Попробуй сбежать - Виктория Рогозина
Каин посмотрел на неё внимательно. Долго. Его взгляд был тем самым светом, за который хотелось держаться, даже если он обжигал.
— Я уже помогаю, — ответил он. — Ты просто ещё не поняла, насколько сильно ты во мне нуждаешься.
Её сердце сжалось — не от страха. От узнавания. Он был единственным, кто не исчез. Единственным, кто верил. Единственным, кто обещал будущее — и говорил это так, будто уже держал его в руках.
Ванесса накрыла его ладонь своей, переплетая пальцы. Этот жест был тихим, почти отчаянным. Если свет приходит в такой форме — разве она имеет право от него отказаться? Даже если этот свет принадлежит не ей.
Глава 2
Иногда Ванессе казалось, что Каин появился в её жизни раньше, чем она научилась дышать полной грудью.
Она помнила каждый раз, когда он вытаскивал её из дома. Не спрашивая. Не колеблясь. Просто приезжал — среди ночи, под дождём, с разбитыми костяшками и холодным, сосредоточенным взглядом. Он всегда знал, когда отец переходил грань.
Глухие удары за закрытой дверью. Хруст стекла. Пьяный крик, от которого хотелось исчезнуть.
И Каин — в дверном проёме. Чужой мальчишка из богатой семьи, которому не положено было знать, как пахнет страх. Но он знал. Слишком хорошо.
Он закрывал её собой. Уводил. Сажал в машину. Давал куртку, даже если сам оставался на холоде. Никогда не говорил: «Я спасу тебя».
Он просто делал это.
Только позже Ванесса поняла, что Каин знал об отце больше, чем она думала. Связи его семьи тянулись слишком глубоко. Полиция, бумаги, исчезнувшие заявления. Слишком много раз всё сходило отцу с рук — и слишком вовремя рядом оказывался Каин.
Он был единственным, кто мог ей помочь. Единственным, кто был рядом. Поэтому её зависимость была не капризом и не слабостью. Она была выстраданной. Ванесса нуждалась в нём остро. Болезненно. До безумия.
И когда Каин однажды сказал — спокойно, уверенно, будто объявлял факт:
— Я хочу с тобой серьёзных отношений.
Она ликовала. Не сомневалась. Не спрашивала «почему». Она хотела этого больше всего на свете. Быть его. Окончательно. По-настоящему.
Машина мягко остановилась у здания. Свет фар скользнул по фасаду и погас. В тишине вдруг стало слишком много её дыхания. Каин не спешил выходить. Его ладонь — уверенная, наглая — медленно прошлась по её бедру. Не ласка. Напоминание. От этого простого прикосновения Ванессу прошила дрожь, и она не стала её скрывать. Он это почувствовал.
— Ты воспользовалась моим подарком? — спросил Каин тихо.
Ванесса покраснела мгновенно. Опустила взгляд. Сердце колотилось так, будто её поймали на чём-то запретном… и желанном.
Она кивнула. Потом всё же выдохнула:
— Да…
Мягкая вибрация отзывалась в теле тёплой истомой, напоминая о себе каждым движением. О его контроле. О его ожиданиях. О том, что она сделала это для него.
Каин улыбнулся — медленно, опасно.
— Умница, — сказал он.
Одно слово — и внутри всё сжалось сладко и мучительно. Ванесса знала, чем закончится этот вечер. Чувствовала это каждой клеткой. И не боялась. Она хотела, чтобы Каин стал её первым мужчиной. Тем, кому она отдаст не только тело — но и всё остальное. И если за это придётся окончательно раствориться в нём… Она была готова.
Каин медленно достал из кармана брюк маленький пульт. Не глядя на него — всё его внимание было приковано к Ванессе. Щелчок. Её тело отреагировало раньше разума. Вибрация внутри стала интенсивнее, глубже, настойчивее. Ванесса резко втянула воздух и прикусила губу, чтобы не выдать себя звуком. Сердце билось где-то в горле, ладони вспотели. Она вдруг ясно осознала: всё, что с ней происходит, — в его руках. Одно нажатие. Один жест. И она рассыпается.
Почти сразу Каин снова нажал кнопку. Вибрация ослабла, оставив после себя тянущее, болезненно-сладкое ощущение недосказанности. Из её груди вырвался тихий, разочарованный вздох. Каин это услышал. Уголок его губ приподнялся.
— Идём, — сказал он спокойно.
Он вышел первым. Ванесса последовала за ним, чувствуя, как ноги становятся ватными, будто он забрал у неё не только контроль — но и равновесие. Каждый шаг отдавался внутри эхом его власти.
В здании было шумно. Музыка, смех, звон бокалов. В первом зале веселились мажоры — слишком яркие, слишком уверенные в себе. Кто-то громко смеялся, кто-то уже танцевал. Каин кивнул кому-то — коротко, по-хозяйски. Несколько девушек тут же улыбнулись, кто-то даже шагнул ближе.
— Каин, мы так рады, что ты приехал.
Ванесса почувствовала, как внутри кольнуло. Неловкость. Ревность. Чуждость. Она вдруг остро ощутила себя лишней в этом блестящем мире. И в этот момент вибрация снова усилилась. Её дыхание сбилось. Она едва заметно сжала пальцы, пытаясь удержаться на поверхности, не утонуть в ощущениях и взглядах вокруг.
Каин взял у кого-то стакан с коктейлем и протянул ей.
— Тебе нужно немного расслабиться, — сказал он тихо, почти ласково.
Ванесса приняла стакан, и только тогда заметила: шум будто стал глуше. Взгляды — внимательнее. Люди вокруг словно замерли, наблюдая. Ожидая. В её голове вспыхнули сомнения. Почему все смотрят? Почему Каин так уверен? Почему ей вдруг страшно — и одновременно невозможно уйти?
Она подняла на него взгляд. В поисках опоры. Разрешения. Подтверждения. Каин наклонился ближе, так, что слышать его могла только она.
— Смотри на меня, — сказал он негромко. — И пей.
Его голос был тем самым светом, к которому она тянулась всю жизнь. И той тьмой, в которую готова была шагнуть. Ванесса сделала глоток. И поняла, что назад дороги больше нет.
Глава 3
Странная сладость разлилась по языку. Не алкоголь — что-то плотнее, гуще. Вязкое.
В ту же секунду внутри всё резко сжалось — вибрация усилилась, стала навязчивой, лишающей мыслей. Ванесса попыталась вдохнуть глубже, но воздух будто застрял в горле.
А потом мир сломался. Кто-то резко дёрнул её за волосы. Так больно, что в глазах вспыхнули искры. Нога подкосилась от удара под колено, и она рухнула вниз, не успев даже вскрикнуть. Руки. Чужие. Жёсткие. Её держали. Крепко. Слишком крепко. Стакан снова прижался к губам, и жидкость силой влили внутрь. Она захлебнулась, закашлялась, слёзы потекли сами собой.
Ванесса подняла взгляд. Каин. Он стоял у стойки, не двигаясь. Спокойный. Расслабленный. Улыбка — та самая, уверенная. Будто всё происходящее было частью заранее продуманного сценария. Он сейчас остановит. Он должен. Сознание начало плыть. Звуки
