Измена. Я от тебя ухожу - Алена Московская
Вот же жук.
— У меня две содержанки, Оля. Две сексуальные модели с красивым лицом и упругими жопами. Мне не нужен мозговынос на работе. Расскажи о себе. Мы сошли с темы.
Нахал и грубиян. А он вышел из ума.
Для чего мне информация о его «содержанках»?
Сам же… Сам... Ух!
— Мне 27 лет, я живу теперь одна, вяжу игрушки и работаю, — я даже не знал, что еще сказать.
Настойчивый какой-то и подозрительный у меня начальник.
— А что ты любишь? — он продолжал допрос.
— Когда мужчина не заводит с незнакомой девушкой такие разговоры.
— Незнакомой? — он прикоднял бровь.
— Незнакомой.
— Тебя зовут Оля, тебе 27 лет, ты живешь одна, вяжешь игрушки и работаешь. Я о тебе что-то знаю. Меня зовут Лев, я твой руководитель, вдовец, у меня две содержанки и я поднимаю увядающие бизнесы. Мы точно незнакомы?
Он вогнал меня в краску. Стало аж как-то не по себе.
— Не настолько близко.
— Нужно ближе? — он слегка двинулся ко мне, — еще?
— Не надо, — я подняла руку и приставила к его плечу, показывая, чтобы он остановился.
Он лишь рассмеялся в ответ. Задорным смехом.
— Ладно, ладно, мы знакомы и все в порядке, — я сама улыбнулась от этого диалога.
— Уверена? Оля 27 лет.
— Да, Лев Николаевич.
Улыбка как-то сама прилипла к моему лицу. Его добрый смех заразителен.
Я немного расслабилась, повернула шею, размяла ее, вернулась в исходное положение.
— Тогда ответь мне на один вопрос, — спокойно произнес Лев Николаевич.
Честно? Я не знаю даже что от него ожидать. Он что-то слишком загадочный для моего понимания.
— Ответь меня. Почему твой муж тебя не уважает, почему он тебя гнобит и считает, что он самец, а все ему должны, а он будет лежать чесать пузо, пить пиво и смотреть футбол.
— Откуда вы...
Я была растеряна. У него что, как он?
У меня мурашки пробежались по телу и улыбка сошла. Я сразу же вспомнила тот самый вечер, последующий, когда о Вася просил меня найти ему трусы..
Я вспомнила все… Холодок по коже.
— Слишком очевидно, отвечай, — так же спокойно начал
— Потому что я не...
— Уже не верно. Потому, что он конченый долбоеб Оля, — он заправил прядь моих волос за ухо, — слепой конченый долбоеб.
Таких выражений я от него не ожидала, да и такого действия тоже. У меня дикий шок и осадок.
— А ты, ты не виновата. Какую бы хуйню он тебе там не нес. Таких за километр видно. Поверь. Выдахай просто. Разведешься и забудешь как страшный сон. Я вижу, что ты очень загружена, понимаю, но он того не стоит. Ни разу, — Лев провел ладонью по моей щеке.
Я застыла.
— Ну... — я не знала снова что ему сказать, — хорошо. Не буду брать в голову.
— Извини если что, — он убрал руку и вернулся в исходное положение, — мы уже подъезжаем. Тебе надо отдохнуть. Завтра ровно в 14:00, точнее сегодня, мы встречаемся внизу в холле. Не проспи.
— Не просплю.
— Вот и умница, — он бросил на меня добрый взгляд.
Глава 21
Василий
Я вертел проволокой в замке и оборачивался на каждый шаг. Так то все соседи знают, что я тут живу, но что-то я ссу.
Прям капитально подсыкиваю. Как там замки то взламывают?
Я вертел в руках проволоку, отвертку, потом еще кусочек ножа, иголку. Взял все, что было по инструкции в интернете. Черт. Что-то не выходит.
Я сел, облокотившись о дверь и сгорбился.
— Вот Оля манда, надо было ей под глаз прописать, может бы была шелковая.
Вообще надо было ее бить периодически показывать свою любовь. Бьет значит любит, так говорят? Я с ней был очень добр. Стоило, стоило.
Я злился. Мандавошка. В доме где я столько лет жил!!! Да поменять замки!!! Наглая жена. Ни стыда, ни совести.
Ничего, увижу ее, куда она там свалила, ее мать говорила, приедет я ей устрою. Будет как шелковая на цыпочках ходить.
Точно, теща.
Я встал, отряхнулся и побежал бегом по лестнице.
Бегом бегом, да так, чтобы у меня пятки сверкали. Надо переодеться и пойти в гости к мамаше. Пусть повлияет на Ольгу. Нечего этой старой карге без дела сидеть. Пусть тряхнет чем-нибудь. Чем там старперки трясут? Обвисшими сиськами?
Точно!
Я переоделся в черный костюм, надел свою парадную рубашку. Благо забрал это из дома сразу же. Надо же, ну быть готовым, чтобы быть при параде. Вдруг Лидка в кафешку там захочет, лимонад там шашлычок, все дела.
Добрался быстро. Сейчас мы произведем впечатление. Давненько не виделись, только созванивались.
Я позвонил в дверь. Открыла старушка почти сразу. Ой божечки мой, она еще не рассыпалась? Ну и славно так-то. От нее надеюсь будет польза.
Она была рада меня видеть. Расплылась сразу старушка, поправила платок:
— Проходи зятек, проходи!
Ох, зятек.
Она меня всегда любила. Говорила, что я похож на ее мужа.
— Здарова мама, я тут пришел, сорян что без гостинцев, сами понимаете забыл, — я разулся и пошел на кухню.
Может пожрать чего даст или чаем напоит.
Лидка мне совсем не готовит, голодный очень.
Ну я там все понимаю, бабенка занята, туда сюда, показы квартир.
Я плюхнулся за стол и положил руки на стол.
Старуха сразу начала суетиться. Сухари, чай, борща предложила.
Борщ это хорошо. Сейчас пожрем.
Хлеб, сметана, все дела.
Даже сало нарезала. Огонь. Пузо набьем, а то совсем пустой.
— Ну рассказывай, что там у вас, миленький, — карга села и уставилась на меня с улыбкой.
Ой чего-то переживает. Ну я сейчас ей выпалю. Дожую только.
Вкусный супец, огонь вообще.
— Да чего, она замки поменяла, — я накладывал за хлеб сало.
— Ой, как же она дура, так смогла то, ни стыда не совести, родного родименького мужа на порог не пускать, — она завернулась в свою шаль еще больше, наклоняясь в мою сторону, — а что у тебя там с подругой твоей новой, все так серьезно? — почти прошептала она.
— Да прям, — я отмахнулся и наврал, — я просто хотел разнообразия. А то Оля совсем себя запустила, сами видели, сами понимаете. Мужа не любит, не целует, вы уж меня извините за подробности, пол года со мной не делит кровать. А я что? Я с ж мужчина! Мне надо!
— Понимаю, милок, конечно. Что-то Оля совсем, ну из ума выжила девка. Я ее не так воспитывала. И в
