Победитель будет один - Карина Вальц
– Не думал, что ты так легко сдашься, – сказал вдруг Адриан. Он был похож на сестру – такой же голубоглазый блондин с чуть вытянутым лицом и тощим телосложением. Но как сильно они различались по характеру! Адриан Ридель плакал, когда проигрывал гонки. Представить, как плачет его сестра, Кори не мог, хотя его фантазия всегда была богатой, если дело касалось Сони Ридель.
– Ты о чем?
– О твоем покорном вторикельстве. Ты же не такой, Джексон. И никогда таким не был. Мы знакомы с детства, уж я-то знаю. Давид Моро опустил тебя прилюдно, а ты рад с ним и дальше в одной команде кататься? Что-то не сходится.
– А в чем проблема? Или ты хочешь на мое место? – Кори знал, что попал в цель – Адриан Ридель мечтал о «Зальто», но был лишь аварийным пилотом с громкой фамилией, а это совсем не уровень чемпионской команды.
– На твое место? Никто туда не хочет.
– Отлично, меньше конкуренции на будущие сезоны.
– Рано загадываешь, в «Зальто» такое чревато. – Адриан усмехнулся и вдруг сменил тему. – Как там Соня? Не поняла еще, что ты мелкий извращенец и много лет по ней сохнешь?
В этом минус общения с другом детства: если нечем приткнуть сейчас, можно откопать что-нибудь веселое в прошлом. К сожалению, Кори плохо скрывал свои чувства в тринадцать и забывал дышать, стоило Соне Ридель посетить заезд младшего брата. Видеть ее было так хорошо и так больно одновременно, что Кори не справлялся с собой, он не умел. Теперь все иначе… почти. Когда Соня подсела к нему на завтраке, он долго выбирал: умереть от счастья прямо сейчас или еще немного пожить. Например, протянуть до момента, когда увидит ее голой. Фантазии фантазиями, но реальность предпочтительнее.
– Удачи тебе с ней, – продолжил Адриан. – Сестрица у меня не промах, она тебя раскатает. Не на трассе, конечно, но морально – точно. Соня это умеет. И она всегда выберет работу, поступит по указке Ника. Всегда. Запомни это, Джексон. И удачи в вашем серпентарии.
– Взаимно, Ридель. Хорошего старта завтра. – В конце концов, ни к чему портить отношения с будущим родственником, пусть он и полный придурок.
Адриан хотел уйти, но Кори остановил его:
– Разве ты как хороший брат не должен пригрозить, чтобы я держался от Сони подальше? Обычно все так и происходит.
– Кори, Кори, сразу видно – новенький. – Ридель с улыбкой покачал головой. – У Сони и без меня защитников хватает. Поэтому я тебе сразу сказал: в «Зальто» не стоит загадывать на годы вперед. Ошибешься. Там и не таких перемалывали.
– Хм.
– Мне даже интересно, чем все закончится. И что сделает Ник, когда узнает, что собой представляет… как там тебя все зовут? Малыш Джексон? Он тебя сразу высадит за неподчинение, вот увидишь. А моя сестричка ему в этом поможет.
– Много слов, Ридель. Но я рад знать, что ты будешь следить за моей жизнью.
– Катись к черту, – ответил Адриан и ушел.
Глава 25
В этот раз неутешительные прогнозы оправдались на триста процентов – с самого утра было темно, тучи тяжелели на глазах, но дождь не шел, выжидая момент старта, как злодей обычно выжидает момента окончания фильма, чтобы эпично появиться к развязке. На пит-лейн даже горели фонари, словно гонка проходила ночью. Все выглядело иным, мрачным – голубые машины «Зальто» потемнели до глубокого синего оттенка, а Давид и Кори походили на пилотов «Килнера» в их черных одеяниях. Яркость окружающего мира словно кто-то резко убавил до минимума.
На японской трассе Сузуке у «Зальто» было преимущество, по оценкам экспертов. Но дождь все преимущество рассеивал, уравнивая машины пелотона. В таких условиях любой, даже самый мелкий просчет в стратегии может привести к провалу.
– Старт на промежуточных шинах? – Пьер с сомнением посмотрел на набрякшее небо. – Или на сликах? Что говорит штаб?
– Сильный дождь через десять минут после старта, хотя некоторые участки трассы влажные уже сейчас. Полагаю, слики.
– Я видел, как «Биалетти» обуваются в промежутки.
– Слики – теперь уже сто процентов.
– Я так же подумал.
Соня и Пьер улыбнулись друг другу. Было у них такое правило: посмотри, как делают в «Биалетти», и поступи наоборот – это и будет самой успешной стратегией в гонке. Команда Вайсберга так часто лажала с решениями, что это стало их отличительной чертой. Катящееся по пит-лейн колесо Соня помнила до сих пор. И даже с такими комичными историями они умудрялись конкурировать с Давидом. Страшно подумать, какими соперниками они могли бы стать с отлаженной командной работой. К счастью, годы шли, а «Биалетти» не теряли шарма, хотя с приходом Вайсберга все постепенно двигалось к дисциплине.
Пьер отправился в гаражи, а Соня подсела к Нику, но переговорить возможности не было: постоянно обновлялась информация по погоде, Соня вела связь и выстраивала план на гонку.
Пилоты отправились на круг прогрева.
– Что с дождем? – спросил Ник.
– Восемь минут.
– Нормально. Давид как раз успеет прорваться повыше.
Но надеждам Ника не суждено было оправдаться: едва болиды сорвались с места, как началась неразбериха из-за разницы шин и стратегий. В суматохе уже на первом повороте вылетели сразу несколько машин.
– Что с повреждениями? – Соня смотрела, как голубые болиды медленно катятся по трассе – после аварии судьи вывесили желтые флаги, под которыми запрещен обгон.
– Проверяю, – ответил Пьер.
Впрочем, вскоре это перестало иметь значение: желтые флаги сменились красными и машины вернулись на пит-лейн. Продолжать гонку было небезопасно из-за обломков на трассе, и, когда все это уберут, будет рестарт под дождем.
– Отличное начало, – мрачно прокомментировал Ник. – И круга не проехали.
– Угу. – Соня продолжала следить за экранами – среди вылетевших машин была ярко-желтая, на такой гонялся ее брат. И он до сих пор не выбрался, его прижало с двух сторон, а стюарды куда-то запропастились. Адриан не шевелился.
К экранам склонился и Ник:
– Он в порядке, в порядке. Помахал рукой.
– Удар был жестким.
– Перегрузка небольшая, гравийная ловушка замедлила болид. – Ник пытался ее успокоить, но Соня не могла унять поднявшееся так внезапно волнение. Умом она понимала, что все правда: и перегрузка была незначительной, и Адриан цел, и в аварии он попадал часто, но это не помогало. В момент, когда Адриан не шевелился, на Соню разом обрушилась вина за год их взаимного отчуждения.
– Схожу до их мостика, – сказал босс.
Соня напряженно наблюдала, как Адриан общается со стюардами, оставаясь в болиде. Приехала машина медицинской помощи, и только тогда брат выбрался и в компании врачей покинул трассу.
– Адриан вовремя не убрал руки с руля в момент столкновения и получил повреждение, – сообщил вернувшийся Ник. – Он не покидал болид, потому что
