На седьмом этаже (СИ) - Амелия Брикс

Но едва зародившееся ощущение покоя разрушил звонок телефона. Ее телефона. Лиза встрепенулась, и поспешно потянулась к смартфону. Стоило ей увидеть имя на экране, как выражение её лица мгновенно изменилось, а на губах заиграла искренняя, живая улыбка, которая тут же погасла. В этом мимолетном жесте было столько противоречивых чувств, что Лев невольно сжал вилку в руке.

Лиза тем временем замерла, когда вместо знакомого номера высветилось чужое имя. Никита?! Пару мгновений она смотрела на экран, словно зачарованная, боясь пошевелиться, нарушить хрупкую тишину. Этот звонок – зловещий предвестник бури. И когда трель стихла, Лиза выдохнула с облегчением, словно отпустила на волю испуганную птицу. Шестое чувство кричало: сейчас не место и не время для деловых разговоров. Не хотелось разрушать магию вечера, одного из лучших за последнее время.

Виновато улыбнувшись, Лиза встала из-за стола. Под предлогом жажды подошла к графину с водой. Но стоило ей коснуться хрустальной прохлады, как телефон вновь завибрировал, бешено колотясь на столе. Ритм сердца откликнулся, вторя назойливому звонку. Вода пролилась мимо стакана, ручьем потекла по столешнице, скользнула по дверце шкафчика и упала на пол. Лиза потянулась за салфетками и неловким движением задела стакан. В тот же миг из ниоткуда возник Лев и, словно фокусник, поймал его в полете. Лиза, ошеломленная, смотрела на него, как на диковинное чудо.

Маринка протянула ей трезвонящий телефон, и под пристальным взглядом капитана Смирнова он казался не желанным спасением, а тяжелым камнем.

И какое же облегчение пронзило Лизу, когда на экране высветилось имя: МОТЯ.

– Алло… Да! Хорошо! – пролепетала Лиза, чувствуя на себе обжигающий взгляд карих глаз.

Сбросив вызов, Лиза, собрав остатки храбрости, подняла взгляд и встретилась глазами с мужчиной напротив.

— Матвей! — робко улыбнулась она, чуть втягивая плечи, словно несла на них груз вины. Мужчина молча кивнул и отступил на шаг.

— Я… Он, кхм, — Лиза нервно сглотнула, ощущая, как пересохло горло. — Он сейчас зайдет за мной. Я безмерно благодарна вам, что приютили. Мариночка, тебе отдельное спасибо. И… — закончить фразу Лизе не дали: в прихожей оглушительно затрезвонил дверной звонок.

Лев словно очнулся от наваждения, часто моргнув. Пока взрослые обменивались взглядами и тонули в омуте собственных мыслей, Марина, пританцовывая, поспешила к двери.

Смирнов слышал голоса и смех, доносившиеся из прихожей, но всё это казалось ему фоновым шумом, доносившимся откуда-то издалека. Весь его мир сузился до одной точки: женщины напротив. Он изучал её, пытаясь разгадать, что скрывается за этой красивой внешностью и почему его собственное сердце так предательски частит.

И только когда Марина вернулась на кухню не одна, Лев наконец смог мыслить ясно. Оцепенение спало, и профессиональная выдержка вернулась на место, заставляя его снова надеть маску беспристрастного капитана.

— Смотрите, кого я нашла! — звонко объявила Марина, буквально втаскивая гостя в комнату.

— Добрый вечер! — прозвучал бодрый, уверенный голос Матвея.

Его лицо озарила открытая улыбка, когда он встал позади Марины, по-хозяйски положив руку ей на плечо. Лев на мгновение опешил. Марина познакомила мужчин так быстро, что Смирнов даже не успел зафиксировать имена. Всё произошло на каком-то автоматическом уровне: он просто обнаружил, что уже стоит и пожимает руку соседу.

Ладонь Матвея была крепкой, рукопожатие — сухим и уверенным. Лев профессионально считал этот жест: перед ним был человек, который не привык пасовать.

— Матвей, — еще раз представился гость, не сводя внимательного, изучающего взгляда со Смирнова. — Я смотрю, вы тут сабантуйчик устроили?

В его голосе слышалась легкая ирония, но без тени враждебности.

— Да, мы с твоей мамой решили накормить папу! — тараторила Марина, уже подвигая стул. — Давай, садись быстрее за стол. Ты, наверное, голоден?

Смирнов на мгновение потерял дар речи, но сел за стол вместе со всеми, чувствуя себя абсолютно лишним в этом внезапно разросшемся семейном кругу. Перед ним было жаркое, приготовленное Лизой, рядом — его дочь, которая уже вовсю опекала Матвея, а напротив — сама Лиза, которая теперь смотрела на сына с такой гордостью, что Льву стало не по себе. Картина «идеального дома» внезапно превратилась в сложную схему, где он, капитан Смирнов, явно не понимал правил игры.

Еще не успев отойти от шокирующего знакомства с сыном Лизы, Лев услышал, как в прихожую снова ворвался резкий звук дверного звонка. В этот раз звонили настойчиво, почти требовательно.

— Я открою, — коротко бросил он.

Смирнов встал из-за стола, оставив удивленную компанию одних. Каждый шаг до прихожей возвращал ему привычную жесткость. Лев резко дернул ручку двери, готовый выплеснуть всё скопившееся раздражение на очередного незваного гостя.

В голове мелькнула шальная мысль:

«Неужели курьер вернулся?»

Однако, открыв дверь, он замер. На пороге стоял человек, которого он ожидал увидеть меньше всего.

11

— Лев Александрович, беда! Ой, батюшки! Что творится! Что творится! — затараторила Клавдия Ивановна, едва он открыл дверь. Она тяжело дышала, её платок сбился набок, а в глазах горел праведный гнев. Не дожидаясь приглашения, она попыталась протиснуться в прихожую.

— Клавдия Ивановна, успокойтесь. Что случилось? — Лев инстинктивно выставил руку, преграждая ей путь. Его голос звучал по-служебному сухо, хотя внутри всё сжалось от дурного предчувствия.

— Ограбили меня! Прямо в собственной квартире! — вскрикнула она так громко, что на кухне наверняка звякнули ложки.

— Я же вам говорила, а вы не верили! — её голос стремительно набирал обороты, становясь всё громче и пронзительнее. — Надо было гнать эту семейку поганой метлой!

Лев почувствовал, как по спине пробежал холодок. Голос Клавдии Ивановны эхом разносился по всей квартире, и он был уверен: на кухне слышно каждое её слово. Он попытался аккуратно, но твердо преградить ей путь, однако остановить разошедшуюся «привратницу» было не так-то просто.

— Клавдия Ивановна, тише, — приглушенным, но стальным голосом произнес Смирнов. — Давайте без криков. Что именно пропало?

— Что пропало? Всё, что нажито было! — Клавдия Ивановна всплеснула руками, едва не задев Льва. — Я же годы по копейке откладывала, на похороны собирала, чтобы никого не обременять! Всё выгребли, ироды!

Лев понял: ужин официально окончен. Теперь ему придется выбирать: либо защищать честь Лизы, либо исполнять обязанности капитана полиции, принимая заявление от разгневанной соседки.