Невеста для принца - Дж. Дж. МакЭвой
Кивнув, я оглянулся на Искандара. Кто-то мог бы подумать, что он абсолютно бесстрастен, но я знал его достаточно хорошо, чтобы заметить лёгкое раздражение в глазах.
— Ваш знакомый? — спросил офицер.
— Сын моего начальника, — ответил Искандар.
— Нелёгкая у вас работа.
Потрясающе. Все сегодня решили меня оскорбить.
Я направился к зоне выдачи багажа, рассчитывая насладиться хотя бы минутой относительной свободы. Но стоило мне дойти до карусели, как я увидел знакомого светловолосого гвардейца с веснушками. Он уже держал мой багаж. Подойдя ко мне, он коротко кивнул.
— Добро пожаловать, Ваше Высочество.
— Не называй его так на людях, Вольфганг. Сэр или мистер Делакур подойдёт, — поправил его Искандар, появляясь позади и протягивая мне шляпу и очки. — Всё готово?
Они продолжали разговаривать между собой, словно меня здесь вообще не нет. Меня охватило знакомое чувство ловушки. Словно я марионетка, у которой нет никакого контроля над тем, куда она идёт, как она туда попадёт и что с ней будет. Ты просто следуешь, просто делаешь то, что тебе сказали. И часть меня действительно хотела сказать: «К чёрту всё это». И выбежать к выходу. Или, по крайней мере, сделать что-нибудь... освобождающее. Но как только эта мысль мелькнула у меня в голове, я вспомнил отца.
— Сэр?
— Да? — я вернулся к реальности.
— Мы готовы отправляться, если вы тоже, — сказал Искандар, отступая в сторону, чтобы я мог пройти.
— Готов. Но куда мы направляемся? Мне кажется, мой брат рассказал вам больше, чем мне, — сказал я, направляясь к выходу. — Который сейчас час?
— Сейчас шесть вечера по Тихоокеанскому летнему времени. Эрсовия опережает Сиэтл на девять часов. Хотите, я переведу ваши часы? — спросил Искандар, протягивая руку.
— С этим я справлюсь самостоятельно, — ответил я, снимая часы, как только мы вышли из терминала и оказались под ледяным ветром.
Он мгновенно пробрал меня до костей. К счастью, или благодаря безупречному планированию моего брата и Искандара, чёрный «Рэндж Ровер» уже ждал нас. Вольфганг держал дверь открытой, и первое, что я сделал, забравшись внутрь, — попытался найти где включается отопление.
— Здравствуйте.
Моя голова резко повернулась на голос женщины с тёмной кожей, светлыми глазами и короткими светлыми волосами. Она была одета в ярко-розовое и пристально смотрела на меня.
— Чёрт возьми! — вырвалось у меня, и я инстинктивно отпрянул от неё.
Она рассмеялась.
— Простите, испугала вас?
— Кто вы такая?
Она нахмурила брови, и я сразу понял, что заговорил на эрсовском, а не на английском.
— Простите, вы не могли бы повторить?
— Думаю, вы ошиблись машиной, — ответил я, на этот раз по-английски.
— Ох, этот акцент просто убойный, — вместо этого заметила она.
— Сэр, — вмешался Искандар, садясь на пассажирское сиденье, в то время как за руль сел незнакомый мне водитель. — Это Вильгельмина Винтор-Смит, мать мисс Одетт Винтор.
Я удивлённо посмотрел на женщину рядом со мной. Как она, выглядя столь юной, могла быть матерью дочери, которая старше меня? Лишь пристально изучив её лицо, я заметил сходство с чертами, которые видел на фотографии её дочери.
— Спасибо, что встретили нас, мадам, — сказал Искандар.
Мне потребовалось пару секунд, чтобы осознать происходящее. К счастью, только пару секунд.
— Приятно познакомиться. Я…
— Я знаю, кто вы такой, — перебила она, всё-таки пожав мне руку. — А теперь вы знаете, кто я. Так что давайте пропустим формальности и сразу перейдём к делу.
Все говорили, что американцы прямолинейны, и она явно не собиралась разрушать этот стереотип.
— Простите, но меня практически не информировали об этом… соглашении. На самом деле, я узнал о нём совсем недавно…
— Какое совпадение. Я тоже только что рассказала Одетт. Однако она упрямая и полностью пошла в отказ. Даже рассматривать это не хочет. Так что нам придётся работать вместе.
— Подождите, — я остановился. — Она отказалась? Прямо вот так сразу?
Она кивнула.
— Да.
— Вы сказали ей, кто я?
— Что вы принц. Её точные слова были: «Отлично. Мне всё равно». Она очень упрямая. Но это от меня, так что я не могу на неё злиться за это, — усмехнулась Вильгельмина.
Я откинулся на спинку сиденья. Меня когда-нибудь отвергали до этого? Особенно через посредника?
— Значит, она тоже не хочет этого брака? — мысль, что это будет не моей виной, если всё сорвётся, немного меня приободрила.
Но Искандар тут же кашлянул, явно напоминая мне, что это не имеет значения.
— Не принимайте на свой счёт. Одетт говорит, что не хочет выходить замуж за кого-либо, — сказала она, нахмурившись, будто её раздражали собственные слова.
— Я понимаю, зачем я здесь, — ответил я серьёзно, выпрямляясь. — Ради ваших денег. Точнее, её денег. Она, скорее всего, тоже это понимает. Её нежелание вполне оправдано. Зачем вы её заставляете?
— Я проигнорирую тот факт, что вы думаете, будто знаете мою дочь лучше меня, и объясню. Во-первых, чтобы получить свои деньги, ей нужно выйти замуж. Во-вторых, я заставляю её, потому что знаю, что ей нужно.
Это звучало как весьма нездоровый способ воспитания.
— Ваша дочь не ребёнок. Если она говорит, что не хочет замуж…
— То, что говорит моя дочь, и то, что она на самом деле имеет в виду, это часто совершенно разные вещи, — её голос изменился, и выражение лица стало серьёзным, но она продолжала смотреть мне в глаза. — Она хочет замуж. Всегда хотела. Но боится. Из-за того примера, который подали её отец и я. Для неё любовь равна боли. Если что-то причиняет ей боль, она от этого отказывается. Это единственное по-настоящему детское в ней. Поэтому она не будет пытаться влюбиться, если я её не подтолкну. А я начну с вас, человека, который отчаянно хочет, чтобы это сработало. Не получится с вами — перейду к кому-то другому. Возможно, к сыну губернатора или что-то в этом духе.
Браво.
В нашей семье я всегда находил, что ответить, но теперь понятия не имел, как реагировать на её слова. Незнакомцы ещё никогда не говорили со мной так… будто я не имел значения, был всего лишь средством для достижения цели. Хотя, возможно, учитывая обстоятельства, так оно и было.
— Кстати, вы взяли с собой костюм? — спросила она, листая что-то на телефоне.
— Нет. Я не ношу костюмы.
— Значит, будете Очаровательным Принцем, — сказала она, показывая мне фотографию костюма.
— Я, кажется, говорил по-английски. Я. Не. Ношу. Костюмы.
— Вы принц, верно?
— Да, но…
— И вы очаровательный, верно?
Я понял, к чему она клонит, поэтому не стал отвечать.
— Видите, это не костюм. Вы и правда, настоящий принц. И правда, очаровательный. Это вы.
Боже, во что мой брат втянул меня
