Только моя - Лора Павлов
Старший брат определенно обладал самым изъянистым характером.
Мы с Себом дважды обедали вместе на этой неделе, и на фоне мрачной, угрюмой тучи, живущей по соседству со мной, он казался лучом солнца.
— Дилли, Эверли, так рада вас видеть, — сказал Себастьян, когда мы вошли в ложу владельцев.
В огромной сьют-ложе с видом на лед стояли ряды кресел, а у стены располагался буфет и полноценный бар.
Я обожала барную еду и была в восторге, увидев мини-бургеры, картофельные шарики и куриные палочки.
— Спасибо за приглашение. — Я игриво повела бровями, быстро оглядывая зал в поисках своего заклятого врага.
Он стоял ко мне спиной, и его широкие плечи натягивали рубашку. Я заметила татуировку под тканью и несколько раз пыталась разглядеть, что это, когда он не смотрит, но шанса пока не выпало.
Он и его отец были увлечены разговором, глядя на лед. Все остальные пришли в джерси своих любимых игроков, и Вольф был единственным, кто оставался одетым по-рабочему.
— Одна из привилегий работы на команду, — сказал Себастьян, подводя нас к бару. — Что будете пить?
— Я все еще кормлю, так что мне просто воду. — Эверли улыбнулась, вытягивая шею, чтобы посмотреть на каток.
Для нее было большим событием оказаться здесь: обычно она сидела у льда и во время матчей была не слишком общительной. Я понимала. Она была главной фанаткой Хоука и хотела сосредоточиться. Я уже пообещала ей, что если здесь окажется слишком отвлекающе, мы просто ускользнем вниз, на места, которые у нее с Хоуком были для нас.
Но, подумала я, мне ведь стоит хотя бы показаться, верно? Я пыталась получить работу в этой организации. И это совсем не потому, что я знала, что здесь будет Вольф. Он уже несколько дней не ехал со мной в одной машине и почти не смотрел в мою сторону.
Мне было совершенно все равно.
И вовсе не поэтому на мне были самые облегающие джинсы, из-за которых моя задница выглядела так, будто я делаю тысячи приседаний в день. И не поэтому я укоротила джерси Хоука Мэддена до талии, чтобы эту самую задницу подчеркнуть.
— Мне легкое пиво, пожалуйста. — Я встала рядом с Себом, когда он протянул Эверли воду, а она сказала, что пойдет найти нам места.
В ложе сейчас было меньше десяти человек, и выбирать было из чего. Я кивнула и сказала, что принесу ей еду.
— По мне. Пиво и мини-бургеры, да? — усмехнулся Себ.
— Абсолютно.
— Эверли всегда так нервничает перед матчами? — спросил он, подавая мне пиво и ведя к буфету.
— Ага. Она относится к этому очень серьезно. Но так бывает, когда ты замужем за лучшим игроком в истории, верно?
Он рассмеялся, когда в ложу вошел незнакомый мне человек и окликнул его по имени. Вид у Себа был недовольный, но он выдавил улыбку и наклонился к моему уху.
— Прошу прощения, на минутку. Надо же, как приятно, когда заявляются без приглашения.
Я отпила пива и начала накладывать на тарелку все самое вкусное.
— Вижу, вкусы у тебя все такие же, как у малыша, — грубовато сказал Вольф, и от его близости у меня перевернулся живот.
Что за черт? Я не про бабочек в животе и не про глупое возбуждение рядом с мужчиной.
Может, это сочетание сексуального мужчины и барной еды.
Да, точно.
— А я вижу, твое обаяние никуда не делось.
Я попыталась положить на тарелку еще один мини-бургер, но он не удержался. Вольф приподнял бровь, и я готова поклясться, что на его раздражающе красивом лице мелькнула крошечная улыбка.
— Что? Это для меня и для Эверли. А она кормит, так что мы, считай, едим за троих.
Я пожала плечами, а он взял чистую тарелку и забрал у меня полную. Его пальцы задели мои, и меня будто током ударило прямо в…
Гормоны, это плохо. Я сжала бедра, что было непросто в этих джинсах, сидящих как краска. Мне срочно нужно взять себя в руки.
Может, дело в том, что у меня давно не было секса.
Наверное, тело просто намекает, что мне нужна разрядка.
К Вольфу это не имеет никакого отношения. Он просто мужчина, стоящий рядом.
— Я понесу эту. Наполни еще одну, и я подойду. — Его голос был ровным, и я подняла глаза, заметив, что он смотрит на Себа и его знакомого.
— Ты знаешь этого парня? По-моему, его не приглашали.
Я положила на тарелку несколько куриных палочек, а потом решила съесть одну прямо сейчас. Вольф выглядел отвлеченным, так что я могла спокойно есть и наслаждаться зрелищем.
Его челюсть сегодня была покрыта щетиной гуще обычного, и у меня зудели пальцы — так хотелось узнать, какая она на ощупь.
— Сюда довольно сложно попасть без приглашения или допуска. Но да, я его знаю. Старый друг Себа. Раньше они вместе вляпывались в кучу дерьма, и я предпочитаю, чтобы брат держался от него подальше.
Дюк Уэйберн бросил взгляд в нашу сторону, и я заметила, как у него покраснела шея, пока он смотрел на младшего сына, разговаривающего с приятелем. Себ с другом подошли к бару, Себастьян заказал им по пиву, но выглядел напряженным.
Вольф наблюдал за ними, стоя рядом со мной, всего в нескольких шагах.
— Интересно, сколько людей мечтали, чтобы их дети держались подальше от меня? — спросила я, откусывая еще кусочек куриной палочки.
Он разглядывал меня непривычно долго.
— Готов поспорить, ты была той еще занозой, Минкс.
— Ну, мелкие шалости. Звонить в двери и убегать, закидывать дома соседей туалетной бумагой. Но мои сестры никогда не нарушали правил, так что в этом смысле я была одиноким волком — без каламбуров.
Я рассмеялась, потому что шутки про волков напрашивались сами собой.
— Почему меня это не удивляет?
— Наверное, потому что тебе посчастливилось провести со мной время и увидеть, насколько я ослепительна вблизи. — Я подмигнула. — И, кстати, это лучшие куриные палочки в моей жизни. Наверняка жарят на каком-то особом, изысканном масле.
Он взял одну палочку и откусил кончик.
— Это замороженная, обвалянная в панировке курица, зажаренная во фритюре. Ничего изысканного тут нет.
— А это у нас кто? — спросил друг Себа, когда они подошли ближе.
Он окинул меня взглядом с головы до ног, будто я была его следующим блюдом. Я закатила глаза. Этот прием на меня никогда не действовал, да и не верила я, что хоть одной женщине нравится, когда на нее пялятся такие придурки.
— Не твое гребаное дело, вот кто, — процедил Вольф, шагнув ближе так,
