Хоккейный брак - Скарлетт Стоун
— Когда я смотрела на тебя сегодня... там, на льду... — она сделала паузу, подбирая слова. — Я поняла, что вижу тебя по-настоящему впервые. Не того циничного бабника, за которого ты себя выдаёшь. Не того раненого мальчика, который прячет боль за высокомерием. А мужчину, который... горит.
Я замер, не в силах отвести взгляд. Никто — слышишь, никто — никогда не говорил со мной так.
— Ты не веришь в любовь, — продолжила она, — но, чёрт возьми, Саша, ты веришь в страсть. Ты отдаёшься ей целиком. Так же, как игре. И сегодня... сегодня я увидела, что ты смотришь на меня точно так же, как на лёд. Как на что-то, что заставляет тебя чувствовать себя живым.
Её слова висели в воздухе между нами, горячие и опасные. Она была права. Чёрт возьми, как же она была права.
— И что ты предлагаешь? — мой голос прозвучал хрипло.
—Я предлагаю перестать притворяться, — она приблизила своё лицо к моему. — Давай заключим новое соглашение. Без фикций. Без масок. Просто... посмотрим, что будет, если мы позволим этому случиться. По-настоящему.Её дыхание смешалось с моим. Я видел каждую ресницу, каждую веснушку на её носу. Видел страх и надежду в её глазах. И впервые за долгие годы я позволил себе чувствовать то же самое.
— Это опасно, — прошептал я.
—А играть с травмой — нет? — она улыбнулась. —Это другое. —Нет, — она положила ладонь мне на грудь, прямо над сердцем. — Это то же самое. Только приз больше.Я накрыл её руку своей. Сердце билось так, будто я только что отыграл овертайм.
— Ладно, — выдохнул я. — Без масок.
И в тот момент, когда наши губы встретились, я понял — это не просто очередной поцелуй. Это было начало чего-то нового. Чего-то настоящего.
И впервые за долгое время мысль об этом не пугала меня. Наоборот — заставляла чувствовать себя более живым, чем любая победа на льду.
Глава 46
Катя
Просыпаться в его объятиях становилось привычкой. Приятной, тёплой, но всё ещё немного пугающей. Сегодня он спал на спине, одна рука закинута за голову, другая тяжёлой и тёплой лежала на моей талии. Я наблюдала, как первые лучи солнца скользят по шраму на его плече, и думала о том, как сильно всё изменилось.
Мой телефон завибрировал на тумбочке. Сообщение от отца. Короткое и жёсткое: «Встречаемся в два. Ресторан «Монарх». Важно».
Я замерла. Отец никогда не писал «важно». Он приказывал. И обычно эти приказы не сулили ничего хорошего.
— Кому это так рано? — над моим ухом прозвучал сонный голос.
Саша приоткрыл один глаз, его рука непроизвольно сжала мой бок.
— Отец, — прошептала я, показывая ему телефон. — Назначил встречу.
Он сразу проснулся. Его взгляд стал острым, каким бывает во время игры.
— В чём дело?
—Не знаю. Пишет — «важно».Он перевернулся на бок, опершись на локоть, и его лицо стало серьёзным.
— Хочешь, я поеду с тобой?
—Нет, — я покачала головой, хотя мысль о его поддержке была заманчивой. — Сначала послушаю, что он скажет. —Звони, если что, — его пальцы мягко провели по моей щеке. — Я всегда на связи.Эта простая фраза значила для меня больше, чем любые клятвы. Он был рядом. По-настоящему.
---
Ровно в два я входила в «Монарх». Отец сидел за своим привычным столиком в глубине зала, его массивная фигура казалась ещё более внушительной на фоне изысканного интерьера. Рядом с ним — молодой человек в дорогом костюме, с холодными глазами и неприятной улыбкой.
— Катя, садись, — отец указал на стул. — Это Артём, сын моего партнёра. Он недавно вернулся из Швейцарии.
Мне всё стало ясно. Очередная попытка выдать меня замуж по расчёту. Только теперь — уже после моего замужества.
— Папа, у меня есть муж, — напомнила я ему, садясь.
—Муж? — отец фыркнул. — Ты про этого хоккеиста? Это не брак, Катя, это временное помешательство.Артём оценивающе посмотрел на меня, будто покупал лошадь на аукционе.
— Екатерина, я слышал много о вашей... яркости, — сказал он сладким голосом. — Уверен, мы могли бы найти общий язык.
Я почувствовала, как закипаю. Но вместо гнева меня вдруг охватило странное спокойствие. У меня теперь был тыл. Была крепость, в которую я могла вернуться.
— Папа, — я посмотрела отцу прямо в глаза. — Я не вещь, которую можно перепродать, если первая покупка разочаровала. Мой брак — не «временное помешательство». Это мой выбор.
Отец медленно покраснел — верный признак надвигающейся бури.
— Ты забываешься, дочь! Я не позволю...
—Вы не можете мне ничего запретить, — перебила я его, вставая. — Я взрослая женщина. И я люблю своего мужа.Это прозвучало так естественно, что я и сама испугалась. Но это была правда. Голая, пугающая, прекрасная правда.
Не дожидаясь ответа, я развернулась и пошла к выходу. Спина горела от их взглядов, но внутри было странное ощущение лёгкости. Как будто я сбросила тяжёлые цепи.
Доставая телефон в лифте, я набрала единственный номер, который хотела набрать.
— Всё в порядке? — он снял трубку сразу после первого гудка.
—Всё прекрасно, — улыбка сама расплывалась по моему лицу. — Забирай меня. Я хочу домой.Потому что дом — это теперь не роскошные апартаменты отца. Дом — это там, где он. Где нас никто не сможет растащить по разные стороны баррикад.
Глава 47
Саша
Я ждал её у входа в «Монарх», наблюдая, как она выходит из вращающихся стеклянных дверей. Прямая спина, высоко поднятый подбородок, но в глазах — следы только что отгремевшей битвы. Она села в машину, и от неё пахло дорогим кофе и напряжением.
— Ну что, рассказывай, — тронулся с места, положив руку ей на колено. — Насколько всё плохо?
Она глубоко вздохнула, глядя в окно.
— Отец пытался подсулить мне нового жениха. Сына своего партнёра. Сказал, что наш брак — «временное помешательство».
Мои пальцы непроизвольно сжали руль. Старый хрыч не унимался.
— И что ты ответила? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально.
Она повернулась ко мне, и в её глазах появились знакомые искорки.
— Сказала, что
