Вы не в моём вкусе, босс - Алина Иосифовна Попова

— Вы бы вышли отсюда, работать мешаете.

Она тихо рассмеялась и выпрямилась.

Я проводила секретаря взглядом.

Дверь закрылась. Снова стало тихо. Только щёлканье клавиатуры. Шуршание бумаг. И моё совершенно невозможное желание смотреть на мужчину напротив.

Раньше я работала в общем отделе. Среди людей и шума. Теперь же благодаря одному слишком умному генеральному директору мой рабочий стол стоял прямо в его кабинете.

Хуже наказания придумать было невозможно.

Я открыла отчёт снова эти цифры. Зачем мне быть здесь, если продолжаю делать ту же самую работу. Екатерина насколько знаю занимается другими делами.

Мой взгляд снова поднялся вверх.

Он сделал глоток кофе.

Не поднимая головы произнёс:

— Не стоит ревновать Евгения.

Я подавилась воздухом.

Что?

Он всё так же листал документы. Будто ничего не сказал. Будто мне показалось.

— Простите?

Только теперь он поднял взгляд. И в тёмных глазах мелькнуло что-то очень знакомое.

Очень опасное.

— Вы уже пять минут смотрите на меня, я вам отвечаю на ваш вопрос, мне не понравилось и сейчас пишу документ на увольнение. Мне не нужны такие сотрудники.

Я почувствовала, как начинают гореть уши.

— Мне не интересно.

— А я думаю напротив — улыбается он.

Я сжала ручку. Наглец. Самоуверенный. Невыносимый мужчина.

— Мне без разницы, Константин Давыдович на кого вы смотрите — наглая ложь.

— Ну что ж, хорошо.

Он сделал ещё один глоток кофе.

И спокойно добавил:

— Хотя приятно знать, что я отвлекаю вас от работы.

Я открыла рот, но тут же закрыла обратно. Потом поняла, что спорить бесполезно. Потому что он был прав. Я начинаю ревновать его, и постоянно думаю, что ему кто нибудь нравится в отделе. А думать что нравлюсь я, не имею права.

Я демонстративно уткнулась в ноутбук. Несколько минут прошли в тишине. На этот раз настоящей. Я даже почти успокоилась. Почти. Пока не услышала его голос.

— Завтра выезжаем.

Я подняла голову.

— Куда?

— В соседний город.

— Зачем?

— Проверка нового отеля.

Я нахмурилась.

— Кто выезжает?

Он посмотрел на меня поверх документов.

— Мы.

У меня сразу появилось очень нехорошее предчувствие.

— А я обязательно должна ехать?

— Естественно.

Я прищурилась.

— Возьмите кого-нибудь другого.

— Не хочу.

— Почему?

— Потому что хочу вас...

Сердце предательски дёрнулось.

—... Видеть рядом с собой.

Я тут же разозлилась на себя за эту реакцию. Потому что прекрасно понимала, что речь идёт исключительно о работе. Только о работе.

Я уставилась на него.

Он спокойно выдержал мой взгляд. И уголок его губ едва заметно дрогнул. Издевается. Опять издевается.

— Сколько дней?

— Два дня, может больше.

Я облегчённо выдохнула.

— Хорошо.

— Надеюсь всё пройдёт по плану.

Я медленно закрыла глаза.

— А если не по плану?

— Я не загадываю на будущее.

Константин смотрел на меня совершенно спокойно. Будто не сказал ничего особенного, а у меня уже начинало колотиться сердце.

— Соберите вещи сегодня вечером, утром заеду за вами.

— Хорошо.

Я фыркнула и отвернулась к ноутбуку, но работать окончательно перестала. Потому что завтра предстояло провести целый день рядом с этим мужчиной. В одной машине. В одном отеле. Практически без возможности сбежать, а это уже было очень плохим знаком.

17

Евгения

Я стояла посреди квартиры и в сотый раз смотрела на небольшую дорожную сумку.

