Измена. О чём кричит тишина - Мария Андреевна Владыкина
- Валь, может у них раз всего было? Что они говорят-то вообще?
- А есть разница? Раз, десять, что? Факт уже свершился. Мне изменили, мама! И давай, хотя бы ты встанешь на мою сторону, и не будешь сейчас говорить, что я должна понять и простить мужика, который не выдержал нескольких месяцев без секса. В штанах у него горело всё, видите ли! А мне легко тогда было? Он не думал ни обо мне, ни о нашем ребёнке, когда это происходило. И этого для меня более, чем достаточно, чтобы принять решение.
В дверь квартиры снова позвонили.
- Наверное, сантехник пришёл, которого я вызывала. – Встала из-за стола мама, оставив меня на кухне, кипеть в своей желчи.
Но, от двери я услышала до боли знакомый голос.
- Она у вас?
- Уходи отсюда. Чего пришёл? Раз ушла, значит видеть тебя не хочет, и разговаривать. Ещё и ребёнка припёр с собой, нагулыша.
- Нажаловалась уже? Я, вообще-то, Ольга Леонидовна, за своей женой пришёл. И мой ребёнок тоже тут, насколько я знаю.
- Слышь, папаша. Ногу убери свою, я дверь закрой, чтобы рожи твоей предательской не видеть больше.
- Позовите Валю. Мы поговорим, и я уйду.
- Хрен тебе с маслом, а не Валя. Глеб, у нас всегда нормальные отношения были. По-хорошему тебя прошу, уйди, а?
- А я по-хорошему прошу, что хочу увидеть Валю. Что непонятного?
- Мальчишка, значит, будет слушать, как вы ругаетесь? Вы зачем ребёнка приплели и мучаете?
- Мне просто не с кем его было оставить.
- Здравствуйте. – Вклинился третий голос в диалог мамы и мужа. – Сантехника сюда вызывали?
- Да, да. Сюда. Проходите, пожалуйста. На кухню. – Пауза, и мама продолжила. – Глеб. Сейчас не время и не место. Я поговорю с Валей, но она будет общаться с тобой только если сама захочет. А сейчас, как видишь, мне некогда.
- У нас, так-то, семья рушится. А вам некогда?
- Хватит. Глеб. – Не выдержала я, выйдя в коридор. – Семью нашу разрушил ты. И мы, кажется, всё друг другу сказали. Из квартиры меня выкурил, теперь отсюда хочешь? Уйди. Оставь мне хоть одно место, где я тебя могу не видеть, и не слышать, чтобы пережить всю ту боль, что ты мне причинил.
19 глава
19 глава
Сантехник, мужик лет сорока пяти, кажется, был немного в шоке от того, в какую заварушку попал, застыв на пороге, и не понимая, что делать, и куда идти.
- Кухня там, - показала я в направлении кухни мужчине, голос звучал сухо и напряженно.
Кивнув, он принял самое верное решение, просто исчез за дверью кухни, и даже закрыл её.
- Я пойду покажу ему, что там к чему. – Мама недовольно посмотрела на Глеба, покачала головой, и тоже начала удаляться. – Валь, если что, я тут. И я его не впускала.
- Я слышала, иди.
Скрестив руки на груди, я прислонилась плечом к стене коридора, а Глеб с Никитой стояли на пороге квартиры, как бедные родственники. Прихожая у мамы была совсем небольшой, и крепкий муж занимал почти всё пространство.
- Ну, говори. Я тебя слушаю. – Строго сказала я. Глаза были сухими, ни одной слезинки. Похоже, уже всё выплакала.
- Не при нём же, Валь. – Кивнул на Никиту Глеб, и я тяжело вздохнула. Достал. Реально.
- Так, может, не стоило вместе с ним приходить сюда? Наверное, стоило подумать об этом до того, как выйти из дома? А так теперь будет всегда, привыкай. Я с Лизкой сколько таскалась, пока ты на работе был, потому что оставить было не с кем? Вот и тебе ответочка от кармы прилетела.
- Лизу не приплетай сюда, пожалуйста. А где она? – Глеб заглянул в гостиную, вход в которую был рядом с ним, а я ещё раз вздохнула.
- Там, где дети дошкольного возраста бывают по будням, позволяя родителям работать, прикинь? В детском саду. И ты, к слову, если бы подумал, мог бы и Никиту в сад отвести. Тем более, что прекрасно знаешь, в какой именно сад он ходит.
- Твой сарказм сейчас вообще не уместен. Я не подумал о детском саде. У меня вообще голова кругом от всего происходящего!
- Представь себе, у меня не лучше. Но мне надо работать, улаживать дела с несостоявшейся годовщиной, и ещё и ты не делаешь ситуацию проще. Точка поставлена, Глеб. Всё. Я всё услышала, всё прекрасно поняла, мне не нужно в уши лить карамельные сиропы про любовь и прочее. Нам больше не о чем разговаривать. Так что можешь идти домой. Кстати, если ты думаешь, что я оставлю ситуацию просто так, и съеду из квартиры, то ошибаешься. Просто мне некогда пока устраивать с тобой разборки.
- Тебя никто не выгонял. Можем поехать домой прямо сейчас.
- Ты специально делаешь вид, что вообще меня не слышишь?
Я перевела взгляд на Никиту, который стоял чуть за спиной Глеба. Мальчик был бледным, и казался напуганным. Ещё бы. Мать привела его ночью к семье своих друзей, исчезла, ничего не сказав, а теперь взрослые, и, в его понимании, не родные ему люди ругались.
Плюс, он был не таким уж и маленьким. Мог что-то, наверное, сложить в своей голове из услышанного. «Нагулыш» от моей мамы, и прочее… Я даже уже и не помнила, что сама умудрилась сказать при нём.
- Глеб, заканчивай. Посмотри на Никиту, у парня сейчас культурный шок случится.
Глеб действительно обернулся, посмотрел на мальчика, и нахмурился.
- Никит, можешь раздеться, и пока вон там в комнате посидеть?
Никита был в квартире моей мамы впервые, и испуганно отрицательно закачал головой, забиваясь ещё дальше в угол. Жалко было его чисто по-человечески. Им все кидались, словно ненужной игрушкой.
- Мне надо работать после обеда, так как я пропустил командировку. По видеосвязи будут звонить. – Вдруг выдал Глеб, и я чуть не засмеялась ему в лицо.
- И я тут при чём?
- Как я с Никитой… - Плечи Глеба опустились. Кажется, до него наконец-то начал доходить смысл сказанных мной слов, что это был конец.
- Я бы сказала, как. – Фыркнула я. – Ему не два года. Вполне можно оставить одного в комнате. Посидит, поиграет.
