Предатель. Я тебе не жена - Юля Шеффер
- Какие? - сразу спрашивает она, я усмехаюсь.
- Давай поедим спокойно, - купирую я ее энтузиазм. - Остальное обсудим вечером.
- Вечером мы снова встречаемся? - удивляется она.
- Ну да. Отношения - круглосуточная работа, - я прячу улыбку.
Она опускает глаза, а ее щеки заливаются румянцем. Я невольно любуюсь ей, а в голове сама по себе вспыхивает мысль: Безруков такой дурак, что упустил ее. Променял на паршивые деньги. Это же не девушка, а настоящий бриллиант. Неограненный. Искренняя, открытая, вся какая-то обезоруживающе наивная, паталогически честная и возбуждающе беззащитная. В ней ни фальши, ни подлости, ни позерства. Мне понадобилось совсем немного времени, чтобы это понять. А Безруков не разглядел за год?..
Или все же разглядел?
Телефон звонит, и я вынужден ответить.
- По работе - извини. Да, Стас, - отвечаю своему коммерческому директору.
- Герман, где у тебя контракт с дубайцами? Не могу найти на столе.
Я зависаю, размышляя, куда мог его положить, и тут же с досадой втягиваю воздух, вспомнив, что брал его домой.
- Черт, - вырывается у меня. - Он дома.
По тому, что комм в выражениях еще менее сдержан, понимаю, что косяк серьезный.
- Срочно нужен?
- Ну конечно. У меня встреча с ними. У тебя, кстати, тоже…
Смотрю на часы и на Алину.
- Привезу в течение часа, - обещаю и сбрасываю вызов. Мой взгляд становится виноватым: - Надо ехать.
- Я слышала, - улыбается. - Удачно съездить. Я наконец-то доем салат.
Подъехав к дому, не глушу двигатель - пробки оказались серьезнее, чем я думал, и дорога сюда заняла у меня больше получаса. Значит, на обратный путь времени остается совсем мало.
Поднимаясь по ступенькам крыльца, я на автомате расстегиваю верхнюю пуговицу рубашки, будто готовлюсь ее снять - рефлексы.
Когда подхожу к кабинету, вижу, что дверь в него приоткрыта, и невольно замедляю шаг. Гадаю: кто там? Маме понадобились какие-то документы в сейфе или она опять впустила ко мне уборщицу, что я категорически ей запретил?
Подойдя ближе, я останавливаюсь и осторожно заглядываю в щель.
А там… картина Репина…
Глава 30. Клин
Сгорбившись над столом, стоит мой никчемный братец и копается в моих документах.
Плечом Влад держит телефон, разговаривая с кем-то - видимо, получает инструкции или же сам что-то сообщает, - а в руках у него планшет, на который он фотографирует, скорее всего, тот самый контракт с дубайцами, ради которого я сюда пришел.
Младший Поланский своего не упустит…
Стоило мне единственный раз оставить контракт дома, и он тут как тут с инструментами заправского шпиона.
Вот почему я ничего действительно ценного домой давно не приношу.
Дышу глубже, пытаясь взять себя в руки, чтобы не ворваться в кабинет и навалять ему. Впервые в жизни мне реально хочется не просто наорать на него, а от души вломить.
Раньше я пытался понять его, придумывал оправдания - он ищет себя, он поймет, он исправится… Ни хрена.
Младший одержим властью и деньгами, и ему всегда будет мало.
- Да нашел я, нашел, - шепчет он в трубку достаточно громко, что слышно даже мне. - Сфоткал. Сейчас пришлю.
Он сбрасывает звонок, убирает телефон в карман и тычет пальцем в экран.
Дольше ждать я не могу. Еще секунда, и он все отправит неизвестному соучастнику.
Хотя почему неизвестному? У меня всего один вариант, с кем наш Иудушка сговорился и куда инсайды свои сливает.
Резким движением распахиваю дверь и вхожу в кабинет.
- Брось планшет и отойди от стола, - приказываю мрачно, борясь с тем, чтобы не кинуться к нему и не припечатать к стене, чтобы мозги никчемные встряхнуть.
Владлен вздрагивает и вскидывает на меня глаза. Кровь с его лица резко сходит, делая его смертельно бледным.
- Герман... я…
- Ты. Какого хрена ты шаришься на моем столе? - резко перебиваю я, пересекая комнату двумя шагами и оказываясь рядом с ним.
Планшет он, конечно, не положил, я не уверен, что он в данный момент знает, как это делается, и я забираю его у него сам. Выдергиваю из сжимающих его пальцев.
Он сразу отступает на шаг назад.
- Я просто... я искал… мне надо было...
- Я знаю, что тебе надо было. Я все слышал, - привираю я.
Зажигаю экран планшета и, зайдя в галерею, пролистываю для него последние фотки - сканы контракта.
- Скажи, что для себя фотографировал. На память…
Владлен пытается что-то сказать, возразить, но вместо слов издаёт сдавленный звук. Даже странно, что он настолько испуган, что дар речи потерял. Обычно он, даже когда косячит, и его поймают с поличным, никогда не мямлит, а нападает первым, чтобы не пришлось защищаться.
- Для Безрукова крысятничал?! - рявкаю я. - Отвечай!
- Нет! - выпаливает он в ответ, и взгляд его перестает быть затравленным, приобретая знакомый алчный блеск.
- Не лги мне, Владлен! - предупреждаю я. - Ты же знаешь, за вранье наказание в два раза суровее.
Он фыркает насмешливо:
- Зачетная попытка, Гера. Но на меня это давно не действует. Мне уже не пять и даже не семь.
- И это радует. Пять или семь ты получишь срок за мошеннические действия и промышленный шпионаж, - спокойно парирую я.
Мне даже беситься расхотелось. Какой же Владлен недалекий…
- Только про сроки мне не надо лепить, - вновь кривится презрительно. - Я, в отличие от тебя, учился на юридическом.
- Один год? - отбиваю резко. - И ничему, как вижу, не научился. Ты работаешь против собственной фирмы и семьи! Сливаешь информацию кому? - я снова чувствую, как закипаю изнутри, и каждое мое слово режет воздух, как нож. - Своему ушлоганистому другу?
Владлен хмурится, его губы поджимаются, а в глазах вспыхивает недовольство - ему не нравится, что его раскусили. Он не ожидал, что я знаю.
- Сливаю, да! Потому что этот друг хотя бы не считает меня полным дерьмом! - срывается он, наконец становясь тем Владленом, каким я его знаю. - Мы с тобой братья, Герман. Нам обоим отец оставил этот бизнес, но ты возомнил себя единоличным хозяином! Самопровозглашенным, - бросает с ненавистью. - Ты решил, что ты главный, а меня в хрен не ставишь!
- Хозяином? - я сжимаю кулаки, с трудом