Константин обозначил сколько примерно будет длиться эта командировка, но с ним никогда ничего нельзя было знать наверняка. Поэтому я собрала вещей чуть больше, чем нужно. На всякий случай. Хотя сама над собой посмеялась. Будто собираюсь в экспедицию.

Я застегнула молнию на сумке и выпрямилась. Взгляд случайно упал на часы. Ещё рано, за окном только начинало светать. Город ещё спал и мне хотелось обратно в кровать.

Ночь снова выдалась беспокойной. Не такой ужасной, как предыдущая, но спокойной её тоже назвать было сложно. Потому что стоило закрыть глаза, как память услужливо подсовывала мне то кафе.

Я тихо застонала и потерла лицо ладонями.

— Соберись, Евгения. Подумаешь поцелуй тебя и раньше целовали, конечно не так, но всё же.

Я подошла к зеркалу и осмотрела себя. Тёмно-синий брючный костюм сидел идеально. Белая блузка. Удобные туфли. Никаких каблуков. Для командировки я предпочитала комфорт. В этом костюме довольно симпатично выгляжу, формы так и просятся на комплимент.

Волосы собрала в высокий пучок. Лёгкий макияж. Минимум украшений. Точнее, никаких украшений вообще. Кроме часов.

На кольцо, лежавшее дома в шкатулке, я даже смотреть не хотела. Одна ошибка уже стоила мне слишком много нервов.

Присела на диванчик немного успокоится, как неожиданно снова уснула, разбудил меня звонок будильника.

Схватив сумку, я выключила свет и вышла из квартиры. На площадке было тихо, но едва я успела закрыть дверь, как открылась соседняя.

— Доброе утро!

Я обернулась. Катя выглядела подозрительно бодрой для такого времени. В светлом спортивном костюме. Собранными волосами. И широкой улыбкой. Рядом стоял её сын с рюкзаком в руках. Сонный и лохматый и ужасно милый.

— Тётя Женя!

Я невольно улыбнулась.

— Доброе утро.

— А ты правда едешь с дядей Костей?

Катя тихо рассмеялась.

— Дима.

— Что?

— Не задавай взрослым неудобные вопросы.

— Почему?

— Потому что они начинают краснеть.

Я моментально нахмурилась.

— Никто не краснеет.

— Конечно-конечно.

Улыбка Кати стала ещё шире. Я закатила глаза. Невозможная женщина. Мы вместе пошли к лестнице.

Дима что-то рассказывал про садик. Про нового друга. Про машинку. Про какую-то войну динозавров. Потом внезапно переключился на космос. Потом на мороженое. Потом снова на динозавров.

Я слушала вполуха и сама не заметила, как начала улыбаться.

С детьми всегда было легко. Они говорили всё, что думали. Не играли. Не скрывали эмоции. Не устраивали сложностей там, где их нет. В отличие от некоторых генеральных директоров.

Наконец мы спустились, и направились к выходу.

Уже возле подъезда Катя неожиданно ткнула меня локтем в бок.

— Готова?

— К чему?

— Провести целый день с моим братом.

Я тяжело вздохнула.

— Нет.

— С ним легко если только попытаться с ним подружиться.

Я сморщилась, а потом мы вышли на улицу. И я сразу увидела его.

Чёрный внедорожник стоял возле дома.

Сам Константин облокотился на водительскую дверь. С чашкой кофе в руках. На улице было прохладно. Лёгкий утренний ветер шевелил пальто. Светлая рубашка. Тёмные брюки. И этот невозможный спокойный вид. Будто он проснулся три минуты назад и уже полностью контролирует мир.

Я почему-то сразу вспомнила своё утро. Недосып. Паника. Сборы. Пять раз проверенная сумка. И стало обидно.

Константин заметил нас и кивнул.

— Доброе утро.

— Доброе, — ответила Катя.

— Доброе, — буркнула я.

Он скользнул взглядом по