Форвард - Айли Фриман

– Королев, сделай лицо попроще.

– Я думал, что тебе нужны кадры в процессе бега.

– Не переживай, их тоже сделаю. Будущие поклонницы будут рады фоточке твоих бубсов[3], пока ты еще без маски и не потный.

Она подошла ближе и сделала несколько кадров. Вот ей точно нечем было заняться. Пришла в медицинский центр с какой-то странной миссией.

– Королев, повернись чуть боком.

Я развернул плечо в другую сторону.

– Не так.

В следующий момент ее рука тронула мое плечо, заставляя развернуться. Кожу обожгло так, будто меня коснулись раскаленным предметом, а не просто теплыми женскими пальцами. Все это вдруг показалось мне дико возбуждающим, особенно когда я посмотрел на приоткрывшиеся пухлые губы Вики. Я тут же вспомнил, как приятно их целовать. И почему у дочери тренера такой лукавый вид искусительницы?

Я думал, что сейчас подойдет врач, чтобы начать процедуру и спасти меня от наваждения, которое заставляло пульс ускоряться вовсе не от бега, но ему вдруг кто-то позвонил, и он вообще вышел из кабинета, сделав нам знак подождать.

– Ну что, Королев, готов к кроссу? Покажешь высший класс? – Вика наконец прекратила съемку и убрала телефон. – Ты уже проходил такой тест?

– Да, однажды.

– Надеюсь, ты сможешь продержаться хотя бы десять минут.

– Ты что, хочешь, чтобы я принял вызов? Звучит как провокация.

– Мне просто интересно узнать, на что ты способен. Ты же новенький, никто о тебе еще ничего не знает.

– Давай, если я продержусь дольше пятнадцати минут, ты должна будешь мне желание. – Я вспомнил метод Матвея и решил позаимствовать его. Почему бы и нет?

– Ха! Нет, я не хочу рисковать разрывом твоего сердца, – усмехнулась Вика. – Вдруг ты перенапряжешься только ради того, чтобы загадать какую-нибудь гадость или разврат.

– Дольше двадцати минут, – повысил ставку я. – Я буду бежать на пределе возможностей, а ты выполнишь любое мое желание. И не переживай, оно не будет гадкого или сексуального характера.

Скорее всего, я просто загадаю, чтобы она вернула мою гитару.

– Ладно, Королев, пусть будет так. Только не упади замертво. Двадцать минут – это нереально долго.

Тредмил-тест был самой ненавистной процедурой для всех футболистов – выжиманием из организма максимума возможностей. Но бег в маске являлся обязательным элементом предсезонного обследования.

Присутствие Вики все же несколько напрягало. Она внимательно наблюдала, как меня обвешивали датчиками и скрывали за маской лицо. Эта чертовка еще и фотографировала процесс время от времени. Я совсем забыл спросить у нее про медиатор, но пообещал себе сделать это после процедуры.

Обследование началось с медленного шага по беговой дорожке, и постепенно, каждые две минуты, нагрузка увеличивалась.

Я бежал уже почти пятнадцать минут, то и дело поглядывая на Вику, которая сидела на стуле неподалеку. Бежать нужно было до отказа, но я еще не достиг предела своих возможностей. Неожиданный спор с девушкой мотивировал меня делать рывок по все ускоряющейся беговой дорожке.

– Королев, когда там у тебя уже будет состояние, которое называется «больше не могу»? – спросил врач, когда прошло уже двадцать минут.

Я был слишком взбудоражен и останавливаться не хотел, хотя легкие выворачивались наизнанку. Вика смотрела с беспокойством, наверняка жалея, что спровоцировала меня. Но дело было не только в ней. Я хотел иметь лучшие показатели среди команды. Я должен выжать из себя максимум.

На 26-й минуте я все же достиг своей предельной скорости, дорожка начала замедляться, и врач со вздохом облегчения принялся оценивать, как менялись показатели.

Я смотрел на Вику, тяжело дыша в дурацкую анаэробную маску, которая делала меня похожим на какого-то киборга, и хотел победно улыбаться, но не мог из-за того, что приходилось судорожно восстанавливать дыхание. Может, загадать ей что-то другое? Она явно не ожидала, что я продержусь так долго. Ты привыкла побеждать, избалованная девочка? Не в этот раз.

Вика

До чего же Королев был хорошо сложен физически. Но меня бесил тот факт, что, имея парня, я так жадно таращилась на Артема, готовая залить слюной пол в кабинете. Шорты на нем сидели низко, не скрывая идеальные мышцы пресса. Живое воплощение женской мечты! Думаю, когда папа выведет его на серьезные матчи, у Артема появится много фанаток, готовых потерять одновременно и трусики, и разум. Где только он откопал его? Такой смазливый, аж злость берет. Да еще милый. Посмотрим, насколько «милым» или «выдержанным» будет его желание. Я была готова проиграть ради одного лишь любопытства.

Не все парни могли продержаться на этом стресс-тестировании так долго, но Артем продемонстрировал высший класс. Видимо, не зря все же папа делал на него ставку.

А еще он умудрился выиграть желание. Черт.

* * *

После обследования я вышла вслед за Артемом в коридор.

– Ну и что ты загадаешь? – полюбопытствовала я, шагая рядом с ним.

– Еще не придумал. Но зато у меня есть вопрос.

С этими словами он поманил меня к окну, а затем достал из кармана что-то и протянул мне. Это был мой розовый медиатор. Вроде бы я играла вчера на стадионе.

– Твое?

– Нет. – Я пожала плечами, решив не выдавать правду. Не хотелось, чтобы Артем знал о моей ночной вылазке.

– Странно. Я нашел его посреди поля и был уверен, что он твой.

Я развела руками, и он убрал медиатор обратно в карман.

– Так каким будет твое желание, Королев?

– Мне нужно подумать. Как только придумаю, ты сразу об этом узнаешь, договорились? – Он хитро подмигнул.

– Ладно. Сейчас тебе надо сосредоточиться на матче с «Быками».

– Да, важная игра уже через несколько дней.

– Надеюсь, в этот раз тебе не придется сидеть на скамейке запасных, – подколола я его.

– Если выйду на поле, я забью для тебя гол.

– Если забьешь, то можешь просить у меня целых два желания, Королев.

– Вот как?

Боже. Дернул же меня черт сморозить эту глупость в порыве эмоций. Но сказанных слов не вернешь, однако можно было попробовать схитрить:

– Два гола, Королев.

– Вроде речь шла об одном.

– Тебе послышалось. Я имела в виду два.

– Любишь ты вызовы, Виктория, – улыбнулся он.

– А ты любишь их принимать, Артем.

– Впервые слышу, что ты обращаешься ко мне по имени.

– Два гола, Артем, – выразительно повторила я.

– Даже на чемпионатах мира два забивают порой с трудом.

– Тогда удиви меня, одиннадцатый.

С этими словами я развернулась и с гулко стучащим сердцем зашагала прочь. Мне нужно было вернуться в кабинет функциональной диагностики и подготовить контент с другими футболистами. Хотелось еще поболтать с Королевым, но после брошенного