Любовь твою верну - Зарина Цурик
Она сглотнула, откашлялась и заставила себя поднять взгляд и посмотреть прямо в глаза мужчине, сидевшему напротив.
Время не замедлилось. Оно резко остановилось, словно разбившись вдребезги.
Это была искра. Буря. Вихрь чистого, неприкрытого безумия и ужаса. Ее желудок сжался. Этого не могло быть. Просто не могло.
Но это было.
Он ухмылялся ей через стол с той же раздражающей самодовольной усмешкой, и это было ее первое все. Ее первая любовь, ее первое разбитое сердце, ее первый урок о том, как глубоко и отвратительно может предать человек, которому ты доверяешь. Станислав.
Все инстинкты кричали ей, что нужно схватить сумочку и бежать, бежать так далеко и быстро, чтобы этот момент превратился в дурной сон. Она осторожно перевела широко раскрытый взгляд на Стасю, которая выглядела не менее ошеломленной. Ее стратегия «вывалить все на стол» была полностью разрушена ядерным взрывом в лице Станислава.
Василиса по-прежнему чувствовала на себе его взгляд, ощущала его физически. Она отказывалась встречаться с ним взглядом и вместо этого сосредоточилась на двух других мужчинах. Один из них был худощавым, в стильном свитере, с добрыми глазами за стильными очками и стрижкой, которая выглядела так, будто над ней поработала газонокосилка. Второй был покрепче, с приятным открытым лицом и в свитере, который буквально кричал: «Моя мама до сих пор покупает мне одежду». Оба казались... нормальными. Даже приятными.
Так что же Стас здесь делает?
Может, он ее не узнал. Сколько лет прошло, восемнадцать? Люди меняются. Она могла бы это сделать. Она могла бы притвориться незнакомкой.
— Ну что ж! — защебетала Стася слишком уж жизнерадостным голосом, стараясь казаться непринужденной, чего явно не чувствовала. — Давайте знакомиться, что ли?
Станислав ухмыльнулся. Он все знал. Конечно, он знал.
Глава 3
Стася, сияющая, как начищенный самовар, представилась первой. Василиса ограничилась коротким кивком и сухим: «Василиса». И всё. Никаких «люблю долгие прогулки» или «ищу вторую половинку».
Напротив них расположилось трио, которое могло бы стать основой для анекдота. Первым заговорил мужчина с такой странной прической, что Стася на мгновение выпала из реальности. Николай, или «Николаша», как он сам себя назвал, выглядел так, будто стригся в темноте садовыми ножницами. Рядом сидел Илюша — классический «маменькин сынок» в отглаженной рубашке.
И, наконец, Стас.
Он не просто сидел за столом — он им владел. Харизматичный, вызывающе страстный, с озорным блеском в глазах и плечами, которые явно не вписывались в стандартные рамки этой жизни.
— Я Стас, — произнес он низким бархатным голосом, от которого у Стаси побежали мурашки, а у Василисы предательски дрогнули пальцы. — Тренер детской хоккейной сборной.
Стася издала восторженный звук, похожий на писк дельфина. Василиса даже глазом не моргнула. Она демонстративно повернулась к Илье.
— Илья, а чем занимаетесь вы? — спросила она, заметив, что парень смотрит на неё с надеждой отличника, ждущего похвалы. — Я учитель младших классов, — Илья искренне улыбнулся.
Стася и Василиса переглянулись. В их мире мужчина, который добровольно идёт работать с детьми и при этом не похож на маньяка, — вымирающий вид.
— Потрясающе, — выдохнула Василиса. — Значит, вы хорошо ладите с детьми?
— О да. В этом году у меня в классе тридцать три первоклассника. Сложновато, конечно, но таковы издержки профессии.
— А вы? — Стася наконец обрела дар речи и обратилась к Николаше, не в силах оторвать взгляд от его прически. — Чем зарабатываете на жизнь?
— Я барбер, — гордо ответил он. Стася зависла. В голове пронеслась циничная мысль: «Тренера не играют или сапожник — без сапог». — По вам... видно, — она прикусила губу, чтобы не заржать. — А я флористка. А моя подруга Вася — писа...
Василиса ощутимо пнула её под столом. Стася ойкнула и притворилась, что кашляет.
— Я домохозяйка! — быстро перехватила инициативу Василиса. — Раньше работала в офисе, а сейчас вот... — она замялась, пытаясь придумать легенду. — У меня дочь, тринадцать лет. Переходный возраст, сами понимаете. А у вас есть дети?
Стас, до этого молча наблюдавший за представлением, насмешливо хмыкнул.
— У меня тоже есть дети. Целых тридцать три, — мягко улыбнулся Илья.
— Если так судить, — вмешался Стас, подаваясь вперед, — то и у меня их целый стадион. И все — будущие Овечкины.
Николаша пренебрежительно пожал плечами.
— Я бездетный. Еще не встретил женщину, чьи гены были бы достойны моих. Мне нужно здоровое, а главное умное потомство. Ищу интеллектуально развитую спутницу.
Василиса почувствовала, как колено Мельникова под столом коснулась ее колена. Уверенно, по-хозяйски. Она вздрогнула и уставилась на Стаса. Тот сидел с невинным видом, продолжая изучать меню, но его нога медленно поднималась выше по ее голени. Василиса поджала ноги под стул, но у этого нахала, казалось, конечности были бесконечной длины.
— Умную? — Стася с трудом сдержала гримасу. — Ну, тогда это точно не ко мне. А вот Вася... Она у нас мозг. Очень интеллектуальная девушка.
— Правда? — глаза Николаши загорелись. Илья, которому явно приглянулась Василиса, недовольно нахмурился.
— Какое у вас образование? — допрашивал ее парикмахер.
— Экономическое...
— Потрясающе, — прошептал Николаша, словно она только что призналась, что владеет нефтяной вышкой. — А чем вы любите заниматься в свободное время?
Василиса взглянула на подругу в поисках поддержки. Стася только развела руками: мол, сама выкручивайся, мать.
— Читать. Очень люблю книги.
— Какие? — оживился Илья.
— Один из моих любимых авторов Достоевский. Глубина, надрыв! — подхватил Николаша.
— Ну, классику я читала в университете, — осторожно начала Василиса. — А сейчас читаю что-нибудь для души. В основном... современные романы.
Лицо Николаши мгновенно изменилось. Словно ему под нос сунули нашатырь.
— Ясно... — это «ясно» прозвучало грязнее любого ругательства. В Василисе начал закипать праведный гнев.
— Простите, а что не так? Вы считаете это недостойной литературой?
— Я бы это даже литературой не назвал, — фыркнул Николаша. — Так, чтиво для неудовлетворённых дам, которые мало что смыслят в настоящем искусстве.
Василиса почувствовала, что еще секунда — и она выльет на него все оскорбления, которые только знает. Стас, напротив, явно наслаждался зрелищем, его нога продолжала бесстыдно болтаться.
— Хотите сказать, что женщины не способны анализировать «высокую» литературу? — голос Василисы стал ледяным.
— Только не обижайтесь, — снисходительно протянул Николай. — Но так уж устроено природой. Все великое создано мужчинами. Ницше, Достоевский, Пушкин... Назовите мне хоть одну женщину такого же уровня.
