.
Лука отходит от меня, поворачивается и подходит к парню, прежде чем они уходят вместе.
— Прости… — её милое личико вытягивается. — Я…
— Это не твоя вина, — говорю я Миа.
Как долго её прятали… держали в секрете? Лука сказал, что она родилась через шесть лет после него, а я на два года моложе его, так что ей должно быть двадцать? Возможно, двадцать один?
— Как долго ты здесь живешь?
— С тех пор, как мне исполнилось тринадцать, — отвечает она.
Я вздыхаю, проводя рукой по волосам.
— Я … Я пытаюсь осмыслить это.
— Сюда.
Она берет меня за руку и ведет к шезлонгу у бассейна. Я плюхаюсь на него, как свинья, вывалявшаяся в грязи, а она садится рядом со мной с грацией грёбаной королевы и закидывает правую ногу на левую.
Сняв шляпу, Миа сдвигает очки на макушку. У меня перехватывает дыхание, когда я встречаюсь с ней взглядом. Они такие же серебристо-голубые, как у их матери. Загорелая кожа и темные волосы придают ей экзотический вид. Миа так похожа на их мать, что это пугает.
— Что ты хочешь знать? — спрашивает она меня.
Я моргаю, пытаясь осознать, что происходит. И то, насколько откровенной она собирается быть со мной.
— Лука ничего мне о тебе не рассказывал.
Ну, это ложь. Я слышала, как твоя мать умоляла оставить тебя. Я не думаю, что она хотела убить свою единственную дочь.
— Не удивлена.
— Почему ты не в Вегасе? — спрашиваю первое, что приходит мне в голову.
— Мой отец отправил меня сюда на мой тринадцатый день рождения, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь знал обо мне.
— Но почему? — я в замешательстве. Почему это должно быть секретом?
— Жизнь мафии темна. Я знаю, чем занимаются мои отец и братья. И за кем они охотятся. Лука на самом деле уговорил нашего отца отправить меня сюда.
Я сжимаю челюсть.
— Лука — причина, по которой тебя изгнали?
Она тихо хихикает.
— Так было лучше для меня. Чтобы обезопасить меня.
Я провожу рукой по волосам.
— Ты действительно в такой большой опасности?
Ребята здесь не живут. Что ж, близнецы пропали много лет назад, но я никогда не интересовалась, где они и почему. Они остались здесь, с ней? Их тоже отправили сюда?
Миа смотрит на что-то, и я вижу, как мимо нас проходит Найт. Она отводит глаза и рассматривает свои ногти, накрашенные красным лаком.
— Я виновата в том, что причинила ему боль.
— Причинила ему боль? — я в ещё большем замешательстве. — Кому? Луке?
— Конечно.
Я хмурю брови. В её словах нет никакого смысла.
— Как ты его обидела?
Её серебристые глаза встречаются с моими, и она склоняет голову набок.
— Он тебе не сказал.
Я качаю головой.
— Никто мне ничего не говорил.
Не знаю, кого она имеет в виду — Луку или Найта. Но я уверена, что все в курсе, что Найт молчит с последнего курса колледжа.
— Ты слышала об Альберто Росси?
Я киваю головой.
— Да.
Она вздыхает.
— Он главный соперник моего отца в Вегасе. Это была многолетняя борьба. Но когда-то они были друзьями. Каким-то образом стало известно, что Росси хочет заполучить меня. Он знал, что мой отец и братья не выдадут меня, даже если они пойдут на всё, чтобы прятать меня все это время, поэтому он подумал, что сможет подкупить кого-нибудь из команды моего отца.
— Кого?
— Оливера Найта.
Мне не нравится, к чему это ведет.
— К нему обратились, и я не уверена в деталях, но всё, что он сказал или сделал, не понравилось Росси. И по какой-то причине они решили, что могут добиться этого другим способом. Неделю спустя Оливера Найта забрали из его дома. Он пропал.
Я помню, как он пропускал школу. Когда он вернулся, он больше не разговаривал.
Миа опускает взгляд на свои туфли и смягчает голос.
— Его пытали.
Моё сердце сжимается в груди.
— Они хотели получить информацию обо мне, но он отказался её предоставить. Его преданность моей семье непоколебима.
Миа качает головой, как будто держать её в секрете было самой глупой вещью, которую он когда-либо мог совершить.
— Они отрезали ему язык за это.
Я задыхаюсь и прикрываю рот рукой.
— Они высадили его у входной двери Луки. Неделю спустя Найт, Лука и один из людей моего отца отправились за Росси. Хотя его так и не нашли, они жестоко убили шестерых из его людей в отместку за то, что они сделали с Найтом.
У меня кружится голова, но теперь всё становится на свои места. Почему он не разговаривает. Обет молчания. Это была ложь.
— Я не знала…
— Никто не знает. Если станет известно, что с ним случилось, то моя тайна будет раскрыта.
— Но… я не понимаю. Зачем держать тебя в секрете?
Её серебристые глаза встречаются с моими.
— Потому что игрок никогда не раскрывает свои карты.
У меня сжимается сердце. Мистер Бьянки собирается использовать свою дочь. У него есть план на её счет. Он спас её, отправив сюда, но какую опасность таит в себе её будущее? Что он может с ней сделать?
Я смотрю на Найта, который теперь стоит у бассейна, скрестив руки на груди и надев на лицо очки-авиаторы, хотя солнце уже почти село. Теперь я вижу его в другом свете. Мы никогда не были
