Форвард - Айли Фриман

Я твой суккуб, ты меня хочешь,

хочешь, хочешь.

Тихим шепотом буду с тобой говорить,

Буду тебя соблазнять и любить,

Любить, любить, любить…

Пока небо не окрасит в алый…

Я твой ночной кошмар,

Но ты меня не бойся,

когда поведу тебя по краю.

Я твой грех —

Но я открою врата к раю.

Я медленно обвела взглядом толпу, которую мы с ребятами накрыли своей мощной звуковой лавиной, и внезапно выхватила знакомые лица! Мозг принялся подкидывать их имена – Матвей, Вова, Елисей, Даня, Артем!..

Черт возьми! Что почти вся футбольная команда делает в этом клубе?

Я едва не забыла слова припева, глядя на игроков сквозь прорези черной маски. Внезапно задрожавшие руки не удержали медиатор, и он упал куда-то мне под ноги, так что дальше пришлось доигрывать без него.

Артем пристально смотрел прямо на сцену. На меня. На дурацкие черные звездочки, приклеенные к груди.

Боже! Зачем я только согласилась на такой смелый образ! Это все Тим виноват, это была его затея, которую он подглядел у какой-то зарубежной группы. Он сказал, что так мы привлечем больше внимания. Вот и привлекли, черт возьми!

Под взглядами знакомых я ощутила себя абсолютно голой, чего никогда не случалось во время других выступлений. Я пыталась сосредоточиться на песне и своей гитарной партии, но в голове все смешалось от волнения и смущения. Кровь прилила к щекам, а кожа просто горела огнем. Наверняка я покрылась красными пятнами.

Тим с беспокойством покосился на меня. Я постаралась сделать покерфейс, борясь с лавиной эмоций. Кажется, мой голос слегка задрожал. Скорей бы кончилась эта песня. И только бы меня не узнали. Я совсем недавно пела им возле костра. Могли ли они понять по голосу, что это я? Хотя по тональности песня под акустическую гитару сильно отличалась от того тембра, которым я обычно пела на концертах.

Я снова посмотрела в сторону шумной компании. У них же завтра игра. Вот идиоты – вместо того чтобы отдыхать и набираться сил, они приперлись в клуб и опять бухают. Спортсмены недоделанные. Как же так получилось, что они пришли именно в этот клуб, где сегодня выступала моя группа?! Что-то здесь нечисто. Могло ли это быть простым совпадением?

Я кое-как допела песню, а затем заставила себя улыбнуться зрителям. После чего, подав знак своим ребятам, ушла в боковую дверь на незапланированный перерыв.

– Вика, что за ерунда? – набросился на меня в гримерке Тим. – Что ты творишь, малышка?!

Я же тем временем судорожно надевала свою черную кофту, пока меня всю трясло от напряжения. Нам оставалось отыграть еще несколько композиций, и я не была уверена, что смогу снова выйти на сцену.

– Вика, что происходит? – осторожно поинтересовался Игорь, появляясь в гримерке.

– Ты сама не своя, – согласился Димка.

– Здесь футболисты моего отца, – наконец ответила я. – Я только что увидела их.

– Пфф. – Тим развалился на диванчике. – Я уж подумал, что случилось что-то более страшное.

– Они могут меня узнать.

Тим снова закатил глаза.

– Ну и пусть, – он пренебрежительно махнул рукой. – Скоро о нас вся страна узнает. Забей. Мы должны продолжить выступление.

Собрав всю решимость в кулак, через пять минут я снова стояла на сцене. Знакомых лиц перед сценой не оказалось. Окинув взглядом пространство клуба, я поняла, что теперь все они сидели за дальними столиками, соединенными между собой.

Оставалось всего пять песен, после чего я смогу покинуть клуб. Я немного успокоилась. Скорее всего, футболисты не узнали меня. Мой сценический образ неплохо маскировал мою природную внешность, к которой они привыкли. В футбольном клубе я выглядела вполне себе как пай-девочка, и никто не знал о моей так называемой темной стороне. Кроме отца. К счастью, хотя бы он не додумался сегодня прийти.

Артем

Вокалистка очень круто смотрелась в своем мрачном образе и чем-то напоминала Викторию. Ее горячее выступление возбудило парней из команды. Ладно-ладно, чего греха таить, я тоже был в их числе. Эта девушка так зажгла на сцене, что жарко стало абсолютно всем. «Отведав порцию буферов», как выразился Рыжий, мы вернулись за столик.

Парни принялись обсуждать конкурентов из других клубов, с которыми нам предстояло сразиться в ближайших матчах. На какое-то время между нами царила такая товарищеская атмосфера, что я смог полностью расслабиться даже в компании Гордеева.

Я узнал, что защитник Даня влюблен в девушку из медицинского центра. Она работала там медсестрой, а он все никак не мог решиться к ней подойти. И все лишь потому, что искал какой-нибудь оригинальный и романтичный способ признания в любви. Мы дружно принялись предлагать варианты, посмеиваясь над ним.

– Королев, правда, что ты вырос в детдоме? – спросил Матвей, разрушая этим вопросом непринужденную обстановку.

– Да, – просто ответил я.

– Ого, я не знал, – удивился Коля.

– А как ты попал в наш клуб? – продолжал допытываться Матвей.

– Так же, как и все вы, – благодаря своим навыкам.

– А правда, что в детдоме жестокое обращение с детьми?

Как же мне была неприятна эта тема! Матвей нарочно завел этот разговор. Он пытался пристыдить меня моим прошлым. И меня бесило, что у него это получалось.

– Жизнь там не сахар, – ответил я, встретившись с его пронзительным взглядом. – Закаляет характер, знаешь ли. Учит высвобождать потаенные резервы, которых раньше в себе не замечал.

– Ой, Темыч, как сложно ты говоришь. Я сейчас могу думать только о тех резервах, которые могу опустошить в объятиях какой-нибудь красотки, – засмеялся беспечный Коля Кривошеин. Спасибо ему – он спас меня от трудного диалога.

Потом он вообще утащил меня снова потусоваться у подножия сцены, где молодая рок-группа продолжала делиться с публикой своим творчеством. Я наблюдал за девушкой, которая так и не сняла черную маску, прикрывающую половину лица. В ее движениях было что-то притягательное, и у меня возникло чувство, будто я уже видел ее раньше, но не мог вспомнить где.

Прежде чем мы вернулись к ребятам, Кривошеин увел меня к бару.

– Кажется, тебя напрягает Матвей и ты не можешь из-за него расслабиться. Предлагаю попробовать сумасшедший коктейль, который готовит мой приятель-бармен по блату. Он привез польскую водку крепостью 96 градусов и создает коктейли, такие, что башню снесет гарантированно. Не знаю, какие еще ингредиенты он добавляет в эту адскую смесь, но называет ее волшебным зельем. Ты про Матвея точно забудешь и просто улетишь в нирвану.

– Нет, Коля, я не хочу никакое